— Молодец, лучшую женщину Москвы взял! — простодушно шепнула Орлову давняя подружка и растворилась в фойе театра, успев скрытно пожать ему руку.
— Теперь понятно, какие тебе нравятся! — прошипела проходившая мимо кураторша из министерства.
В тот вечер весь московский бомонд стекался в ЦДТ — из Ленинграда приехали товстоноговцы, большое событие для конца 1960-х. Найти лишний билетик — проблема, но не для заведующего отделом искусства газеты «Труд», молодого перспективного публициста и драматурга Даля Орлова. Этот билет он предложил женщине, в которую давно и безнадежно был влюблен. На то, что она пойдет с ним, после нескольких прошлых отказов особо не рассчитывал, но в этот раз она неожиданно согласилась.
В те годы Алена Изергина являлась признанной красавицей Москвы: «люди, когда видели ее на улице, замирали, столбенели от ее красоты», ее замечали самые высокопоставленные и знаменитые мужчины, но она была замужем…
Алена была манекенщицей. Не самая престижная в советское время работа, она и за профессию-то не считалась, а платили «демонстраторам одежды» очень скромно, на уровне рабочих низших разрядов. Показателем успеха здесь были не деньги или карьера, а возможность выезжать за рубеж. Изергина оказалась одной из немногих, у кого она имелась, так как ее семья считалась благонадежной.
Ее дед Петр Васильевич Изергин был знаменитым на весь Союз детским врачом, доктором наук. Есть версия, что именно с него Корней Чуковский писал своего Айболита. А родная сестра бабушки — легендарная актриса Малого театра Елена Константиновна Лешковская, одной из первых получила звание Народной артистки СССР. Именно в ее бывшей квартире в центре Москвы и жила Алена, только к тому времени она уже превратилась в коммуналку.
С детства Алена настолько любила театр, что не замечала ничего другого вокруг. Подружки бежали на свидания с мальчиками, а она не пропускала ни одной премьеры. Казалось, дорога ей в актрисы, по стопам двоюродной бабушки, но вышло иначе.
Наличие в роду прославленных родственников никак не сказывалось на благосостоянии их потомков. Семья Изергиных в послевоенные годы жила очень скромно. Знаменитый дед умер еще в 1936 году, когда Алена была совсем маленькой, рано не стало и ее отца. Они ютились с матерью в одной комнате в коммуналке, в которой помимо них жили: семья солдата Кремлевского полка, страдающая алкоголизмом мать-одиночка и четыре старушки. На всех — одна ванная комната, кухня и телефон. Едва окончив школу, юная Алена вынуждена была поскорее получить какую-нибудь профессию, чтобы приносить деньги в семью.
Ей повезло выучиться на художника-бутафора и попасть по распределению на Мосфильм. Там Изергина работала ассистентом главного художника в картинах Ивана Пырьева. Должность небольшая, зато какая атмосфера и люди вокруг! Вскоре Алена серьезно заболела и лишилась и работы, и заработка. Выкарабкавшись, стала подрабатывать реклaмными съемками в качестве модели для дамских шляпок. Этих денег не хватало даже на новую обувь. И вот однажды ее, невзирая на стоптанные туфли, заметили и пригласили работать в Общесоюзный дом моделей одежды.
Поначалу Алена чувствовала себя не в своей тарелке:
Выхожу на подиум, а сама думаю: а что, собственно, я тут делаю? По какому праву?
А потом у нее начало получаться, работа стала нравиться. В мире моды Изергина кумиров себе не искала, профессия как профессия. И ни в каких склоках не участвовала, ее карьера развивалась очень ровно — без острого соперничества и зависти.
В те годы модные показы посещала не только богема, приходил в Дом моделей на Кузнецком мосту и обычный народ по билетам, которые продавали прямо в кассе. Алену уже многие узнавали в лицо и, не зная фамилии, часто говорили о ней:
О, самая красивая на Кузнецком!
В особо торжественных случаях появлялись и знаменитости, и высокое начальство, и даже главы государств. Манекенщиц приглашали на выездные показы, приуроченные к какому-нибудь событию.
Когда в 2015 году вышел на экраны сериал «Красная королева», Изергина была уже очень пожилой женщиной. Ее возмутила показанная там реальность:
Общесоюзный дом моделей был своеобразным институтом благородных девиц — все модели умели себя вести, были образованными. На экране же какая-то рвань, безвкусица — этого не могло быть в принципе! И моделей там никогда не били, не сквернословили, не запирали на ночь в номере, чтобы не сбежали, как это происходит на экране!.. Я совершенно уверена, что Регина Збарская никогда не стучала на своих, не работала на КГБ…
Со многими своими коллегами-манекенщицами Алена оставалась в хороших отношениях. Делить ей с ними было нечего.
Изергина никогда не была любимицей высшего руководства или ведущих модельеров, но ей доверяли. Однажды она оказалась единственной от Советского Союза, кто представлял нашу коллекцию в Париже.
Молодой модельер Слава Зайцев был приглашен во Францию лично Пьером Карденом, но по каким-то причинам его и еще одну манекенщицу из страны тогда не выпустили. Карден, узнав об этом, был жутко расстроен и даже не вышел на показ, но Алена достойно справилась в гордом одиночестве.
Общение с известными людьми было частью работы манекенщицы. Изергина объехала практически весь мир: была в Европе, Америке и даже Бразилии. А однажды на большой советской выставке в Лондоне к ним в «гримерку» зашел сам Юрий Гагарин:
— Девочки, можно у вас передохнуть! Там меня на части рвут!
В начале 1960-х годов вот так запросто поговорить с первым космонавтом в мире, пусть и твоим соотечественником — это было что-то невероятное. Смущенные девушки стали с ним фотографироваться, а Алена даже взяла Гагарина под руку.
Через пару лет Изергина снова встретила Юрия Алексеевича уже в Москве. Она вышла на подиум и увидела его в первом ряду, он тут же вспомнил ее и шепнул своим соседям:
— А с этой девушкой мы знакомы…