На Соловки. Часть 16. Переговорный камень или Жаркое лето 2011 года.
У вас, наверное, так тоже не раз бывало - кажется, что время уплотняется и за короткий его промежуток проносится целая масса событий? Покинув монастырь около половины первого, мы первым делом прибежали в столовую, где нас уже поджидала Анна Ивановна и пообедали, послушав заодно, как замечательно сплавали еще раз самостоятельно по озерам и каналам те, кто был в самой первой лодке (помните, они все время плыли где-то впереди?). От Анны Ивановны мы слышали, правда, совсем другую версию: как ей пришлось вызванивать их, убежавших самостоятельно, чтобы на лодочной станции им дали-таки лодку, потому что без сопровождающего лодку получить трудновато, ведь ее придется потом отбуксировать кому-то обратно. Так что если вы на Соловках самостоятельно, имейте этот факт в виду - о лодках надо договариваться чтобы присоединиться к экскурсии.
Потом, выяснив, что до катера осталось три с половиной часа, мы, недолго думая, закупились сувенирами и продукцией Архангельского водорослевого завода (замечательная, кстати, продукция! Вот тут http://www.vodorosli-online.ru/index.php?cat=1 или тут http://aovk.narod.ru/about.html можно посмотреть) Все свои вещи забросили мы в камеру хранения в Турцентре, опять же - благодаря стараниям Анны Ивановны, и отправились в наше последнее путешествие по Соловецкому острову.
А был у нас с Олей еще один план - найти на берегу моря некий Переговорный камень, название которого звучало весьма загадочно, гораздо загадочнее, чем скажем, Филлиповские садки. Ну, в самом деле, разве мы не видели садков для рыбы? А вот камень, название которого, простое и вместе с тем красивое, то и дело начисто выветривалось у нас из головы, превращаясь то в Посольский, то в Дипломатический, был гораздо интереснее. По карте идти туда надо было недалеко, чуть только подальше, чем к танцующим березкам, и мы отправились.
Коровы на берегу Святого озера провожали нас задумчивыми взглядами, как бы говоря "Ну-ну!". Но нам было некогда вслушиваться в их предупреждающее мычание... Мы торопились.
Солнце перевалило за полдень и палило нещадно. Полное было ощущение, что мы в Крыму шагаем в Лисью бухту, вот только пейзажи вокруг развеивали эту иллюзию. Мы миновали березовую рощу, интуитивно забирая влево. Навстречу неторопливо двигалась семья, они подтвердили, что мы на верном пути. Пройдя еще пол-километра, Ольга, уверенная, что камень где-то тут, решила его поискать на берегу. Я не была столь оптимистична, мне казалось, что мы прошли около половины дороги, но возражать не стала, и мы вышли на берег Кислой губы. Удивительное чувство покоя присутствовало тут. Очень хотелось загасить внутреннее тиканье хронометра и просто посидеть на бережку. Красная торфяная речка впадала в залив, и кругом не было ни души, кто мог бы подсказать, где ж он, этот камень. Впрочем, нет, за речкой на мысу маячил одинокий рыбак, и мы решили справиться у него.
Но то ли ноги увязали в песке, то ли эта странность вязкого времени на берегу очень замедляли продвижение. Мы решили попытать счастья еще раз и, миновав березовую рощицу, вернулись на проторенную дорогу.
Однако, стоило нам выйти на берег, как рыбак куда-то исчез. Осталась только спящая лодка на отмели. Снова возникло "ощущение Китеж-града" - нереальности происходящего.
Мы решили идти по дороге, не сворачивая, до тех пор, пока не выйдет время, и продолжили наш бодрый марш. Вдруг прямо над дорогой, как на обложке детской книги "Гуси-лебеди", нарисовалась вереница лебедей. Я первый раз наблюдала этих птиц в дикой природе. От неожиданности я замерла и глаз сделал кадр: уходящая вдаль дорога, обрамленная стройными елями, подчеркивающими дремучесть леса и прямо над ней - четыре летящих больших птицы. Но ... фотоаппарат был в рюкзаке! Пока я его достала (молниеносно, надо сказать) и пальнула с бедра, птицы уже были за вершинами.
Становилось грустно, ибо с каждым шагом надежда увидеть камень таяла. Но вдруг навстречу выехали две велосипедистки. Мы с надеждой бросились к ним. "Переговорный камень? Да - мы видели указатель. Он там. Но насколько далеко, сказать точно не можем". Как кони, почуявшие воду, мы ринулись вперед, прекратив всякие разговоры, все силы вкладывая в перебирание ногами. Через минут десять мы действительно увидели указатель к берегу и ... внезапно вышли прямо к камню.
Надо наверное, несколько слов сказать о его истории. Но пусть за меня это сделает сам камень. Вот фото реконструированной надписи на нем.
А это - и сам камень. Огромный обтесанный гранитный валун, он мог бы служить ложем для человека. Я представила, сколько труда потребовалось, чтобы вручную выгравировать эту надпись. Видимо, действительно, мирное решение спора было настолько значимой победой для монастыря, что решили это событие увековечить.
Как же замечательно было тут, на берегу Белого моря, очень тянуло в воду, ведь мы нажарились и чувствовали себя как загнанные лошадки. Вот когда мы снова пожалели об отсутствии купальников. Скинув обувь, закатав джинсы, зашли по колено в воду, натерли усталые ступни фукусом. Водичка была нежная и теплая как парное молоко. Кто бы мог подумать, что мы будем жалеть, что не поплавали в Белом море! Но время не ждет - мой хронометр работал и говорил, что наши 15 минут на беседы с морем истекли. Мелкой рысью мы понеслись к причалу, на ходу как в калейдоскопе собирая картинки-образы, встречающиеся нам по дороге.
Огромное иссохшее дерево...
Монаха, молящегося по четкам, встретившегося нам недалеко от часовни... Внезапно вынырнувший в просвете деревьев силуэт монастырских куполов над заливом...
И все это бегом-бегом... Точно по часам мы вбежали в поселок. Козы, забившись под грузовик, смотрели на нас как на сумасшедших: "Не сидится им на месте! Надо ли носиться в такую жару?"