Так тихо, как в читальном зале,
Но это временно, а вы не представляли,
Как эта видимость создавалась данным обществом.
Порой здесь занимались театральным творчеством.

За ниточки водили кукол следом,
Называя чувства их абсурдом, безумным бредом.
Пилюлями кормили фатального эффекта и туманного названия.
Видно хотели добиться полного непонимания, послушания.

А обещали здравый смысл, ясность,
Новую жизнь, все потрясающе прекрасно.
Рот затыкали, гасили внутренние свечи.
Пытаясь веществом, субстанцией иной убить, но время лечит.

Бежать пыталась – говорили: «Не надо».
По особым приметам находили, возвращали обратно.
Доводили до бешенства своей философией безголовости,
Развивая клаустрофобию, по недомыслию, глупости, твердолобости.

Притворялась нормальной, точнее тем, кто этим зовется,
Продолжали мучить, доводить, ждали – помешательство вернется.
Запирали в комнатах с белыми мягкими подушками
И отвратительными странными яркими игрушками.

Но силы воли хватило противостоять сим нравам,
Благодарность природе – воде, воздуху, деревьям, травам.
Чего они хотели – знаю, сыздавна понятно.
Но более, по желанию не вернусь со временем обратно.