Это цитата сообщения ЗДОРОВЬЕ_РОССИИ Оригинальное сообщение

Рациональное зерно и токсичные примеси в идее демократии

Ещё на заре времён, убегая от Смерти, в попытках выживания, человек понял, что подвергается мощнейшему насилию обстоятельств извне, и по сути, не имеет выбора. Он не может выбрать, дышать или не дышать. Он, может, и выбрал бы не дышать – но тогда умрёт, и некому будет выбирать. То же самое относится к воде и к пище, к теплу, которое необходимо, чтобы насмерть не окочурится.

Но требует искать топлива, которое холоду не нужно – какая была бы экономия, если бы имелась возможность выбрать холод, и насмерть не замёрзнуть!

Точно так же человек не имеет выбора, драться или не драться, если на него напали. Если он не будет драться (реализует свободу выбора вместо принудительной необходимости, навязываемой выживанием) – то его убьют, и некому станет выбирать.

Обобщая жизненный опыт, «человек выживающий» понял: несвобода – жизнь, свобода – смерть. Полнота свободы выбора в процессе умирания бесконечна, ничем не ограничена. Смерть не ставит человеку никаких условий, она ему при любом его выборе, при любом поведении гарантирована.

О жизни такого не скажешь. Выживание – это тоталитарный режим, это постоянное насилие принудительной необходимости над свободным желанием. Чтобы выжить – нужно выполнить длинный список условий в ультиматуме выживания.


При этом выживание-террорист ни по одному пункту не торгуется, навязывает их грубой силой и шантажируя заложника своих требований смертью. В буквальном смысле слова! «Не сделаешь это – умрёшь».

+++

Давление постоянного принуждения извне очень тягостно и мучительно для человеческой личности. Получается, что процесс выживания ни о чём не хочет спрашивать её мнения. Ни в одном вопросе не даёт ей выбора.

Начинает свой шантаж всякий раз словами – «если не хочешь сдохнуть, то…» - и дальше какое-то омерзительное требование, от которого всю душу наизнанку выворачивает. Пришли чужаки тебя убивать – убей их. Что значит, не хочешь? Ты их не убьёшь – значит, они тебя, и дальше уже жизнь без тебя покатится: это она тебе нужна, а ты ей нахрен не сдался!

Большинство людей, которые ходят на работу – разумеется (и все это знают) делают это под влиянием грубого принуждения, жестокого шантажа. Ну какой человек, если он не сумасшедший, пойдёт ДОБРОВОЛЬНО в «Макдональдсе» котлеты жарить?!

На подавляющее большинство рабочих мест загоняет нужда, адская безысходность, полное отсутствие выбора. Умирать не хочешь, а кроме как в аду кухни «Макдональдса» выжить больше нигде не получается.

+++

Так начинается сперва мечта, а потом осмысленная борьба человека за автономное пространство личности, в котором (пусть и на узком пятачке) был бы выбор, а не отсутствие выбора. И торжествовало бы личное желание, а не принуждение без выбора извне.

Вот эта идея автономного пространства личности – единственное рациональное зерно в бредовой и деструктивной теории «демократии». «Демократия» в том виде, в каком её скармливают обречённым на геноцид – бред и вредительство.

Но рациональное зерно в ней есть, только его нужно очистить от ядовитой шелухи: идея автономного пространства личности, в котором личность прячется, как в домике, и делает, чего она хочет, а не чего террористка-жизнь заставляет, не спрашивая, делать.

+++

Автономное пространство личности, очень желанное и лакомое каждому человеку (измученному принудиловкой, в которой необходимость не оставляет от личных желаний и личного выбора даже мокрого места) – ни в коем случае нельзя путать со «Свободой». Это не просто разные явления – это противоположные, взаимно отрицающие явления.

Если дать человеку делать, чего он хочет (то есть Свободу) – он первым делом реализует своё желание убить, ограбить, изнасиловать другого человека. Иногда ради мести, сводя какие-то старые счёты, но чаще, разумеется, просто чтобы овладеть его ресурсами, произвести отчуждение благ его пользования в свою пользу.

Экономический антагонизм между людьми, домохозяйствами (в котором Маркс непонятно как увидел «классовый» экономический антагонизм) – базируется на очевидности закона сохранения вещества и энергии: тебе больше – мне меньше, и наоборот.

Именно поэтому мы и говорим: правосознание требует большой экономической самоотверженности, монашеского аскетизма! Ведь обеспечивая другим людям какое-то количество благ, ты, по сути, отчуждаешь их от себя, выводишь себя, любимого, из претендентов на обладание этими благами.

+++

В силу этого автономность пространства желаний человеческой личности базируется (тут диалектика!) на несвободе, на ограниченности, узости рамок этого пространства.

Ты можешь выбирать хоть что-то сам – именно и только потому, что лишён возможности выбирать всё.

Несвобода оказывается защитной скорлупой этого автономного пространства личности – защищая его от вторжения чужой воли, реализующей собственную свободу, ломающей тебя об колено – а кто и как помешает это делать свободным людям?

Им, может, и напомнят, что убивать нехорошо – но это же типа тоста, рекомендательный характер имеет для свободных! Чтобы запрет на убийство и людоедство стал обязательным, а не рекомендательным – он должен стать принудительным. А где принудиловка – там нет свободы, вот круг и замкнулся!

+++

Понимая это, мы поймём парадокс, который иначе не разгадать: например, почему советский человек был гораздо свободнее лично, чем современный – притом, что формально был гораздо несвободнее? Аналогичные примеры можно найти и в других эпохах, но нам, разумеется, интереснее личные переживания нашего поколения!

Кратко: такова диалектика. Свобода, чтобы быть в каком-то объёме, требует несвободы, закрепощения как онтологического противовеса и обратной стороны своей медали. А полнота свободы, если её бухнуть в массы – приведёт к тому, что никакой свободы ни у кого не останется (или же все вымрут, перебьют друг друга).

Например, такое интересное явление, как «выбор профессии», относящееся к социализму, совершенно чуждо капитализму. В условиях рынка идёшь, куда возьмут, и радуешься, что взяли хоть куда-нибудь.

Между тем в СССР, насколько мы помним, выбор профессии был довольно широк: в этом проявлялось автономное пространство желаний личности, защищённое, а следовательно, и несвободное, замкнутое в капсулу несвободы для каждого гражданина.

+++

Если человек не бредит, и он не «демшиза» - то он понимает, что борьбу прогрессивные силы истории ведут за автономное пространство желаний личности, защищённое своей ограниченностью.

Нетрудно понять, что при улучшении жизни, развитии производительных сил, общей стабилизации и бонификации – это автономное пространство желаний может (и должно) расширяться. Разумеется, в разумных пределах, не до бесконечности, но становится шире, просторнее. Именно такое плановое расширение сегментов свободного выбора и есть социальный прогресс.

А, само собой, вовсе не свобода личности, ведущая к «войне всех против всех», с двумя очевидными исходами: или люди взаимно истребят друг друга, или же установится волей, силами победителей – жесточайшая рабовладельческая диктатура, продукт полной свободы личности, сполна использованной победителями.

Они себе взяли всю свободу, и, соответственно, рабам не осталось никакой, даже самой малой дольки оной…

+++

Лозунг удовлетворения всех желаний и потребностей личности, свободы её выбора – гнилой и деструктивный. Речь может идти об удовлетворении только здоровых, законных, цивилизованных желаний и потребностей, ограниченных разумностью, и утверждённых общественным договором.

Получается конструкция, о которой мы говорили выше: вот твоё автономное пространство, а вот его предел. Досюда ты имеешь право, как и все. Далее – у тебя, как и у всех, прав нет.

Если этого не понимать, если толкать желания на замену всякой принудительно исполняемой необходимости выживания, то пожар желаемого очень скоро отучит людей служить, работать, учиться.

Жизнь, носящаяся с выбором личности, как с писаной торбой – породит (и мы это видели!) наглого паразита, чьи претензии к обществу стремятся к бесконечности, а обязанности перед обществом им самовольно сведены к нолю.

«Вы все должны мне всё обеспечить, чего я хочу, а я вам ничего не должен» - классический выродок «Перестройки», вестник большой беды и большой крови.

+++

Но наши враги, прекрасно понимая всю деструктивность демократии, взятой в отрыве от автономного пространства желаний личности – очень хитро использовали её, как разрушительную силу, психовирус, смертоносный для общества.

Потому что если делать строго по инструкции, так, как про демократию в теории написано – то получится «ой, всё!» - а больше ничего получиться и не может. Разумеется, у наших врагов никакой демократии нет, потому что, если бы она была – наших врагов бы не было (то-то нам радость вышла бы!).

То, чем они потчевали нас – сами они не едят, и никогда не кушали.

+++

В начале 90-х господствовал тупой, алогичный, но живенький и бодренький миф о демократии. Он – при всей его тупости – давал однозначный ответ на вопросы – кто и зачем?

- Кто ведёт борьбу с тиранией?

- Демократические силы.

- А зачем они ведут борьбу, какова их цель?

- Устранить произвол тирана и дать людям выбрать ту жизнь, какую они хотят – то есть установить демократию.

Так возникал и образ желанного будущего, и образ врага. В желанном будущем люди сами себе выбирают, чего хотят, а враги прогресса – те, кто этому мешает, крепит тиранию, деспотию, несвободу и бесправие. Эти враги хотят отнять у вас свободу, и сделать вас забитыми, затюканными, запуганными. А поскольку это очень плохо, то надо отнять свободу у них, и их сделать забитыми и запуганными…

Но в таком случае – не является ли твой «враг прогресса» - твоим отражением в зеркале? Я не дам навязывать себе чужую волю, и сам всем буду свою навязывать…

Но она «своя» только для тебя – а для любого другого ненавистная чужая!

+++

В молодости я думал, что демократия – это цирковой балаган для дураков, эдакий цирк-шапито, в котором массы развлекаются клоунадой. Если бы меня тогда спросили – а зачем клоунам в этом шапито развлекать массы – я бы ответил: ну как?! Чтобы потешить, отвлечь от грустных мыслей…

При таком взгляде клоуны демократии выглядят невинно-вегетарианскими фигурами, и даже, по части народных забав, полезными. Разве потешать массы – плохо? Шоу-бизнес для того и создан, за то и пользуется всенародной любовью…

Но шли годы.

Я всё отчётливее видел, что балаган демократической клоунады – с двойным дном. Это не просто массовики-затейники, которые развлекают за грош, или даром. Это людоеды, упыри, которые заманивают клоунскими ужимками в подвал – где вчерашнюю публику расчленяют и разделывают на мясо. И во второй части этого марлезонского балета людям, пришедшим поугорать над клоунами – уже совсем не до смеха…

+++

Сейчас, когда всем уже, включая самых наивных, очевидно, что демократии нет, никаких демократических сил на Западе не имеется, что вся демократия – химера и лубочная плоская декорация – вопросы кто и за что ведёт борьбу, обретают особую актуальность.

Народы Земли атакует некто – и это не демократические силы (как нам вначале врали).

Этот некто ведёт борьбу – не за то, чтобы установить демократию и дать людям «самим выбирать».

Но кто же он – этот борец Некто? Пока мы думали, что это поборники демократии – было одно. А теперь, когда мы поняли, что это не поборники демократии – кто тогда они?!

И самое главное: если цель этих атак на все народы и государства Земли – не установление народовластия и свободы выбора, тогда какова истинная цель?!

+++

Жертвы «демократических реформ» и «борцов за свободу» не только не получают никакой свободы своей личности больше прежнего! Они лишаются даже и той (может быть, скромной, узкой, но реальной) автономности личности, которую имели при старом «прижиме» со всеми его тиранами и деспотами (получается, благодаря этим тиранам и деспотам).

Человека так умело «освобождают» от «тоталитаризма» (то есть единства правил для всех, равенства перед законом), что он вообще ничего, даже самого малого и игрушечного, не может выбрать по собственной воле.

Его желания, его личный выбор «ампутируют с ямкой», превращая его даже не в рабочий скот, а в механический инструмент, одноразовое орудие – истощаемое и выбрасываемое с заменой на новое, такое же.

Чем больше насаждается лживой и балаганной, крикливой и двуличной «радикальной демократии» - тем меньше у человека остаётся того, с чего начиналась идея о демократии: пространства для личного выбора хоть в каких-то, хотя бы второстепенных, вопросах.

Ничего парадоксального в этом нет. Всякая несвобода, называющая себя несвободой, тем самым вынуждена определять и свои границы: в этом и досюда я настаиваю, а дальше ты сам себе командир.

И только та несвобода, которая отказывается признавать себя несвободой, которая присваивает себе самозвано имя «Свободы» - ни в чём не ограничена. Зачем ей охранять какое-то маленькое пространство твоих желаний – если формально она дала твоим желаниям неограниченный простор?

Отличительная черта особой наглости Запада в том, что он попросту… отрицает наличие у себя проблем. Их незачем обсуждать, вводить в дискурс – потому что их нет! Например, тема фальсификации итогов выборов на Западе не звучит – потому что сама мысль о возможности подделки выборов не должна приходить в голову западному обывателю.

На практике такой подход открывает пространство для самых широких фальсификаций, ибо любое их обсуждение, как проблемы – табу за семью печатями.

По сравнению с обществом, в котором проблемы признаются и обсуждаются – Запад выглядит блестяще, особенно за «железным занавесом», когда ты о нём знаешь ровно столько, сколько он сам тебе о себе расскажет.

Так стирается всякая грань между объективной реальностью и внушённой картинкой у вводимого в транс, в морок, в наваждение человека. Его заживо жрут, обгладывают – а он смеётся, потому что ему, в его мороке, кажется, что его щекочут и ласкают…

+++

При огромном множестве несовершенств нашей страны – которая не готова к противостоянию с абсолютным злом ни экономически, ни в военном отношении, ни в области идеологии, ни в культурно-образовательной сфере, при всей убогости вида того, как раскорячилась наша страна, пытаясь сдержать то, что не готова сдерживать – не будем забывать про абсолютное зло!

Мы – живая страна живых недотёп и бестолочей, обормотов, которые сами про себя горько знают: там просрали, тут просрали…

Что же касается наползающей с Запада Смерти, принявшей псевдоним «Свобода», то давайте понимать, что терять нам нечего, ибо там, в этой чёрной энтропии антицивилизации, нет ничего живого (в том числе и глупого, и вздорного, живому тоже присущего).

Нет никаких «демократических сил».

Борьбу ведут силы, максимально враждебные идеалам демократии.

И, разумеется, не за то, чтобы по итогам водрузить демократию (хороша она или плоха – отдельный вопрос, потому как никто и не предлагает).

Активно используя естественное недовольство человека принудительными нормами выживания в этом суровом мире, подрывая эти необходимые нормы фантомами беспочвенных мечтаний – адская, инфернальная сила глобализма мечтает ликвидировать человека, как такового, и его способность думать, и его способность самостоятельно чувствовать, и его способность иметь СВОИ желания сверх внушённых извне.

Под «торжеством демократии» Запад понимает превращение людей в неодушевлённые предметы, не имеющие собственной воли, а потому и не чувствующие никакой боли при любой степени её попрания.

Если человек станет неодушевлённым биороботом, на манер украинского дегенерата – тогда не потребуется никаких фальсификаций выборов, впрочем, никто не заметит и их отмены, исчезновения.

Если у тебя голосуют стулья, выстроенные в ряд, ты можешь ставить на их голосование любой вопрос, заранее зная, что они ответят, как тебе нужно. Равно как и никакого вопроса не ставить – что тоже не обременит ряды стульев никаким дискомфортом. Заводная, механическая кукла может голосовать, если её завести, и ничего не делать – если забыть её завести. Что одно, что второе – ровным счётом ничего не значит.

У неодушевлённого предмета, зомби-биоробота с чипированной башкой – настолько полная «свобода» слияния с программистом, что никакого автономного пространства личных желаний ему не требуется. Ибо неодушевлённому предмету нечем будет это пространство заполнить, каким бы малым ему его ни выделили…

***

Николай Выхин