***
Расплата наступила следующим утром. Я, Лизи и Сестрички не разлей вода как раз собирались сыграть в теннис, а Том устроился с книжкой на скамейке, не обращая на нас никакого внимания.
Мы быстро нашли подходящую лужайку, наколдовали сетку. Перед игрой девушки переоделись в спортивные костюмчики, я же просто снял мантию и остался в обычных брюках и рубашке. Лизи, как всегда сотворила со своими волосами нечто странное. Так что на голове у нее торчало несколько пучков, похожих по форме и цвету на болотные кочки. Мы играли на интерес и не вели счета. После каждой удачной подачи сестры бурно радовались, и наоборот, если им не удавалось отбить мяч, девушки ужасно расстраивались. И даже начинали спорить, указывая на правила, которые никто толком не знал.
Как раз в разгар очередного спора я заметил - с Риддлом происходит нечто странное. Он вел себя как мой старый пес, когда того одолевали блохи: вскочил, задергался, начал чесаться, пытаясь стряхнуть что-то прыткое и мелкое.
Вдруг вокруг Тома возникло плотное облако, из черного кисельного дыма посыпались уродливые твари. Они выглядели как внебрачные дети ночных кошмаров и насекомых всех форм и видов.
Лизи, Мисси и Несси завизжали в три голоса. Я лишь восхищенно присвистнул, если это дело рук Олисы, то снимаю перед ней шляпу. Том отбежал, но дьявольская орава бросилась за ним. Я различил черную мохнатую многоножку размером со щенка, огромную тварь – смесь кузнечика и богомола, жабу с паучьими лапами и острыми зубами, а еще коричневую двухвостку с шипами на спине.
Риддл достал палочку, но его заклинания не остановили чудовищ, с жутким гудением копошащаяся масса продолжала наступать, стараясь отхватить кусочек от злосчастного колдуна. Вот паукожаба подпрыгнула, но промахнулась, Том подхватил со скамейки свою книжку, и когда на него набросилась очередная чешуйчатокрылая тварь, врезал по ней со всей силы трухлявым талмудом, тварь отлетала и упала в цветочную клумбу. Хороший удар, я ведь говорил – толстая книга всегда в жизни пригодится если и не для чтения то для убийства. Сообразив, что ему не убежать, Риддл поднялся в воздух, но был не достаточно проворен и полубогомол-полукузнечик хищными жвалами вцепился ему в ладонь. Том выронил палочку.
- Сделай же что-нибудь, Расти, - прошептала перепуганная Лизи. Но что я мог сделать, если она мертвой хваткой вцепилась мне в плечо. То ли Мисси то ли Неси отрывисто вскликнула за моей спиной.
А тем временем Том, все еще вися в воздухе, сумел сломать монстру хребет, но даже мертвый тот не отпускал свою добычу. С безопасного расстояния, я наблюдал, как Ридлл, закусив губу, пытается оторвать мерзкое создание, его не менее отвратительные собратья тем временем бесновались на земле, лова капли крови, которые сочились из раны. Одна из жаб подпрыгнула и уцепилась за край мантии, теперь она дрыгала отвратительными ногами и дергала паучьими лапками, но ткань не выпускала. Увлеченный происходящим я не сразу обратил внимание, что у монстров-насекомых начали расти крылышки. Зато Риддл это заметил, не дожидаясь пока его враги взмоют в воздух, он призвал свою палочку и исчез. Мертвый полубогомол-полукузнечик шлепнулся в гущу сородичей, а через секунду они все исчезли без следа.
- Сегодня Тому придется много побегать, – ехидно заметил я и получил болезненный тычок в бок.
- Расти! – Лизи возмущенно посмотрела на меня, но больше ничего не добавила.
Наступил вечер, а Риддл так и не вернулся, поэтому за ужином все сидели с траурными лицами.
- Бедный Том, – вздохнула Лизи
- Это было прекошмарно. Когда эти твари на него набросились, я чуть не умерла от страха, – сказала Мисси.
- Невыносимо, – поддержала сестру Неси.
- С этим нужно что-то делать. Папа, не ужели министерство не может приструнить эту сумасшедшую, – Лизи положила вилку, которую до этого нервно вертела в руках.
- Нельзя винить одну Олису, – я был единственным за этим столом, кто рискнул заступиться за мисс Сэммилль.
- Она просто больная, - фыркнула Мисси. –Пусть ее отправят в лечебницу.
- Девочки министерство не вмешивается в личные споры, – лорд Б. вел себя так будто вышел на прогулку между двух огней.
- Девочки, наше министерство никогда не встревает, если двое колдунов хотят помериться палочками. – Веселая Вдовушка, единственная из нас кто не отказался от еды и выпивки, довольно улыбнулась
- Технически, то есть биологически мисс Сэммилль ведьма, – наш хозяин замялся, видимо не зная как же закончить начатую фразу, а глаза Вдовушки сверкнули озорным блеском. Но едва она приоткрыла рот, леди Бэггет Бигль, научившаяся распознавать неприличные пошлости золовки еще на подходе, нарочито громко произнесла
- Может пора подавать десерт. Повариха утверждает, что пирог удался на славу.
Ужин оставил после себя неприятный осадок. Когда приходится целый вечер сидеть с постной миной перед столом, заставленным шедеврами кулинарного искусства, настроение портится быстро. В отличие от сестер, я не особо беспокоился за Тома, чутье, видимо, унаследованное от шотландских горцев, подсказывало, что мы его еще увидим.
И оно меня не обмануло, Том объявился на следующее утро: живой, здоровый и со счастливой улыбкой на лице. Последнее меня не порадовало, за годы учебы я убедился: если Том Риддл улыбается, это значит, что кто-то рядом горько плачет.
***
Я взял метлу и полетел к озеру, но добравшись до озера, не увидел кривобокого домишки. Я приземлился, бросил на землю метлу и медленно обошел пустырь, внимательно смотря под ноги, но на нем не осталось ни бревнышка. Никаких следов, там где раньше громоздился нелепый грязный дом, теперь росла густая трава. Поняв, что ответов мне здесь не найти, я взял метлу и помчался обратно. Если кто и знал, где сейчас Олиса, то это - Риддл. Время близилось к полудню, но когда я ворвался в его комнату, чертов чародей сладко спал.
- Где Олиса? - с порога заорал я, от моего вопля каменная горгулья свалилась бы с карниза, Риддл же спокойно сел и протер глаза.
- Опять ты, - невозмутимо констатировал он. С виду сонный и заторможенный, Том весьма прытко спрыгнул с кровати, когда я попытался схватить его за шиворот.
- Где она? – повторил я.
- Под землей вместе со своей хибарой, - и Том сделал жест ладонью, будто переворачивая что-то вниз.
- Немедленно сними заклятие или ты совсем рехнулся!
- Если она такая умелая колдунья, пусть самая себя расколдует. А теперь может дашь мне выспаться, - Том указал на дверь. Знай, я какое-нибудь темномагическое проклятие помощнее, с радостью бы наложил его на Риддла, а так пришлось убираться, несолоно нахлебавшись, причем этот паршивец еще и рассмеялся мне в след.
Я спустился вниз, морально подавленный, но все еще не сломленный. Другой бы, отступил, прислушался к голосу разума, и пусть его предки, возмущенные подобной трусостью, ворочаются в гробах. Но я не собирался пасовать перед опасностью, так что сонм мертвых Поттеров мог спать спокойно.
Мой бесстрашный дух жаждал битвы, я уже готов был развернуться и пойти преподать Риддлу пару запоминающихся на всю жизнь уроков. Но к счастью вовремя остановился, и вместо того чтобы взлететь по лестнице на крыльях гнева, подобно ангелу мщения, присел на ступеньки, подперев голову ладонью. Даже ангелу мщения нужен план действий, иначе его быстро спустят обратно с лестницы. Несколько минут я ждал гениального озарения, но оно видимо заплутало в дороге, и вместо того чтобы посетить отчаянно нуждающегося Расти Поттера, незрелым яблоком свалилось на голову какому нибудь маглу. Решив, что две головы лучше чем одна, я направился в теплицу к Аде.
К собственному стыду и большому огорчению родителей в школе я больше времени проводил на квидичном поле чем за учебниками. И вот результат: спросите меня, что за растения цвели пышным цветом в теплице Ады и вы получите в ответ не вразумительное бормотание. Только тот, кто с травологией на короткой ноге, мог бы упорядочить и систематизировать этот зеленый хаос, буйно цветущий и сладко пахнущий. А простому смертному, вроде меня, не помогли бы ни толстые фармокопеи ни атласы с красочными картинками, но для общего представления скажу следующие.
В теплице Ады можно было найти растения со всех стран и континентов: в огромных кадках стояли лимонные деревья, лекарственные травы росли в ящиках, цветы, радовали глаз всеми оттенками радуги, листья поражали разнообразием форм. А главное всего этого зеленого разнообразия было очень много, горшки и на полу и на столе стояли в притык друг к другу, а те, которым не хватило места внизу были подвешены под потолок. И когда я шел по проходу, что-то с непроизносимыми латинскими названиями постоянно задевало мою голову длинными листьями, похожими на ленты. В самом конце теплицы Ада возилась с милым цветочком, чей стебель украшали острые шипы размером с мой мизинец. Пока девушка осторожно пересаживала его в горшок по больше, я поделился с ней своей печалью.
- В одном ты прав, Расти, так дальше продолжаться не может, – решительно сказала она, после того как я наконец излил душу до последней капли. - Тебе придется их помирить.
- Но как, не могу же я наложить на Риддла империо, хотя, думаешь, стоит попытаться ….
- Не обязательно все решать при помощи магии, – Ада стянула толстые рукавицы, щипастый цветочек был надежно усажен в хорошо удобренною землю. - Взрослые разумные люди всегда смогут договориться.
- Но мы же говорим о Риддле, - возразил я – о зловредном Румпельштильцхене, чье уязвленное самолюбие требует крови и человеческих жертв.
- Так найди способ охладить его пыл, - Ада взяла длинноносую железную леечку и отправилась обходить теплицу, я же, не отставая, семенил следом.
- Думаю единственный способ охладить пыл Томми - это засунуть его в ящик и послать в Сибирь, – Ада повернулась и насмешливо приподняла брови. – Или лучше на Северный полюс. Ты случайно не знаешь, что дальше Сибирь или полюс?
- Просто найди такой убедительный довод, против которого ему нечего будет возразить
- Легко сказать, – я скорчил печально-задумчивую рожицу, чем рассмешил Аду. Она ласково потрепала меня по голове и напоследок преувеличенно серьезно сказала:
- Ничего не бойся, удача благоволит храбрым.
После такого напутствия мне оставалось только примирить Тома и Олису любой ценой. Даже если для этого придется рассказывать трольи анекдоты. Великая сила трольего юмора состоит в том, что после пары тройки анекдотов даже самые заклятые враги, позабыв былые распри, объединяются, чтобы прибить рассказчика, а потом закопать его труп. Сам я с тролями не дружбы не вожу, но у моего дядюшки из Абердина всегда есть за душой пара-тройка таких вот историй. И он без колебаний готов их применить, стоит кому-нибудь заявится к нему в гости, рассчитывая на угощения и ночлег.
Но этот вариант я решил приберечь на крайний случай, к тому же появилась у меня одна идейка. Обмозговав детали, я отправился на поиски Риддла, и уверенность в победе придавала моей походке пружинящую бодрость. Томми с книжкой на коленях устроился в плетеном кресле на веранде, мое появление он встретил равнодушно.
- Интересная книжка? - я плюхнулся в кресло, стоящие рядом.
- Очень, но боюсь тебе не хватит знаний, чтобы оценить всю ее уникальность.
Как говорила моя бабуля: отсутствие знаний можно восполнить душевными качествами, тогда как отсутствие душевных качеств ничем не восполнишь. Веский довод и я уже было выложил его Риддлу, но потом решил не размениваться по мелочам.
- Не хватит, - согласился я. – Но я думаю сейчас у нас есть проблемы по важнее каббалы.
- Неужели?
- Ты вернешь Олису и ее дом на место, а потом принесешь мисс Сэммиль самые искренние извинения. Пора покончить с этой глупой вендеттой.
- Не я это начал не мне и заканчивать.
- Начал все именно ты, когда убил ее крысу, – напомнил я, но Том лишь хмыкнул. – Честно говоря, мне без разницы понимаешь ты ли что значит потерять близкого друга, пусть даже это крыса, или ты от рождения бесчувственный гад. Важно то, что сейчас ты пойдешь со мной к озеру и снимешь свои чары, – я выдержал томительную паузу, игнорируя саркастическую ухмылку Риддла, плевое дело, когда спрятанный в рукаве козырь согревает приятным ощущением тайной власти.
- А если нет, то пакуй чемоданы, потому что сегодня же вечером мы уезжаем из Ковен Холла.
- Это невежливо по отношению к хозяевам, – Том ничем не выдал своих эмоций, правда, после моих слов издевательская ухмылка слетела с его губ.
- Думаю, они поймут, и я уж постараюсь, чтобы двери этого гостеприимного дома навсегда захлопнулись перед твоим носом. Так что. Томми, - я нарочно выделил свое обращение, зная, как бесит Риддла уменьшительное имя. – Иди, попрощайся со своими единственными друзьями… Со всеми этими старинными уникальными драгоценными фолиантами по чернокнижию, легитименции, каббале и шамбале.
Физиономия Риддла стала совсем кислой, я едва сдержал победный вопль. Снич был пойман, и команда Расти Поттера одержала сокрушительную победу после которой противнику оставалось лишь удалиться с поля, посыпая голову пеплом.
- Твоя взяла, – буркнул Том, некоторые колдуны слова Авада Кедавра произносят с меньшим чувством.
- Подожди меня на заднем дворе, – на ходу бросил я. На кухне я разжился еще теплым пастушьим пирогом, который вручил Риддлу.
- За моральный ущерб, – уточнил я, но колдун аппарировал не удостоив меня ответом. Не люблю, когда мои многострадальные атомы просеивают через решето реальности, поэтому всем пространственным перемещениям, я предпочитаю полет на старой доброй метле.
Подлетая к озеру, я с радостью увидел, что кособокий домишко, еще более темный от прилипшей земли, стоит на своем месте. Приземлившись рядом с крыльцом, я постучал в дверь. Том неохотно подошел ко мне и теперь переминался с ноги на ногу.
- Быстро ты его расколдовал, – похвалил я.
- Это не моих рук дело.
Ответить я не успел потому, что в дверях появилась Олиса.
- Привет, Расти – на лице ведьмы сияла лучезарная улыбка. Я хотел бы разделить ее радость, но меня смутило то, что в правой руке девушка держала обезглавленную летучую мышь. Из свежей раны капала кровь. Олиса заметила Риддла и враждебно нахмурилась.
- Мы пришли с миром, – поспешил вставить я.
- И с дарами, – добавил мой невеселый спутник. С мрачной ухмылкой он протянул девушке пирог.
- Спасибо, – Олиса замешкалась, не зная куда деть летучую мышь. – Это для заклятия пояснила она. - Вы проходите, - девушка посторонилась, и мы просочились в полутемный длинный холл, Олиса привела нас в большую комнату.
- Подождите меня здесь, я сейчас вернусь, – бросила она, закрывая дверь.
Интерьер комнаты лишил меня дара речи. Он не радовал глаз красивой дорогой мебелью наоборот все что тут стояло было старым и порядком потрепанным. На стенах висели картины, но я не мог с уверенностью сказать плохие они или хорошие, так как слой пыли в палец толщиной надежно скрывал эти полотна от чьих-либо глаз. Зато, куда бы я ни кинул взгляд, он везде натыкался на скелеты.
Мы с Риддлом оказались посреди маленького, но очень населенного царства костей. Те его обитатели, которые при жизни рыли норки и воровали зерно из амбара, устроились плотной толпой на каминной полке. В шкафах и на полках блестела отполированной белизной костей дичь по крупнее. На полу же, утопая лапами в пушистом ковре, стояли и враждебно скалились хищники, с потолка свисали, расправив лишенные перьев крылья, птицы… И самое страшное - в углу рядом с дверью возвышался вытянувшись в струнку подобно часовому мой собрат по роду человеческому. Он вперил в меня пустые глазницы, я поспешил отвернуться и посмотрел на Тома. Мой приятель спокойно поставил пирог на стол и расположился в кресле.
- Не хотел бы я провести детство в этом доме, - сказал я.
- По-моему, это даже забавно, во всяком случае, грызуны на камине смотрятся намного лучше фарфоровых пастушек.
- Ммм, – я наклонился к скелету зверя, который судя по размеру когтей, при жизни был весьма кровожадным, и потрогал его челюсть. Она со скрипом отъехала вниз, и скелет продемонстрировал мне угрожающий оскал. Когда я пытался приладить челюсть на место, вернулась Олиса, в руках она держала поднос с дымящимся чаем и круглыми шоколадными пирожными на большом белом блюде. Мы расселись вокруг столика, как добровольному миротворцу именно мне предстояло вести беседу, и я решил начать с обмена любезностями.
- Удивительная комната в ней так много разных животных.
- Коллекция дедушки, – с гордостью откликнулась Олиса. - Он очень любил скелеты даже на бабушке, потому что ее кости могли предсказывать погоду на несколько десятилетий вперед.
- Это случайно не он в углу стоит, – язвительно осведомился Том, за что получил от меня пинок по лодыжке.
- Нет, это бабушка, дедушка даже после смерти не мог с ней расстаться.
- Очень романтично, – я решил, что атмосфера достаточно разрядилась и пора переходить к сути.
- Мы очень рады, что ты избавилась от заклятия и у тебя все в порядке.
Риддл проворчал что то себе под нос, но не стал меня прерывать.
– Думаю, сейчас как раз настал момент, когда ради собственного блага и спокойствия окружающих, вам двоим нужно разобраться в своих проблемах. И для начала Том хочет тебе кое что сказать…..
Помню, в семь лет я ругнулся в присутствии матери – кузены подучили, и она наложила на меня заклятие. Поэтому вплоть до своего 17-того дня рождения, я не мог произнести ни одного грубого слова. Как только я начинал выговаривать первый слог во рту тут же появлялся привкус ушной серы, рыбьего жира или чего-нибудь похуже. Это я веду к тому, что когда Риддл проносил свои искренние извинения Олисе, выражение лица у него было таким, что казалось, каждое слово произнесенное им оставляет после себя привкус свежего навоза.
- Я предлагаю вам пожать друг другу руки и забыть про прошлые обиды. – Враждующие стороны смерили меня презрительными взглядами, но благоразумие восторжествовало и они скрепили свой договор вялым рукопожатием. Я испытывал неподдельное умиление, и на моих губах помимо воли появилась отческая улыбка. С чувством выполненного долга я отправил в рот круглое шоколадное пирожное
- Ммм чертовски вкусно
- Рецепт прабабушки называется «Чумные бубоны» .
- Правда… – сказал я неуверенно, задумавшись насколько содержание может соответствовать названию.
Мы мило беседовали, Олиса несмотря на увлечение темной магией, была симпатичной девушкой и звонко смеялась над моими шутками. Подбодренный ее смехом я с увлечением пересказывал истории из жизни своей многочисленной родни: про дядю шотландца, который готов уморить человека трольим юмором если тот рискнет выпить лишний стакан воды в его доме. И про то, как сыночек матушкиной сестры решил стать пожирателем огня, для чего проглотил живьем с десяток маленьких драконов. Драконы наградили его язвой и, как следствие, превратили в хронического трезвенника. После чего его жена вступила в Общество любителей драконов.
Пока я разглагольствовал, Том сидел молча. Посторонний человек, взглянув на его кислую мину, решил бы, что сегодня у парня сожгли на костре любимую бабулю. Я как-то уже упоминал: Риддл умеет поддержать остроумный разговор, даже если на дух не выносит собеседника. Но сегодня эта способность ему изменила, неужели раны нанесенные его раздутому самолюбию оказались настолько глубоки.
В углу что-то заскреблось, и я невольно вздрогнул, взгляд десятка пустых глазниц медленно но верно подтачивает любое самообладание.
- Это моя крыса. Я попробовала ее воскресить, но не смогла довести процесс до конца.
Я оглядел результат трудов Олисы, крысюк выглядел еще более облезлым и больным чем при жизни, он медленно плелся по ковру, норовя завалиться на бок.
- А Вы пробовали кормить его другими крысами? – спросил Том.
- Конечно. Я даже купила ему немного человеческой крови.
- А кровь Вы покупали…
- У матушки Гризо, она ее не разбавляет в отличие от других.
Риддл одобрительно хмыкнул. А я растерялся, не зная толи мне радоваться, что эти двое нашли общий язык, толи насторожиться, все-таки познания моих собеседников в области некромантии были подозрительно обширны.
- Мне недавно попался один любопытный ритуал по воскрешению мертвых, если хотите можем попробовать.
Я попытался найти в словах Риддла подвох.
- А насколько это опасно и требует ли твой ритуал кровавых жертв? – уточнил я. Опыт школьных лет подсказывал не следует принимать то, что предлагает Томми Риддл. Это как в истории с данайцами и их дарами.
- Никаких неприятностей не будет, – возмущенно ответил Том. Так искренне возмущаются отпетые негодяи, когда их в лицо называют негодяями. Но в этом деле последнее слово оставалось за Олисой, а она согласилась. И все мои предупреждения, как и пророчества Кассандры, остались пустым сотрясением воздуха.