Философия истории в работах Р. Дж. Коллингвуда «Идея истории» и «Постижение истории» Арнольда Дж. Тойнби
Робин Джордж Коллингвуд(1889-1943) в основу «Идеи истории» положил неогегельянскую идею идеалистического историзма. В основе его концепции лежит "Феноменология духа" Гегеля. Коллингвуд, не ограничившись анализом работ Гегеля, исследует вклад каждой эпохи современной европейской цивилизации в развитие исторической мысли. В античности философия представляла «человека, управляющего своими действиями, творящего собственную судьбу силой своего интеллекта[1]». Как тогда считали философы, усилиями отдельной личности творился и направлялся ход истории.
[1]Коллингвуд Р.Дж. Идея истории // Коллингвуд Р.Дж. Идея истории. Автобиография. М., 1980. С. 57.
Сизиф выкатывает камень на гору. По одной остроумной догадке считается, что когда Сизиф идет за камнем вниз - он свободен. Слабое утешение для победившего смерть.
С возникновением христианства, по мнению Коллингвуда, возник новый взгляд на историю как всемирный процесс, который предначертан Богом и не зависит от воли человека. Христианину «нужна история мира в целом, всеобщая история, темой которой должно быть осуществление божественных предначертаний для человека[1]». Такой взгляд, кроме всего прочего, обосновывал претензии церкви на установление христианства любыми средствами как исполнение божественного исторического предначертания. Во времена Возрождения провиденциалистская история «становилась историей человеческих страстей, которые рассматривались как необходимое проявление человеческой природы»[2].
[1]Коллингвуд Р.Дж. Идея истории // Коллингвуд Р.Дж. Идея истории. Автобиография. М., 1980. С. 49.
[2]Там же, С.57.
[показать]В эпоху Просвещения возникло две тенденции: ретроградная или историческая, по которой историки свели «историю до природы, подчиняя исторические процессы законам географии или климатологии, как у Монтескье, или человеческой биологии, как у Гердера[1]». На такой подход Коллингвуд верно замечает: «История, понятая таким образом, стала бы … антропологией, в которой социальные институты оказываются не продуктами свободного творчества развивающегося человеческого разума, но необходимыми следствиями физических причин[2]». Вторая тенденция – телеологический взгляд на историю, в котором формулируется вопрос о прогрессивности исторического процесса, соотношения человеческой свободы и объективной необходимости в истории. Это «практическое, политическое развитие, прогнозируемое и осуществляемое с целью учреждения нового тысячелетнего царства, в котором будут установлены законы разума»[3].
Постклассическая философия историиВ XX веке эти, для своего времени прогрессивные воззрения, вызвали критику в работах самого Р.Дж. Коллингвуда, О.А.Г. Шпенглера, А.Дж. Тойнби. Причиной тому стали, в том числе, множественные примеры открытых к тому времени археологическими раскопками различных цивилизаций и культур, неизвестных во времена Вольтера и Гегеля. Эти открытия, к которым и Коллингвуд и А.Дж. Тойнби имели непосредственное отношение, вызвали информационный взрыв в исторической науке второй половины XIX века и кардинально изменили представления о постоянном и линейном прогрессивном развитии исторического многообразия.
В результате кризиса была пересмотрена парадигма философии истории и возникли представления о глобальном историческом процессе, объединенном в единую процессно-временную модель. В отличие от классической парадигмы, концепции исторической науки второй половины XIX века, новая, названная постклассической, имела ряд особенностей:
1. Как и у античных философов, история персонифицируется, поскольку переживается и творится каждым человеком.
2. Основным принципом моделирования исторического процесса становится выделение культур или цивилизаций как макроисторических феноменов. Под макроисторическими феноменами понимались «динамические образования эволюционного типа» (Тойнби), исторические уникальности, характеризующиеся внутренним имманентным единством.
3. Постклассическая историософская парадигма, в отличие от классической, которая рассматривала единый исторический процесс как внутренне структурированный и стадиальный, с выделением стадий по одному – двум основаниям, теперь понимает исторический процесс как темпоральный процесс становления социальной реальности, внутри которого создаются и гибнут цивилизации или культуры.
4. Важным отличием новых концепций было то, что выделение макроисторических феноменов велось сразу по множеству оснований.
Книжник
Потому Коллингвуд отошел от понимания философии истории Гегелем и Вольтером. Вольтер видел в философии истории критическую или научную историю, когда историк самостоятельно судит о предмете, вместо того чтобы повторять истории, вычитанные из старинных книг. У Гегеля философия истории означает просто всеобщую, или всемирную, историю[1]. Коллингвуд за событиями прошлого предполагал наличие мысли, которая руководила участниками этих событий. «Для истории объектом, подлежащим открытию, оказывается не просто событие, но мысль, им выражаемая. Открыть эту мысль, значит, понять ее»[2]. Но открытие мысли историк не должен сводить к простой реконструкции. Первой обязанностью историка Р. Дж. Коллингвуд назвал «Готовность любой ценой установить, что же произошло в действительности»[3]. Для этого Коллингвуд предлагает метод эмпатии, т.е. вживания и перевоплощения исследователя в духовный мир исторической личности. Кроме того, историк должен воспроизвести мысли «в контексте собственного знания и потому, воспроизводя их, он их критикует, дает свои оценки их ценности, исправляет все ошибки, которые он может обнаружить в них»[4].
[1]Коллингвуд Р.Дж. «Идея истории. Автобиография». Перевод и комм. Ю.А. Асеева. М., «Наука», 1980. С.5.
[2]Коллингвуд Р.Дж. «Идея истории. Автобиография». Перевод и комм. Ю.А. Асеева. М., «Наука», 1980. С.204.
[3]Коллингвуд Р.Дж. «Идея истории. Автобиография». Перевод и комм. Ю.А. Асеева. М., «Наука», 1980. С.55.
[4]Коллингвуд Р.Дж. «Идея истории. Автобиография». Перевод и комм. Ю.А. Асеева. М., «Наука», 1980. С.205.
Теотиуакан ("город богов"). Реконструкция
Не только проблема реконструкции мысли, сама по себе весьма сложная, но и проблема соответствия мыслей поступкам, особенно их разумность, основанная на рациональном анализе ситуаций, неизбежно встает перед исследователем. Исторический персонаж может не соблюдать ни одного этого условия, делая для историка задачу воспроизведения невыполнимой. Она становится тем более трудной, если вспомнить, что каждое историческое событие – результат разнонаправленной деятельности больших коллективов участников исторических процессов, иногда, как Столетняя война, растянутая во времени более чем на сто лет и охватившая всю Европу. Какое значение имели мысли Жана IV, графа де Монфор в момент принятия герцогской короны в Нанте (1341) на подписание Аррасского мирногодоговора в 1435 году? Историк может понять мысли герцога, но не факт, что мы поймем мысли всех тех, кто уговорил графа нарушить свою клятву брату и начать войну.
Жан IV, граф де Монфор
Жители Нанта присягают Жану де Монфору
Но самое главное возражение против теории Коллингвуда состоит в том, что она исходит из признания идей и сознания в качестве фундаментальной основы и движущей силы общественного развития. Почему возникают идеи, как они связаны с потребностями людей в их материальной жизни, какова роль идей в истории – этим вопросом Коллингвуд не задается.
Но было бы неверным пропустить, что есть ценного в теории Коллингвуда.
Приобретения теории Коллингвуда:
1. Критика позитивизма, признание, что история — не что иное, как воспроизведение мысли прошлого в сознании историка[1]. Стоит добавить к этим мыслям историка познание им причин и условий прошлого и, действительно, «историческая мысль, обретя, наконец, присущие ей формы и характер, будет в состоянии построить науку о человеческой природе[2]».
2. Понимание истории как процесса развития. История как наука имеет дело не с неизменным объектом человеческого духа, а лишь с «описанием завоеваний человеческого разума на определенном этапе его истории»[3].
3. История – опыт развития. Системы мысли прошлого в силу их строго исторического характера, остаются ценными для потомства. «… прошлое не мертво; понимая его исторически, мы включаем его в современную мысль и открываем перед собой возможность, развивая и критикуя это наследство, использовать его для нашего движения вперед»[4].
[1]Коллингвуд Р.Дж. «Идея истории. Автобиография». Перевод и комм. Ю.А. Асеева. М., «Наука», 1980. С.218.
[2]Коллингвуд Р.Дж. «Идея истории. Автобиография». Перевод и комм. Ю.А. Асеева. М., «Наука», 1980. С.218
[3]Коллингвуд Р.Дж. «Идея истории. Автобиография». Перевод и комм. Ю.А. Асеева. М., «Наука», 1980. С.218
[4]Коллингвуд Р.Дж. «Идея истории. Автобиография». Перевод и комм. Ю.А. Асеева. М., «Наука», 1980. С.219.
Вавилонская башня
Теория цивилизаций Арнольда Дж. Тойнби
Теория цивилизаций философа истории, культуролога и социолога Арнольда Дж. Тойнби (1889-1975) есть классический вариант теории локальных цивилизаций[1]. Концепция А. Тойнби является также развитием теории культурных циклов, состоящей в идеи о том, что история человечества слагается из локальных, слабо связанных друг с другом цивилизаций, некоторые из которых проходят цикл от рождения до смерти. Подобный взгляд на историю развивали Н. Я. Данилевский (1822 — 1885), О. Шпенглер (1880 — 1936), Карл Ясперс (1883 — 1969) и ряд других философов. Эти теории не предполагают целостного исторического процесса. История становится совокупностью изолированных друг от друга цивилизаций, которые возникают и развиваются полностью автономно. Видимо, понимая это, Тойнби старался примирить свою концепцию с идеей о единстве человеческой истории. Примирение осуществляется в рамках единения земного и небесного миров. Корни единения лежат в «вечном человеке», его природе, имеющей волю, сознание, религию и способность к распознанию добра и зла[2].
Цивилизации, с точки зрения Тойнби, «в субъективных понятиях представляют умопостигаемые поля исследования, а в объективных понятиях они представляют собой основу пересечения полей активности отдельных индивидов, энергия которых и есть та жизненная сила, что творит историю общества»[3]. Цивилизации по Тойнби могут проходить следующие фазы своего существования: возникновения, роста, надлома, упадка, распада.
[1]Тойнби А. Дж. Постижение истории. Сборник. Пер. с англ./Сост. Огурцов А.П.; Вступ. ст. Уколовой В.И.; Закл. ст. Рашковского Е.Б. - М.: Прогресс,1991.- 736 с. С.8. Эта книга является сокращенным изданием: Toynbce A.J. A Study of History, насчитывающего 12 томов. Первые три тома вышли в 1934 г., тома 4-6 - в 1939 г., тома 7-10 - 1954 г., том 11 - в 1959 г., том 12 - в 1961 г.
[2]Філософія. Природа, проблематика, класичні розділи: Навч. Посіб. / В.П. Андрущенко, Г.І. Волинка, Н.Г. Мозгова та ін.. За ред.. Г.І. Волинки. 2-ге вид. – К.: Каравела, 2001, с.258.
[3]Тойнби Тойнби А. Дж. Постижение истории. Сборник. Пер. с англ./Сост. Огурцов А.П.; Вступ. ст. Уколовой В.И.; Закл. ст. Рашковского Е.Б. - М.: Прогресс,1991.- 736 с. С.294.
Слепцы. Брейгель.
В основе предпосылок своих теорий Тойнби закладывал персоналичность истории, воссоздании и спасении Бытия в личности, а также личностном характере истории. Тойнби рассматривал цивилизации как возрождение творческих возможностей отдельных групп обществ, перешедших от длительного существования в условиях дикости или отсталости к новой жизни. Историк работал над созданием концепции цивилизации, ставя вопросы о причинах её возникновения и развития. Однако, А. Тойнби не дает развернутого определения цивилизации, как не дает и четких критериев, по которым можно их классифицировать. Он называет только два стабильных критерия: «... Вселенская церковь является основным признаком, позволяющим классифицировать общества одного вида. Другим критерием для классификации обществ является степень удаленности от того места, где данное общество первоначально возникло»[1]. В соответствии с этими критериями Тойнби выделяет 21 общество или цивилизацию. Ранее, еще в XIX веке, русский социолог, культуролог, публицист и естествоиспытатель Н. Данилевский утверждал, что общечеловеческой цивилизации не существует и предложил десятьосновных культурно-исторических типов, которые только и существовали в истории.Их сравнительный анализ с обществами Тойнби показывает отсутствие между ними принципиальных отличий.
[1]Рузавин Г.И. Основы философии истории. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2001, С. 64
[показать]История по Тойнби осуществляется путем постоянного вмешательства бога, реализующего ее через бытие человека и человечества. В качестве мирового закона выступает божественный логос, который во взаимодействии с человечеством создает основу истории. Деятельность человечества является ответом на божественное вопрошание, выраженное в форме природного или иного вызова. Степень удачности ответа человека на божественное вопрошание и определяет фазы развития замкнутой на самое себя цивилизации, ее генезис и упадок. По мнению Тойнби, «Личность постигаема не иначе, как проводник духовной энергии[1]». Таким образом, постигая историю,человек постигает самого себя и в себе самом - божественный закон и высшее предназначение. «Озарение душ светом высших религий определяет духовный прогресс земной жизни человека, - пишет Тойнби. - Мирные завоевания высших религий значат в истории человечества значительно больше, чем все, что знала история до их появления. Духовный прогресс определяется фразой из христианской молитвы: "Да будет воля Твоя". Спасение тех, кто максимально использовал свои духовные возможности для устройства лучшей жизни на Земле, станет той благодатью, которую Господь ниспошлет христианам, молящим его: "Да приидет царствие Твое[2]". Такой подход может удовлетворить последователя Аврелия Августина, утверждавшего исходность истории в боге и ее развитие к Граду Божьему людьми, богом выбранными к спасению, и наделёнными им благодатью[3], но не историка, ищущего ответы на причины генезиса и существования мировой цивилизации.
[1]Тойнби А. Дж. Цивилизация перед судом истории: Сборник / Пер. с англ. — М.: Рольф, 2002, с.421
[2]Там же. С. 441.
[3]Аврелий Августин. О Граде Божием. - Мн.: Харвест, М.: АСТ, 2000. - XV, 16, 18
Дельта Нила.
Дав негативную оценку существовавшей с XIX века расовой теории, Тойнби одновременно отверг и теорию влияния географических условий на развитие цивилизаций. Решительно возражая против географического подхода к причинам возникновения и развития цивилизаций, историк указывает на сходство природных условий в нижних течениях рек Нила и Иордана[1], замечая, что на первой реке цивилизация возникла, а во второй – нет. Сходство кажущееся. Размеры дельт, удобряемые илом площади пойм несопоставимы. Масштабы ежегодного разлива Нила и природные условия позволяли снимать до трех урожаев в год, что давало возможность проживания на компактной территории значительного числа людей. Излишки прододовольствия способствовали расслоению общества, то есть образованию значительных групп населения необходимых для развития нового по отношению к первобытнообщинному обществу общественного устройства – цивилизации.
Заход Солнца. Небосвод
Занимаясь историей возникновения цивилизаций в долинах Нила, великих китайских рек, Тигра и Евфрата, Инда и Ганга, Тойнби упустил из виду существенный факт – одновременность их возникновения. «Речные» цивилизации, в том числе в долинах Хуанхэ и Янцзы, возникли во вполне определенный промежуток времени. При наличии развитого земледелия и скотоводства ни ранее этого промежутка, ни в других природно-климатических условиях они не могли возникнуть и не возникли, как не возникли они в долинах Иордана и Рио-Гранде. Цивилизации возникли там и тогда, где и когда воедино сошлись два природных вековых процесса, а именно: когда материковые льды, начавшие таять 20 тысяч лет назад, в основном уже растаяли, и наступление моря замедлилось до миллиметров в год, что произошло около 10 тысяч лет назад. Влажность внутри континентов повысилась (вследствие мирового таяния ледников) и реки, разливаясь в своём верхнем течении, понесли илы к своим устьям в удесятеренном размере. Вынос ила реками в два-три раза превысил темпы наступления моря на сушу. Это произошло за 5500 лет до нашей эры. Образование могучих дельт как естественных плотин и вызванные этим масштабные сезонные разливы рек, удобрявших плодородным илом свои поймы, и послужило причиной стабильного интенсивного развития большого сообщества людей, появления и развития новых форм общественной и производственной организации и культуры сообществ, стало началом процесса, ведущего к образованию цивилизаций. Этот фактор оказался опущен Тойнби в своих работах.
[1]Тойнби А.Дж. Цивилизация перед судом истории: Сборник / Пер. с англ. – 2-е изд. – М.: Айрис-пресс, 2003, с.271
(продолжение следует)