Мой март, стылый и озябший, утекает прочь прозрачным звенящим ручьем. Я остаюсь на тонкой кромочке льда, тихая и пустая.
Ещё чуть дрожу на ветру, но солнце уже слепит глаза и мне, и подзадержавшемуся снегу. Щекочет. Зовет пробудится землю и мою, уставшую от зимы, душу.
Мой март, схожий по лютости морозов и монохромной хандре с февралем, оседает грязноватым сгорбившимся сугробом, страшась завтрашнего дня.
Пугается одного только названия. Звонкого, словно птичьи трели. Яркого, как островки первой зелени в жухлой прошлогодней траве. Радостного, будто солнечные лучи, отражающиеся в распахнутых и вымытых до блеска окнах.
Я пробую это слово на вкус - АПРЕЛЬ... Словно оглушительно сочный леденец. После безвкусья холодного марта он слишком сладостный, слишком звонкий, слишком... непривычный.
Перебираю звуки, словно пробегаю по клавишам аккордеона -
А-П-Р-Е-Л-Ь... Привыкаю, до конца не веря, что одно это слово, один этот месяц способен перекрасить мир из черно-белого в нежно-зеленый. Каждый год не верю. И каждую весну убеждаюсь: Может!
Рот сам расплывается в улыбке: Прощай мой безликий холодный март. В том месте, где ты растаешь последней весенней лужицей, вспыхнут первые желтые веснушки мать-и-мачехи.
