Это цитата сообщения ФИЛИНТЕЛЛЕКТ Оригинальное сообщение

Открытие кинематографа


https://his.1sept.ru/2002/23/4.htm
Итак, Франция, Париж, конец XIX в. Герой — некий Жорж Мельес, сын обувного фабриканта, сам обычный средний буржуа (даже и не средний, довольно преуспевающий: только что удачный брак принес ему полмиллиона франков; а еще есть свое небольшое дело с игровыми автоматами, доходный театрик на Монмартре), в свои 35 лет имел весьма опосредованное отношение к высокому искусству. В театре, которым он руководил, ставились не трагедии, не драмы и даже не комедии, а всего лишь своеобразные цирковые шоу с выступлениями фокусников, порой феерии — веселые волшебные сказки, похожие на наши новогодние представления. По существу это был ярмарочный балаган под постоянной крышей.
Возможно, у Мельеса была мечта стать хозяином и режиссером настоящего, большого театра, подобного знаменитому в те годы театру «Шателе», но это требовало совсем других денег — да и толк он понимал по-настоящему лишь в пантомимах, клоунадах и изощренных магических фокусах.

Много было тогда в Париже театров, театриков, веселых заведений, варьете и всякой другой всячины. Однажды открылось на несколько недель еще одно: прямо в кафе (которое, правда, гордо называлось «Большим Кафе») поставили в несколько рядов стулья, натянули на стене белый холст, и...
Волею судьбы Мельес оказался на одном из первых киносеансов братьев Люмьеров. «Прибытие поезда», «Выход рабочих с завода» — эти ленты, которые представляются нам простой кинохроникой, тогда казались чудом, невиданным аттракционом, и публика, еще не разучившись удивляться чудесам, реагировала на них по-детски бурно. Мельес смотрел на экран и на потрясенных зрителей, и, возможно, сам переживал волшебные, поворотные минуты в своей жизни.
Наверное, Мельес вообще не думал о сюжетах, а забавлялся самой техникой съемки — и забавлял ею свою публику. Но вот однажды, спустя несколько месяцев после покупки аппарата, Мельес просматривал отснятую с крыши дома ленту, на которой было запечатлено оживленное уличное движение. Внезапно он увидел, как набитый людьми омнибус на экране вдруг превратился в черный катафалк. Мельес был несказанно удивлен, но, поразмыслив немного, понял, что пленка в съемочном аппарате на минуту остановилась, заела, и за это время омнибус проехал дальше, уступив место похоронной повозке. Это был первый кинотрюк, открытый в истории кино, и, возможно, именно тогда Мельес окончательно понял, что его мечта о большом театре сбылась.

Мелье - кадр игрового кино "Из пушки на Луну"
Кинематограф оказался чудесней, волшебней любого театрального действа. Речь, конечно, шла вовсе не об искусстве — но о замечательном зрелище, которое предстоит распространить по городу, по Франции, по всей землеТеперь фильмы Мельеса стали покупать многие театры, кабаре, мюзик-холлы и просто ярмарочные балаганы, которым удалось обзавестись своими кинопроекторами. Как и предвидел Антуан Люмьер, спустя год после первого киносеанса, когда киноаппараты появились повсюду, публика почти перестала интересоваться самим фактом движущихся картинок. Но именно тогда и настали золотые годы для Жоржа Мельеса.
Киностудия скоро начала приносить баснословные доход. Наступил новый, двадцатый век, и публика, привыкшая к газетному чтиву, желала новых дешевых впечатлений, новой ошеломляющей информации... Кинематограф был именно тем рогом изобилия, из которого можно было высыпать в глаза зрителям самые невероятные истории, самые безумные идеи.
Но Мельес начал снимать также фильмы-исценировки, рассказывающие о реальных происшествиях, таких как взрыв крейсера «Мэн» на рейде Гаваны или извержение вулкана Мон-Пелье (съемки велись на макетах). Он снял у себя в студии коронацию Эдуарда VII за несколько недель до этого события, причем короля изображал приказчик мясника из соседней лавки. И, хотя Мельес никогда не скрывал исценированности своих фильмов, они пользовались огромным успехом и воспринимались зрителями именно как кинохроника — ведь следует помнить, что и в газетах того времени еще не публиковалось фотографий реальных событий, а лишь рисунки и гравюры.