он давно пропал и вдруг нашёлся. засунул сюда. а то вдруг опять комп полетит...

Стекло.

Она коснулась закрашенного стекла экрана , приложила ладонь, оно слегка холодило, как будто она прикоснулась к снегу, медленно, будто ощупывая, она повела пальцами в разные стороны и подвинула руку чуть ниже, её мысли хаотично неслись, бесконтрольно перепутываясь между собой. Он не может, не может не почувствовать мои руки, они так горячи, их энергия сильнее, чем ты - тихо, едва шевеля обмороженными губами шептала она. обращаясь к странному, полузамёрзшему, не живому стеклу. “Ну подойди же ко мне, неужели ты не видишь!!!” В бессилии она стукнула маленьким кулачком по стеклу или его изображению, которое как тень маячила на фоне расплывчатой мебели, стола, на котором стоял телефон. Она снова рванулась к нему. Приложила ладонь. Она смотрела прямо ему в глаза, он подошел, “он чувствует моё присутствие” - думалось ей. (Её маленькое застывшее сердечко немного дрожало в предвкушении тепла.) Она вновь повела рукой к заветному месту предполагаемого контакта, “ну же, чуть ниже”, - уже совсем нетерпеливо восклицала она, он бессильно опустил руки. “Нет ты не понима....” - мысль, оборвавшись на половине, не достигла его, он отошёл от стекла.
Он ожидал звонка, бесполезного по сути и содержанию - её не было в этом мире, остальное не имело значение. Но только комнату заполняла тишина , которая немного дрожала в его голове. Инстинктивно он подошёл к стеклу. Медленно, словно боясь обжечься, протянул руки к немой безжизненной пустоте, за которой, как казалось ему, ничего не было, нет и не должно быть. Стекло холодило, как снег, который не тает при сильном морозе. Вдруг его передёрнуло, он попытался судорожно сжать немое безликое стекло, но видел в нём только себя, своё отражение, которое напоминало слепок с него, но не его прежнего. Руки зажгло ещё сильнее, заломило от непонятного, необъяснимого холода кончики пальцев. “Ближе” вдруг, как будто разрезав мозг на две половинки, заговорил его внутренний голос. Он передвинул правую руку чуть ниже, “ты не понимаешь...” - вновь ворвался в его замутнённое сознание глухой, едва различимый отголосок чьей-то фразы, он судорожно зашарил по стеклу руками, но по прежнему ничего не происходило. “Я брежу и только” сказал он сам себе и устало опустил руки вдоль туловища - звонок телефона наконец-то ворвался в комнату. Ничего больше не манило. Стекло, слегка помутнев, замолчало.
Телефон звонил, настойчиво теребя его слух. Он, в нерешительности стоял, по прежнему безжизненно опустив руки вдоль туловища, комнату вновь заполнила зияющая как пустота в душе, тишина. За окном проносились туманные машины, их очертания напомнили ему ту, другую комнату, где они были вместе. Он не мог помнить этого, ведь этого так и не произошло, но память сильнее реальности, она простирается в будущее, которое вероятно лишь на 1%, как вероятность шага в разные стороны - всего лишь один из вариантов, который происходит, но не в этой реальности. И всё же это было, было и с ним, и с ней в каком-то неведомом, едва ли существующем по его мнению параллельном мире. Он всегда был уверен в существовании единственной реальности, он верил в это как ребенок верит в деда мороза, как ребёнок верит в существование добра или зла, как ребёнок точно уверен, что есть его родители, которые могут защитить его от всего. Это так спокойно - верить в одну реальность, так определённо и устойчиво.
Снег в тот день шёл сильнее чем обычно, он просто валился с небес, будто некто высыпал его из огромного мешка повсюду. Она была необычайно весела в тот вечер. В комнате горел свет, приглушённый, с синеватым оттенком, и потому белые стены тоже казались голубоватыми. Прихорашиваясь у зеркала, которое отражало лишь наполовину её истинный образ, она что-то весело напевала слегка хриплым, но очень нежным с переливами голосом.
Через секунду она уже очутилась на кровати , её перемещения по комнате напомнили ему по своей скорости того маленького зверька, который так напугал его в Африке. Это было в те времена, когда он ещё служил в армии.