Нежно-жемчужные дали 
Чуть орумянил закат. 
Как в саркофаге, печали 
В сладком бесстрастии спят.

Нет, не укор, не предвестье - 
Эти святые часы! 
Тихо пришли в равновесье 
Зыбкого сердца весы.

Миг между светом и тенью! 
День меж зимой и весной! 
Весь подчиняюсь движенью 
Песни, плывущей со мной.


  

Взглядам Брюсова предшествовали увлечения французскими поэтами, он наслаждался произведениями Бодлера, Верлена, Малларме и в конечном итоге стал автором драмы «Декаденты» («Конец столетия», 1893).

В 1899 году Валерий Яковлевич получил диплом и стал усиленно заниматься литературой и разрабатываем теории символизма. Примерно в то же время Брюсов сблизился с Бальмантом.

 Знакомство двух поэтов в дальнейшем переросло в крепкую дружбу, они тесно общались вплоть до эмиграции Константина Дмитриевича. Дошло до того, что в начале 20 века Брюсов посвятил приятелю сборник «Tertia Vigilia» («Третья стража»), который литературные критики считают первым ростком урбанистического этапа творчества писателя: автор все чаще и чаще воспевает в своих трудах просторы шумного города и скрупулезно описывает даже мельчайшие детали.

Торжественно и серьезно даю слово на два года отказаться от литературной деятельности. Мне хотелось бы ничего не писать, а из книг оставить себе только три - Библию, Гомера и Шекспира. Я буду читать лишь великое, писать лишь в те минуты, когда у меня будет что сказать всему миру. Я говорю мое «прости» шумной жизни журнального бойца и громким притязаниям поэта-символиста. Я удаляюсь в жизнь, я окунусь в её мелочи, я позволю заснуть своей фантазии, своей гордости, своему «я»". Через два года после этого обещания Брюсов написал стихотворение «Блудный сын».