Дом-теремок на Большой Якиманке 43. Он был возведен в 1893 году для владельца «Ярославской мануфактуры» Николая Васильевича Игумнова.
Строил его городской архитектор города Ярославля Николай Поздеев в популярном среди купечества псевдорусском стиле.
После возведения особняка тогдашний гуру русской художественной критики Владимир Стасов подверг работу Поздеева уничижительному разносу: «Угодно – вот Вам пять аршин "греческого классицизма", а нет – вот три с четвертью "итальянского Ренессанса". Нет, не годится? – Ну, так хорошо же: вот, извольте, остаточек первейшего сорта "рококо Луи-Кенз", шесть золотников "готики", а то вот целый пуд "русского"… Нет, не наша эта манера строительства. Чужая московскому духу и глазу».
Поддавшийся общему скептическому настроению Игумнов отказался полностью оплатить строительную смету, и запутавшийся в долгах архитектор покончил жизнь самоубийством. С тех пор в Москве за домом-теремком закрепилась недобрая слава. Одни уверяли, что Игумнов приказал строителям замуровать в стене изменившую ему любовницу-танцовщицу, другие – что во время приема в 1901 году он выложил пол парадных покоев золотыми рублями, и гости топтали ногами профиль государя императора. За это якобы Игумнова сослали в кавказское имение, и своего особняка он больше не увидел.
В советское время дом-терем тоже пережил немало приключений. С 1917 по 1925 годы здесь размещался рабочий клуб фабрики Гознак. Потом – «Институт переливания крови». Его сменил таинственный «Институт мозга», изучавший извилины Владимира Ленина и других революционных деятелей. После того, как «мозговикам» выделили более просторное здание, в дом Игумнова переехал Дворец пионеров. Наконец, в 1938 году здание было передано в распоряжение французского посольства. После того, как в 1979 году завершилось строительство нового посольского здания, дом Игумнова стал официальной резиденцией Послов Франции.