Это цитата сообщения Томаовсянка Оригинальное сообщение
Памяти Антуана Сент-Экзюпери
Отпрыск одного из самых старинных родов Франции, потомок крестоносцев, он был аристократом до мозга костей – не внешне (до крайности неуклюжий увалень огромного роста, Экзюпери меньше всего соответствовал расхожим представлениям об изяществе и утонченности), а по сути своей, поскольку совмещал поистине беспредельную внутреннюю свободу с чувством ответственности не только за себя Недаром его Маленький принц свято убежден, что поутру, проснувшись и приведя в порядок себя, следует сразу же привести в порядок и свою планету
«Я всей душой привязался к нему и охотно повторил бы вслед за Леоном-Полем Фаргом: „Я его очень любил и всегда буду оплакивать". Да и как было не любить его? Он обладал одновременно силой и нежностью, умом и интуицией. Он питал пристрастие к ритуальным обрядам, он любил окружать себя атмосферой таинственности. Неоспоримый математический талант сочетался в нем с ребяческой тягой к игре. Он либо завладевал разговором, либо молчал, словно мысленно уносился на какую-нибудь иную планету»,- так описал его в своих «Литературных портретах»
Андре Моруа.
Антуан Мари Жан-Батист Роже де Сент-Экзюпери (29 июня 1900 – 31 июля 1944) — известный французский писатель, поэт и профессиональный лётчик.
Родился Антуан де Сент-Экзюпери в Лионе. После смерти отца воспитывался матерью. Первое образование в биографии Антуана Мари де Сент-Экзюпери было получено в иезуитской школе Ле-Мана. После этого он обучался в швейцарском католическом пансионе. А следующей ступенькой образования стала учеба в Школе изящных искусств Парижа.
Затем Антуан служил в армии, вскоре после которой он стал пилотом. Вернувшись в Париж, занялся литературной деятельностью, но его произведение не имели большого успеха. Лишь в 1925 г. Экзюпери нашел свое призвание – стал пилотом компании «Аэропосталь», доставлявшей почту на северное побережье Африки. Через два года он был назначен начальником аэропорта в Кап-Джуби, на самом краю Сахары, и там, наконец, обрел то внутреннее спокойствие, какого исполнены его поздние книги.
Экзюпери был почтовым летчиком, летчиком-испытателем, а также военным летчиком и корреспондентом. За участие летчика в военных операциях во время Второй Мировой войны был награжден «Военным крестом». Затем Экзюпери эмигрировал в США, позже жил во Франции. Одной из самых известных литературных работ в биографии Антуана де Сент-Экзюпери является книга «Маленький принц». Замечательная поэтичность удивительной истории запоминается на всю жизнь. Книга стала бестселлером XX века. Во всем мире известны и другие произведения Сент-Экзюпери: «Южный почтовый», «Земля людей», «Ночной полет», «Военный летчик», «Цитадель».
Фрагменты романа «Цитадель» (1948) (русс. перевод Марианна Кожевникова, 1996) – гениального произведения Антуана де Сент-Экзюпери, книги мудрости, вершины художественной философии писателя.
«…Карабкайся! Карабкайся вверх каждый день, не обживайся в чужой музыке, стихах, завоеванной женщине, картине, открывшейся с вершины горы! Если дни твои станут ровной гладью, я потеряю тебя среди это равнины. Дни должны надуваться, как паруса корабля, плывущего в неизведанное (...).
…Долго искал я, в чем суть покоя. Суть его в новорожденных младенцах, в собранной жатве, семейном очаге. Суть его в вечности, куда возвращается завершенное. Покоем веет от наполненных закромов, уснувших овец, сложенного белья, от добросовестно сделанного дела, ставшего подарком Господу.
И я понял: человек – та же крепость. Вот он ломает стены, мечтая вырваться на свободу, но звезды смотрят на беспомощные руины. Что обрел разрушитель, кроме тоски – обитательницы развалин? Так пусть смыслом человеческой жизни станет сухая лоза, которую нужно сжечь, овцы, которых нужно остричь. Смысл жизни похож на новый колодец, он углубляется каждый день. Взгляд, перебегающий с одного на другое, теряет из вида Господа. И не та, что изменяла, откликаясь на посулы ночи, – о Боге ведает та, что смиренно копила себя, не видя ничего, кроме прялки.
Крепость моя, я построю тебя в человеческом сердце. (...)
…- Трусит тот, кто отказывается идти вперед, чувствуя, что беззащитен. Трус кричит: «Река уносит меня!» Смелый чувствует свои мускулы и плывет. Я называю трусом и предателем того, кто винит других за ошибки и жалуется, что враг слишком силен.
– Как-никак, есть множество обстоятельств, и за них мы никак отвечать не можем…
– Нет, таких не существует. (...)
…Больше всех я ненавижу отказавшихся быть. Они сродни шакалам, но думают, что свободны, потому что свободно меняют мнения и предают (откуда им знать о предательстве? Они сами себе судьи). Им свободно лукавить, передергивать, оговаривать; и, если они голодны, свободно переметнутся ко мне, стоит мне указать им на кормушку. (...)
…Но я — я люблю все хрупкое, все уязвимое. Только драгоценные вещи всегда уязвимы и ломки. Уязвимость — свидетельство их драгоценности. Мне дорога верность друга, чувствительного к искушениям. Не пройдя через искушения, не обретешь верности, а без верности не узнаешь дружбы. Со смирением принимаю я неизбежность измен и соблазнов, только благодаря им так драгоценны неподкупность и преданность. (...)
…И враги помогают тебе, потому что нет на свете врагов. Враги обозначают твои границы, формируют тебя, уплотняют. (...)
…Не снисходи до общепринятых мнений. Люди сосредоточат тебя на тебе самом и помешают расти. Они привыкли считать заблуждением все, что противоположно их истине, твои метания и противоречия для них легки и разрешимы, и, как плод заблуждения, они отбросят семя твоего будущего роста. Они хотят, чтобы ты обобрал сам себя, стал потребителем, довольствовался готовым и делал вид, будто сбылся. Для чего тебе тогда искать Господа, слагать гимн, карабкаться на горную вершину, чтобы упорядочить пейзаж, который клубится сейчас перед тобой хаосом? Для чего спасать в себе свет? Ведь его не поймать раз и навсегда, его нужно ловить каждый день. (...)
…Завидуют только тому, на чьем месте возможно оказаться. Негр не завидует белой коже. Человек не завидует птице смертельной завистью, которая жаждет уничтожить для того, чтобы воспользоваться самому. Пойми, я осуждаю не честолюбие, честолюбие тоже желание созидать. Я осуждаю зависть. От зависти родятся только интриги, а интриги – гибель для творчества, которое в первую очередь чудо совместной работы всех с помощью каждого. Сперва ты судишь своего небезусловного государя, потом ты его презираешь. Ты знаешь, что он выше тебя, потому что у него больше власти, но отказываешь ему в справедливости, уме, благородстве сердца. Ты презираешь его, и его уважение к твоим трудам для тебя не награда. Уважение тех, кого мы презираем, оскорбительно нам. И вот твое положение становится для тебя невыносимым. Приказы временщика унижают тебя, но ведь он и хочет тебя унизить, у него нет иного средства дать почувствовать весомость своей власти. Быть с тобой на равных, делить хлеб, расспрашивать, восхищаться твоими познаниями и достоинствами может только тот, кто стоит у власти так же естественно, как стоит крепость. Крепость стоит себе и стоит, чем тут наслаждаться, чему радоваться? (...)
…Господи! Я знаю, что любая любовь - благо.
Любовь к свободе и любовь к дисциплине. Любовь к достатку ради детей и любовь к нищете и жертвенности.
Любовь к науке, которая все исследует, и любовь к вере, которая укрепляет слепотой.
Любовь к иерархии, которая обожествляет, и любовь к равенству, которая делит все на всех.
К досугу, позволяющему созерцать, и к работе, не оставляющей досуга.
К духовности, бичующей плоть и возвышающей человека, и к жалости, пеленающей израненную плоть.
Любовь к созидаемому будущему и любовь к прошлому, нуждающемуся в спасении.
Любовь к войне, сеющей семена, и любовь к миру, собирающему жатву.
Я знаю: противостоят друг другу только слова, а человек, поднимаясь ступенька за ступенькой вверх, видит все по-иному, и нет для него никаких противоречий.
…Хочу закончить свою книгу. Вот и все. Я меняю себя на нее. Мне кажется, что она вцепилась в меня, как якорь. В вечности меня спросят; "Как ты обошелся со своими дарованиями, что сделал для людей?" Поскольку я не погиб на войне, меняю себя не на войну, а на нечто другое. Кто поможет мне в этом, тот мой друг... Мне ничего не нужно. Ни денег, ни удовольствий, ни общества друзей. Мне жизненно необходим покой. Я не преследую никакой корыстной цели. Не нуждаюсь в одобрении. Я теперь в добром согласии с самим собой. Книга выйдет в свет, когда я умру, потому что мне никогда не довести ее до конца.
Я потерял интерес к самому себе. Мои зубы, печень и прочее — все это трухляво и само по себе не представляет никакой ценности. К тому времени, когда придет пора умирать, я хочу превратиться в нечто иное. Быть может, все это банально. Меня не уязвляет, что кому-нибудь это покажется банальным. Быть может, я обольщаюсь насчет своей книги; быть может, это будет всего лишь толстенный посредственный том, мне совершенно все равно - ведь это лучшее из того, чем я могу стать. Я должен найти это лучшее.
Лучшее, чем умереть на войне…»
____________________________________
Андрей Кончаловский
"Существуют люди-шоссе и люди-тропинки. Люди-шоссе наводят на меня скуку. Мне скучны щебёнка и километровые столбы. У людей-шоссе чётко определенная цель. Барыш, амбиции. А вдоль тропинки вместо километровых столбов орешник. Бредёшь по ней и щёлкаешь орехи. Ты на ней для того, чтобы просто-напросто быть на ней. И шагаешь для того, чтобы идти по ней, а не куда-то, куда тебе необходимо. А от километрового столба ждать совершенно нечего..."
Из письма г-же Франсуа де Роз, о. Сардиния, май 1944.
…Долго искал я, в чем суть покоя. Суть его в новорожденных младенцах, в собранной жатве, семейном очаге. Суть его в вечности, куда возвращается завершенное. Покоем веет от наполненных закромов, уснувших овец, сложенного белья, от добросовестно сделанного дела, ставшего подарком Господу.
И я понял: человек – та же крепость. Вот он ломает стены, мечтая вырваться на свободу, но звезды смотрят на беспомощные руины. Что обрел разрушитель, кроме тоски – обитательницы развалин? Такпусть смыслом человеческой жизни станет сухая лоза, которую нужно сжечь, овцы, которых нужно остричь. Смысл жизни похож на новый колодец, он углубляется каждый день. Взгляд, перебегающий с одного на другое, теряет из вида Господа. И не та, что изменяла, откликаясь на посулы ночи, – о Боге ведает та, что смиренно копила себя, не видя ничего, кроме прялки.
Крепость моя, я построю тебя в человеческом сердце.
«Цитадель» Антуан де Сент-Экзюпери
Осенью 1930 года приятель-дипломат познакомил Сент-Экзюпери с миниатюрной и хрупкой Консуэло Гомес, юной вдовой известного журналиста. Однажды вечером Сент-Экс был особенно взволнован. Он протянул Консуэло рукопись из восьмидесяти страниц – первый вариант «Ночного полета». Подписана книга была следующим образом: «Ваш муж, если вы позволите». В апреле 1931 они сочетались браком во Франции, в Агее, департамент Вар. Счастье было недолгим, и вместе они провели меньше времени, чем врозь, хотя Консуэло и считается официальной вдовой.
...31 июля 1944 погода над Корсикой была великолепной. Сент-Экс никогда не любил спокойствия. Оно часто бывало угрожающим. Неизвестно, чем может закончиться затишье, а во время бури ты всегда знаешь, что делать. Предстоял обычный разведывательный вылет в район Лиона. Накануне он играл с другом в шахматы «Запомни эту игру, – посоветовал ему Сент-Экс. – В следующий раз мы будем играть уже на другой планете». В 8.30 механики убрали стопоры из-под колес его «Лайтнинга». Он взлетел и взял курс на Южную. В 15.30 дежурный военного аэродрома в Бостии сделал запись в журнале: «Пилот не вернулся, считается утерянным».
31 июля 1944 года самолет Экзюпери во время разведывательной кампании были сбит противником.
Ещё сообщения: Высказывания Антуана де Сент-Экзюпери