[500x439]

Мы шли искать Тебя — а стали злой толпой:
И нищий, и богач, и щедрый и скупой.
Ты с каждым говоришь, никто из нас не слышит.
Пред каждым предстаёшь, любой из нас слепой.

Ты завтра, как и все, придешь на Судный зов.
Обсудят перечень твоих земных трудов…
Так вот! Учись добру, покуда гром не грянул:
Там обнаружится не кто ты, а каков.

Пройди своим путем, как свыше суждено,
В обличье нищего иль шаха, всё равно.
Всё — сам ты: море — сам, ныряльщик — сам, и жемчуг…
Нырни-ка в эту мысль! Давай, нащупай дно!

Порою прячешься за потаённой тьмою,
Вселенной красочной являешься порою…
Ты развлекаешься кокетливой игрою:
Зажмуришься — и вновь любуешься Собою.

[700x481]

Сказал я: «Мир — твоё прекрасное творенье,
Вон звёзды светятся, Твоей прикрыты тенью..»
«Неверно! — был ответ. — Слиянны Я и Мир.
Кто видит тень Мою, тот жертва заблужденья».

К ногам Твоим Господь, уж был готов упасть я,
Ты поддержал меня и отстранил несчастья.
Ты можешь обойтись без частых слёз моих,
Но мне не обойтись без Твоего участья.

Мы шли искать Тебя — а стали злой толпой:
И нищий, и богач, и щедрый и скупой.
Ты с каждым говоришь, никто из нас не слышит.
Пред каждым предстаёшь, любой из нас слепой.

Ты завтра, как и все, придешь на Судный зов.
Обсудят перечень твоих земных трудов…
Так вот! Учись добру, покуда гром не грянул:
Там обнаружится не кто ты, а каков.

Пройди своим путем, как свыше суждено,
В обличье нищего иль шаха, всё равно.
Всё — сам ты: море — сам, ныряльщик — сам, и жемчуг…
Нырни-ка в эту мысль! Давай, нащупай дно!

Порою прячешься за потаённой тьмою,
Вселенной красочной являешься порою…
Ты развлекаешься кокетливой игрою:
Зажмуришься — и вновь любуешься Собою.

[700x437]

Как странно! Любят суть, а воспевают лик.
Кто в сердце краснобай,тот въявь косноязык.
Ещё диковенней, о Властелин вселенной:
От жажды мучаюсь, а предо мной родник.

Все на перед дела для нас предначертали,
Смешав добро и зло в угрозах на Скрижали,
Что предначертано, то и вручают нам.
Нелепы хлопоты, бессмысленны печали.

Вглядись, коль ты не слеп, во мрак могильной ямы.
Потом взгляни на мир, бушующий страстями.
Какие грозные им правили цари!..
Любой из них, смотри, растоптан муравьями.

Несчастье на чеку. Смотри не провинись -
Свой жребий получив, за лучшим не тянись.
Черкнув, коснулась Кисть черновика Творенья…
Теперь черту судьбы не сдвинешь вверх иль вниз.

Ты ради жалких благ вседневно суетясь,
И думать позабыл: всё ближе смертный час.
Хотя б на миг очнись, взгляни хотя б однажды,
Как время яростно и слепо топчет нас!

Допустим у тебя добра не счесть, и что ж,
Намерен вечно жить, покуда всё сочтёшь?
Твой каждый вздох тебе однажды был одолжен,
И долго ли понять, что должен быть платёж.

Когда бы смог я жизнь от рока оградить, 
От пут добра и зла себя освободить,
Отсюда б не ушел!.. а если откровенно,
В презренный этот мир не стал бы и входить.

Жестокий небосвод мольбою не гневи,
Исчезнувших друзей обратно не зови.
Вчерашнее забудь, о завтрешнем не думай:
Сегодня ты живешь — сегодняшним живи.

Здесь каждый дар небес — не слёзы, так беда;
Чуть горе отойдёт, навалится нужда…
О жизни на земле узнать бы нерождённым,
Навек бы зареклись они идти сюда.

Нас мучат день и ночь: то «стой!», то вновь «иди!».
То вниз, то снова вверх, иного нет пути.
И только трудная дорога перд нами,
И только долгая дорога позади.

И вот ушёл твой дух в загадочную тьму,
И новый человек живёт в твоем дому.
И невдомек ему и прочим новосёлам,
Что ходят — то они по телу твоему.

О Сердце не являй друзьям печальный вид,
Мужайся, не делись, о чём душа болит.
Беда привязчива — она, забывши стыд,
И к другу твоему в подруги наровит.

   [800x550]

Отзывчивых людей сравню я с зеркалами.
Как жаль, что зеркала себя не видят сами!..
Чтоб ясно разглядеть себя в своих друзьях,
Вначале зеркалом предстань перед друзьями.

Свою слепить бы жизнь из самых умных дел — 
Там не додумался, тут вовсе не сумел.
Но Время — вот у нас учитель расторопный!
Как подзатыльник даст, ты малость поумнел.

Кто всячески себе наводит красоту,
Мечтает всем в глаза бросаться за версту,
Тому и невдомёк, в чём красота мужская.
А ну как я его за женщину сочту!..

Не нас ли Истина любовью облекла,
Покорность и грехи презреть нам помогла!
Твои щедроты нас где ни застанут, станут
Безделье — деланьем, безделицей дела.