Это цитата сообщения дочь_Царя Оригинальное сообщение

ПСАЛОМ 34 (ЧАСТЬ 1)

    1. Давидов, внегда сменил он ум свой пред Авимелехом, и изгнал тот его, и ушел.

    2. Благословлю я Господа во всякий срок, выну хвала Его на устах моих.

    3. В Господе восхвалится душа моя, услышат кроткие и возвеселятся.

    4. Возвеличьте Господа со мною, и вознесем имя Его вкупе.

    5. Искал я Господа, и ответил Он мне, и ото всех ужасов моих спас меня.

    6. Взирали к Нему и просветились, и лица их не посрамятся.

    7. Сей бедный воззвал, и Господь услышал, и от всех стеснений его спас его.

    8. Витает ангел Господень окрест боящимся Его, и вызволяет их.

    9. Вкусите и увидьте, яко благ Господь, счастлив муж, уповающий на Него.

    10. Бойтеся Господа, святые Его, ибо несть нужды боящимся Его.

    11. Скимны бедны и голодны, а ищущие Господа не зануждаются всея благости.

    12. Идите, дети, слушайте меня, боязни Господней научу вас.

    13. Кто человек желающий жизни, любящий дни видеть благо?

    14. Стереги язык свой от зла и уста от глагольства обмана.

    15. Уклонися от зла и делай благо, ищи мира и стремись к нему.

    16. Очи Господни – к праведникам, а уши Его – к воплю их.

    17. Лицо Господне – на делающих зло, истребить с земли память их.

    18. Воскрикнули, и Господь услышал, от всех стеснений их избавил их.

    19. Близок Господь к сокрушенным сердцем и бедных духом спасет.

    20. Много зол у праведника, и от всех них спасает его Господь.

    21. Хранит Он все кости его, единая из них не разбита.

    22. Умертвит злодея зло, и ненавидящие праведника опустошены будут.

    23. Искупает Господь душу рабов Его, и не опустошатся все уповающие на Него.

     1. В предании говорится: «Сказал Давид Святому, благословен Он: «Все сотворенное Тобою прекрасно, а мудрость краше всего. Однако, не могу ценить я меры безумия. Что Тебе от того, что умалишенный ходит вокруг, рвет свои одежды, а дети малые гоняются за ним и насмехаются?»

     Бог ответил: «При жизни твоей, обещаю Я, что понадобится тебе безумие, поносимое тобою. Как сказал Шломо: «Пренебрегший предметом наказан им будет» (Притчи 13:13). Боле того, обещаю тебе, молить будешь, чтобы дал Я безумие это тебе».

     И вскоре вынужден был Давид скрываться от гнева Шауля и бежал в землю филистимлян токмо с мечом одним Гольята, который забрал у богатыря, сразив его. Братья Гольята были стражниками Ахиша1, царя в городе филистимлян Гате. Они признали Давида и меч их брата убитого. Попросили они у царя разрешения отомстить Давиду, а тот согласился после раздумий. Узнав об этом, возмолился Давид о помощи.

     «Чего желаешь ты?» – спросил Бог.

     «Прошу Тебя о мере безумия, которую однажды поносил я.»

     «И сменил он ум свой в глазах их, и безрассудствовал на них, и чертил на дверях, и пустил слюну по бороде своей. И сказал Ахиш рабам своим: видите, человек умалишествует, зачем привели вы его ко мне? Нуждаюсь я в сумасшедших, что привели вы этого сумасбродствовать предо мной? Войдет он в дом мой» (I Книга Шмуэля 21:14-16).

     Авимелех – имя всех царей филистимских, как фараон – имя царей египетских. И изгнал тот его, и ушел Давид.

     Притча повествует не только о надобности сотворенного всего человеку самому. Учит она стезям исправления души.

     Представим, наделил Г-сподь кого умом избыточным иль свойством сильным иным в естях его. Противоположность достоинству первому своему видит человек низменной и презренной. Кажется ему, николи не опустится до низости такой.

     Но возмужание духовное устроено так, что все свойства, дарованные самотности его, просветить должен человек и возвысить. Инно чистые и добрые качества естественные в приношении Всевышнему нуждаются для обретения духа чистого.

     Сильный умом иль благодетелью даже смиренномудрым пред Г-сподом должен восстать, но часто свойства высокие помехой ему становятся, когда уверился в непреложности их. Особо одаренному умом свойственно упование на естество самотное и презрение к безумцам и глупцам, будто зря сотворены были. Про таких сказано: «И отдал я сердце мое, чтобы познать безумие и глупость. Узнал я, что иже это томление духа» (Екклесиаст 1:17).

     И верно, «преимущество мудрости перед глупостью, как преимущество света пред тьмой» (Екклесиаст 2:3). Но ум такой с духозрением связуем быть должен, иначе не даст он счастия и исправления, как глупость дать его не может.

     Среди подвижников мы видим повсеместно, яко знание обретать начали и поступки к цели высшей направлять, но свойства высшие свои на алтарь принесть мешкают. Со срамным зримым расправляются усилиями воли, а доброе, подаренное отроду, под луч духовный поставить не решаются. Тогда случается с ними описанное, и вынуждаются в противоположность свойствам лучшим своим впасть. Одаренный умом вдруг глупцом ощущает себя иль безумцем, щедрый стяжательствовать алчно соблазняется, а целомудренный к блуду тянется.

     Неполное нравственное усовершенствование прильнувших к духовным знаниям худшие из свойств их пробуждает сперва, то есть прирожденные достоинства разбиваются вплоть до падения в противоположность. В учении святителя Ашлага первым шагом к усовершенствованию обретение покрова (масах) на воления естественные называется. Все естество преобразовано должно быть в стремлении к Г-споду заместо развития самотности внутри скорлупы своей граничной. Усовершенствование направленности волений целостным становится, когда и дарования высокие перерождение проходят. Сбереженное в нутре затинном от просвета разбивается силами окрестными.

     Мало кому из смертных сподобилось движением души одним все свойства купой преобразовать воеже Г-споду служили. Мы видим, годы долгие проходят во взлетах и падениях. Закон нам и для того дарован, чтобы при спуске в естество греховное не облачалися воления в поступки. Закон путь указует, как срок пребывания в низинах сократить, ибо различие есть между хотением самотным, действия не достигшим, и побудкой низкой в одеянии поступка. Пресекший силы злой распространение до вхождения ее в сосуд действ скорее на ступень высокую вернется.

     Толкующие предание и быль из Книги Шмуэля в поверхностности событийной одной предлагают нам слова стиха воспринимать, будто сумасшедшим притворился Давид ради спасения жизни своей и смысла иного не видят, грешат супротив истины они. Ибо написано «сменил он ум», который есть вкус света мудрости (таам). То прибавление силы духовной при постижении ступени новой. Такое с подвижником случается, удостоившимся свойства высокие вознесть вслед за соприкосновением их с силой нечистой. И сказ весь событийный служит нам примером, как исправление свершается в положении души описанном. Наисильнейший умом Царь Израиля изгнан был из состояния товоднешнего, дабы на вкус умственный новый сменить его – просветленный благостью Г-сподней новой.

     2. В Талмуде говорится: «Обязан человек благословлять [Творца] за злое, как благословляет за благое». Семь сроков благих и семь сроков злых в третьей главе Екклесиаста перечислены. Человеку вменяется Г-спода благословить за каждое явление – во всякий срок.

     Выну, всегда хвала Его на устах, ибо благодаря сроку испытания пора благая приходит. Соприкоснувшийся со злом и устоявший силы свои расширяет и доброе принять способен в просторе души прибавочном.

     3. В Г-споде восхвалится душа моя, а не в достоинствах людских, не в дарованиях и не в успехах. И что же, быть одаренному умом иль творческим умением убогим и приниженным в смирении рабском? Нищенством и скудностью хвалиться?

     Напротив, все дарованные Б-гом силы расширить и развить должен человек, ибо они заготовкам подобны, из коих строится сосуд для приятия света духовного. Покров накладывается на них не для умерщвления, но ради преображения воления каждого.

     Когда-то в русском языке слово «я» на самотное состояние указывало, в конце алфавита всего, а «аз» впереди всех букв стояла в просветленности высокой. В Священном Языке слово «я» (ани) однобуквенно со словом отрицания (айин). Себяческое «я» есть персть, во прах переходящая, в ничто, а «я» подвижническое (в нем сочетание сефиры Малхут со сефирой Бина) достигнуть может ступени наивысшей Кетер – Эйн-Соф (бесконечность).

     Все силы «я» приносятся на алтарь, преображаются, но не отторгаются, десятину токмо исключая, неисправимую человеком. Перенаправленные от «я» к «аз», от себяческого «ани» к Эйн-Соф, становятся они хвальбою истинной души, ибо в служении Г-споду пребывают они. И так восхвалится душа в Создателе.

     И знает пусть подвижник каждый, что смиренномудрие не в становлении умного глупцом и не в вычищении помойников руками музыканта. Человек должен знать, чем одарил его Г-сподь, и развивать способности свои. Беречь и расширять вверенные силы предписано ему. Только знает пусть умный от рождения, что спрос с него строже, нежели с плебея площадного. А смиренномудрие – в подчинении сил и волений постижению Творца, благоговению пред Ним. Горделивость же порочна, ведь Г-сподь дарования вверил ему и силы дал их развить.

     Посему в Г-споде восхвалится душа, когда воления покров имеют неприменения их мирского ради сверх необходимости насущной, ибо дарования есть нижняя часть души нашей. Хвала при избавлении возносится от ворогов земных и от тяги к персти во прах.

     Боль и страдания сносящий в благословении Творцу терпит и возносится одинцом. Веру людей окрест не укрепишь примером страстотерпия, ежели избавления зримого не следует за ней. А по приходу благости спасения услышат кроткие и возвеселятся. В тайноведении то весть радости от Бины в Малхут, когда в затине та.

     И надобна победа зримая повстанцев в наши дни ради вселения надежды в сердца всех кротких в малости затворнической. Возвеличение подвижника и в борении мирском истину утверждает. Посему пусть восхвалится душа его так, что услышат все отверженные зловершением вселенским.

     4. Вышереченное – начало возвеличения Г-спода в глазах людей. Знаком на земле распространение повсеместное учения Торы станет, отображая сподобность душ всех постигнуть величие и благость Творца.

     Языцам и людям веры малой Создатель видится возвеличенным и вознесенным в высокодали непостижимой. Потому и посредников взыскивают, приближенных к быту их: звезды али изваяния.

     Учение истинное доселе хранимо в полноте подвижниками малочисленными. В эти дни покров с него снимать начинаем. Вот что поведал о величии Г-споднем святитель Азриэль из Героны:

     «Бесконечность (Эйн-Соф) есть совершенство без недостатка. Ежели скажешь, что сила Его безгранична, и нет у Него силы ограниченной, ты умаляешь совершенство Его».

     Непостижим Создатель в самости Его, и даже проявление Его Эйн-Соф возвеличено и вознесено за пределами осязания души, потому и отрицанием определено как Бесконечность. Но совершенство в полноте включает и внедрение во все миры Им сотворенные, включая мир наш.

     Был бы мир наш создан одиночным действием без постепенности духа нисхождения по десяти сефирот, величие Его не выявилось бы на земле. Жили бы в супротивности полной, а удостоившиеся постижения людьми враз переставали быть, и осязания Г-спода на земле не знал бы никто.

     На то даны нам сефирот иль имена Г-сподни, когда в мерах различных дух Его проявляется. Но люди таинства сего не ведают. Оттого и верующие многие грешат «креационизмом», яко в миру закон токмо есть, а постижение духовное далече. Другие же овеществляют имена Г-сподни и верования языческие создают.

     Просветление мессианское ниспускается, внегда из малости в величие выходят вслед за раскрытием вести потомка Давидова, про что говорится: Возвеличьте Г-спода со мною. А после таинство единения вселенского явится, когда вкупе постигнут люди вознесенность имени Его. В буквоисчислении и имя Его (шмо – 346) и воление (рацон – 346) вкупе. Как у пророка Зехарии речено: «И будет Господь Царем на всей земле: в тот день будет Господь един и имя Его едино» (14:9).

     5. Ищущему ответ обетован, коль неумолим в стремлении своем до истины добраться. К Г-споду обратившийся страха знавать не будет при открытии ему таинств мироздания. Подвижник мирской при постижении законов природы и общества покоя душевного не обретет. Непредсказуемость стихии и жестокость нрава племени людского запечатлятся в естестве его болью избыточной знание умножающего. И сколько таких в конце пути мечтали о наивности детской иль беспечности малоумного. Ищущий Г-спода ответ услышит чрез данину благоволения Предвечного. Познание таинств Провидения от ужасов, душу терзающих, спасает. Понимание первопричины и разумение следствий в мире нашем, в картину общую мироустройства вписываемых, не оставляет места томлению привычному. Кошек истошно вопящих и по груди скребущих до крови прогоняет поиск света, возвещающего о преходящей природе страданий наших. Бесстрашие обретается при сохранении чуткости к происходящему окрест. Тревога за ближних и боль за преследуемых не отринуются, но ужас следствием беспомощности и безнадежности приходит, а проложивший тропу к источнику добра сам путь к спасению обрел и другим руку протянуть сподобен.

     6. Даже издали взирающие, не удостоившиеся доселе ступню установить на прямице, просветление познают в поисках усиленных. Еще в затине, но труды их свет окрестный к душе притягивают.

     Лица не посрамятся, ибо правду Г-сподню взыщут. Уповающие на силы природы иль на усовершенствование нрава людского умножением потребления позором путь свой завсе увенчают. Тянущиеся же к свету просветлятся инно на первой поре, когда взором непреложным и уверенностью подсознательной веру оживляли.

     7. Как и в Священном Языке, слово бедный (ани) неимущество обозначает обычно, но корень общий с бедой имеет. Словом сей (зэ) стих начинается намеком на приход подмоги от ступени высшей (Тиферет), когда бедующий обозначаем подразумевательно женской сия (зот), нижестоящей. Спасение в стеснении от Бины приходит (уровень уха в головище высшем) слышащей. Милость нисходит от нее в души наши, Меру Суда услащая. И пословица есть: «Мило, что душа, а горько, что беда».

     Бедным духом в вере малой, издали взирающим, весть приближения к ним избавления желанного. Отверженным и страждущим слово, что перебедуют и вскорь вызволятся, ежели взывают о подмоге после трудов усиленных.

     8. Око людское ангела не узреет – посланца из мира духовного, задание одно Г-сподне выполняющего воздействием на человека. «Невидим, но сердцем знаваем», – Эвен Эзра пишет.

     В Зоаре читаем: «В час, как Царь Давид спасен был от Ахиша, царя Гата, тогда сказал это. Ибо Шехина окружила его, и спасен был от Ахиша и народа его, которые напали на него».

     Рамхаль поведал: «Знай, что Шехина сокрыта в шелухах (клипа). И как Царь пробуждается к ней сыскать ее, не выявляется сразу, а, наоборот, ходит из шелухи в шелуху, дабы Царь как бы прошел по всем шелухам найти ее. А тогда всякая шелуха подчиняется Ему и разрушается. Находим, яко вызволяется благодаря Ему, то не из одной шелухи, а изо всех сразу. Ибо узрев срок благоволения и любви, силы обретает в таинстве единения».

     И в другом месте читаем: «Шехина – от нее распространяются все миры низшие, и корень она низшим – получающим. Со всеми подробностями служения их, ибо корень она низшим со всякими свойствами их. Главное – это действие, вверенное им, ибо исправление дано им, должно, чтобы выполнили возложенное на них. То есть, ангелы и души – то два вида ответвления, у каждого действие свое есть, вверенное ему самому. Ангелы – привести заповеди Шехины в действие, ибо ангелы не иначе как приводят действия сефирот в сущее. Ибо Замысел Высший возжелал ступени этой, чтобы не исходили деяния и тварины от Шехины непосредственно, а через посланников ее. И нет у них служения выбором, а токмо служение одно сущее. А душам – служить Всевышнему выбором своим, и это объясняет служение сыновей человеческих выбором, дабы исправить все сущее».

     И ангел есть Митатрон, шестьюдесятью ударами огня (пульса денура) покоряющий нечистую силу и хранящий Шехину. Ари хранителем его называет.

     Шехина – есть вместилище благости Г-сподней, в мире Ацилут рожденное ради уподобления тварного одушевленного ступени приятия исправленного, когда не ради обретения, а в постижении Творца. Шехина душам нашим раскрывается осязанием присутствия Г-споднего, когда Израиль невесте искомой Творцом уподоблен, как в Песни Песней.

     Ангелы из мира Ецира происходят, и пробуждают нас они незримо. Люди издревле овеществлять их норовили и на картинах рисовали, но то не ангелов мы видим, а других людей, благовестие олицетворяющих в сознании рисовальщиков грешных.

     Когда Давид подвержен был напастям силы нечистой, он вырвался из шелухи Ахиша и народа его, мощь благую обретя. Он ангела витающего окрест помянул, раскрывшего ему путь не токмо к вызволению из рук супостатов, но весть грядущего нам передал Царя Израиля, изведав душей своей мироздания таинства.

     Слово святое впечатывается в сердце надеждой в пору лютую нашу. Достигнув нутра чуткого, осмысления требует глубинного, ибо Г-сподь через Давида обрисовал нам в осязаемости духовной картину положения нашего в осуществлении духовном, но как прибудет к цели высокодальной из круговерти суетной человек?

     Настроить сердце должно на благовестие Г-сподне окрест, Замысел Высший выражающее. Ангел витает и хранит, и вспомогает все силы со Шехиной соединить. Пропитавшись насквозь росой небесной, уведаем величие силы вверенной нам в деянии на земле нашей. Не в бессознательном обрядоверии привыка и не в добродетели по зову хотения одного, но в совмещении благозвучном с поведанным Давидом и святителями.

     Ведь наши ангелы – то заповеди Торы в исполнении неукоснительном. Богобоязненные истинно свет окрестный пробуждают стремлением к духу и хранением заповедей в действии ежемиг, ибо так с хранителем Шехины связь устанавливают. Делающий в быти заповеди Торы, ангелов порождает, влекущих сердце его к осязанию сущему присутствия Г-споднего. Мезуза на косяке двери на меру духовную дома хранения указует. И не в отдельности, а в исполнении целостном заповеданного, силе волений греховных вопреки. Чрез каждую шелуху прорваться заповедью должно, дабы приблизиться к витающему ангелу окрест.

     Не раскрывается Шехина иначе, как посредством ангелов из мира Ецира. Не приближаемся мы к ней нисколь, покуда кривдомыслием пленены о постижении, минуя заповеди, ангелов пробуждающие. То путь наш снизу ввысь, богобоязненность – сосудом утвержденным все предваряет, свет окрестный к прямичному прозрению направляющий.

     Святитель Кордоверо ангела Митатрона называет посланцем Шехины. В буквоисчислении он равен имени Г-спода Шаддай (314), воззрение души снизу на сефиру Есод указующего.

     Ари пишет: «Йосеф и Митатрон – они от корня сияния высшего Адама». Виленский Гаон учил, что ангел сей есть духовный князь Йосефа. Кордоверо приводит определение Талмудом Митатрона «князем мира» и наречение его «князем лиц», ибо в нем складываются в проявлении воедино два имени Творца, как Г-спода и Г-сподина. А Митатрон – князь лиц (сар г’апаним) дает в исчислении букв 999.

     Гаон нас отсылает к пророчеству Исаии об избавлении грядущем: «И народ твой весь праведный будет, вовек унаследует землю, – росток насаждения Моего, дело рук Моих для прославления Моего. Малый будет к тысяче, а от молодого – народ сильный. Я, Господь, в срок его ускорю его» (Исаия 60:21-22).

     Малый один к тысяче – 999. Той знак избавления начала в пору Мессии Йосефова и ангела Митатрона. Указание прямое на сына Йосефова Эфраима: «Брат его малый возвеличится над ним, и семя его будет исполнь народов» (Бытие 48:19).

     Мы снова видим, как душа человеческая, так и Израиль весь в пору тьмы лютой пред рассветом утренним. Мы вести ждем благой от Ильи-пророка (Элияг’у г’анави), а он и есть явление от корня души Мессии Йосефова.

     К богобоязненным стучится в двери души глаголом избавления. Обряды и заповеди Торы хранить, как Митатрон хранит нас от погибели в пучине бурлящей злонравия вселенского. И заповедью времени нашего сердца пробуждает: Землю Святую заселить и нечисть велешуйскую и ишмаэлеву исторгнуть из нее и таинства Торы раскрыть.

     Вот путь, коим избавит нас и вызволит Г-сподь единый, Б-г Израиля. Мы же ходим одинцами среди народа на Земле Израиля и видим, как разуверились все вокруг в спасении. Толпа глядит на самоубийц Ишмаэля, духом Амалека зараженных, и сама касть смерти впитывает, мирволит ей и даже миром кличет. Далече так отринулись от Г-спода, что инно о вызволении жизни своей утруждением мирским на поле брани помышлять перестали. На площадях подонки велешуйские разгуливают, смерть-мир возвещая через громкоговорители. А обрядоверные к затворничеству тянутся, духоискатели немногочисленные паствы хилые в неведение и невидение псевдодуховно отправляют отторжением полным от мира сего.

     Но витает ангел Г-сподень окрест боящимся Его, дабы вызволить их. Как бы звуки голоса его донесть в словах о восстании великом? Кончилась пора самосохранения в изгнаннической малости, и суждено величие духа и действия вкупе утвердить. Глазом не видать ангела – благовестника Мессии, Йосефова и Мессии Давидова, ухом не услыхать. Но сердце чуткое истину в словах древних распознает, раскрыв величие их в полноте в годину нашу. Вот ключ от двери, за которой стезя к вызволению. Не сыщешь врат других, не найдешь ключа другого.

     9. Отведенные нам годы жизни мы ищем блага, мы ищем счастья. А пословица говорит: «Счастье в нас, а не вкруг да около». Благим нутро свое устроить наперво человеку завещано, а не сыскивать удачи в получении сил вкруг да около. Но что есть благо, а что зло, ведь сколько раз меняло человечество пристрастия свои?

     И нам ответ: вкусите и увидьте, яко благ Г-сподь. Со знанием испытанным законов добра и озарение изведав не станет боле вопрошать, по образу какому и подобию нрав обустроить надлежит и благость со счастием обресть. Ибо понимание добра Г-споднего силы дает уповать на Него, и упование самое вселяет в душу уверенность и счастье.

     Ходят люди по земле и ропщут, яко далече благость от них, далече Г-сподь. И говорят, вкусить бы и увидеть, так враз отреклися б от суетств привычных. Дескать, пусть дадут нам убедиться, пусть чудо явят иль денег добавят заклинанием каким. Покамест вкруг да около рыщут, Б-га позабыв да и себя самих.

     Диву даешься глядя на этих. Месяцы и годы трудятся воеже достижения цели заданной в делячестве. Из кожи вон лезут и время безотчетно растрачивают ради вкушения услады греховной. Почему не говорят, что деньги сами придут? Ведь не на печи лежат, а трудятся в поте лица на службе у хотения дом расширить иль автомобиль купить. На край земли ехать готовы в поиске возбуждений новых в объятиях блудниц измалеванных.

     Средь благонравных и обрядоверных есть немало мытарствующих. К деланию заповеданному усилия прилагают, но нутром не чувствуют нисколь благости от жизни этой. Есть для них правила, Творцом определенные, но чтоб вкусить и увидеть, яко благ Г-сподь? Не слыхивали о таком и не помышляли. Вот, после смерти им воздастся, а пока несут ношу свою и тычутся вкруг да около, покоя душевного не зная. Книги святые открывают, но ради знания одного, как поступать, иль ради умословия бесплодного.

     Правдоискателей встречаем на словесах одних, окостеневших в поисках. Речения прямые слышим от них о цели существования, и осознание затмения в мире нынешнем ведомо им. Но ум их бессилен нрав переустроить и другим правду поведать, ибо дух слаб, покуда не вкусили и не увидели. И сколько таких здравомыслящих, летопись прошлого знающих и разбор справедливый событиям текущим дающих, но главного лишены они напрочь – силы побудительной духовной. Разумны речи их о Г-споде и о человеке, но ни себя ни других на восстание сподвигнуть не сподобны они, яко рассуждают о Творце и стезях Его, а Творца не знают, ибо не вкусили и не увидели. Заняты исследованиями частностей и в них погружены, на богомыслие и духозрение усилий и времени выделить не споручны. По сути смысла жизни лишены они и вкуса ее истинного, покуда ум свой не сменят на мудрость, главным в быти на земле богоискание поставившей. Для них написаны слова, яко изгнал тот его и ушел – ум привычный ушел ради вознесения его до мудрости и возвращения в просторе, неведомом доселе.

     Прежде разбора инаких вкруг да около себя спросит каждый, ищет ли счастье он через познание блага Г-споднего иль по течению плывет со всеми, разве что голову высовывает иногда для осуждения делающих так? И пусть не сетует на несбытие счастья, к коему душа стремится и сподвигает на поиски новые. Покоя ему не дает, ибо искрой из сердца напоминание приходит об источнике блага. Так душа к Г-споду просится, в сознание человеческое стяжание счастья вселив. Зовет на восстание вселенское, с прорыва сквозь пороки и побудки собственные зачинающегося.

     Служение Г-споду и установление связи живой с ним – вот благость и счастье уповающему, вот смысл жизни, словами не передаваемый. Ибо жизнь тогда осмысленной становится, внегда вкус осязаемый и видение целостное в точке отбытия и прибытия установлены. На то ума естественного не довольно, но проток для благости Г-сподней требуем усилиями подвижника. То главное – в обустройстве времени и сил, то – головище верховодить должное задачами подвластными, к единой цели и к Единому их направляя.

     Наделение благом творения – замысел начальный Создателя и точка конечная развития души всякой. Основы мира творил Он так и день каждый словом «яко благ» обрамил.

     Заметим, слово вкус (таам) в Священном Языке оно и ум, как во первом стихе оно, и смысл. Любая действительность с воли созидательной начало берет, за коей умственное изображение в целостности следует. Подобие благоволения начального (Кетер), переходящего во вкус и смысл Мудрости Высшей (Хохма).

     Вкусите и увидьте – ступень наивысшая постижения души. И в ипостаси Мудрости находим деление на свойства. В чистоте своей она на уровне глаз, но ниспускается в головище до точки нижней в устах, где раскрывается в образе вкуса. Испробованное передается далее, потому говорится, что смыслы (таамим) Торы доносятся до других, но таинства хранятся для избранных. Вкусив, прозреть человек должен и увидеть мироустройство картиной единой умозрительной. Чем пристальнее духозрение, тем благо Г-спода очевиднее с приходом смысла жизни и счастья в уповании.

     Вкусить мудрости и ум сменить на видение явственное блага Г-споднего, преставив разум к ступени высшей. Но раз вкусивши, может, свергнется со ступени возвышения, тогда впечатление хранить будет и к нему возвращаться до постоянства в исправлении конечном. Сподобность соития с впечатлением в уповании на Г-спода счастье принесет при жизни этой.

     И нет пути другого для обретения смысла жизни, как благочестие в заповедях, усилия духовные в молитве и утруждения в раскрытии света Торы в поисках смыслов ее. Книги тайноведения подмогой наипервейшей подвижнику будут, когда не в отрыве от знания богословского откроет их, но в видении едином целостности Торы. Ежели поставит во главу существования своего распознание смысла жизни, то вкусит и увидит, как обещано ему.

     10. В Тиккуней Зоар богобоязненность в десяти степенях раскрывается, и стих сей с возвышенной седьмой связуется. «Несть нужды и бедности, как нужда в Торе и делах добрых», – пишется там.

     Святость обычно отстраненностью от греха называем, а корень ее – Мудрость Высшая (Ацилут), где места нет злу. Вкусивший ее не осуществит, покуда богобоязненность не возвысилась его до степеней вознесенных неизмеримо в сравнении со страхом пред наказанием за грех, знаваемом в миру.

     В толковании Виленского Гаона находим, что слова книги святой «несть нужды в доме его» про достигшего ступени седьмой к телу или к волениям его относятся. И знаем мы, что лишь самую малость из сил, дарованных ему, осуществляет человек при жизни. Такова участь всех, во тьме пребывающих и обретениями мирскими крошечными довольствующихся. При постыдении богобоязненном силы в действие приводятся по мере исправления их. По достижении степени седьмой, пройдя весь путь усовершенствования вплоть до тысячелетия седьмого, человек выполнил возложенное на него Создателем. Остаток сил незадействованных исправляется вспоможением Г-сподним и обустраивается. Тогда истинно несть нужды боящимся Его.

     Зовутся святые Г-спода убояться в умножении, ибо мудрость и смысл жизни обретаются силой новой при восхождении по ступеням богобоязненности.

     Вот про каких благочестивых сказуется в стихе, ведь про обычных окрест нас, Б-гу повинующихся в представлении людском, никак не напишут, что несть нужды у них. И люди подсознательно лишь ведают, насколь велики нужды их, ибо только крохи сил им вверенных осуществить при жизни удается. Выходит, нужды ведомые нам – частица нужды велией, наполняющейся светом Торы и добродетели. И какова мощь возвышенная святителей, сподобившихся до ступени сией взойти, яко распросторились до всего, дарованного им, и не в постыдении, а во благости!

     Сфат Эмет пишет о восходивших во Храм Иерусалимский: «Три раза в году увидится всяк муж Твой пред лицом Владыки, Господа, Бога Израиля» (Исход 34:23). Слово увидится (ераэ) однобуквенно с богобоязненностью (йир’а). «Посредством видения приходит богобоязненность». И в псалме нашем вкушение и видение мудрости возвышению благоговения пред Г-сподом предшествует. И называет Сфат Эмет совершенство сие «трепетом пред вознесенностью». В слове Иерусалим (Ерушалайим) сродность выявляем с богобоязненностью совершенной (йира шалем), а все указанные нами осуществления в совершенстве дарованных нам сил и были сутью служения во Храме Иерусалимском.

(продолжение следует)

Серия сообщений "АВИГДОР ЭСКИН: КОММЕНТАРИИ К ПСАЛМАМ ДАВИДА":
Часть 1 - СОДЕРЖАНИЕ
Часть 2 - ПЕРЕВОДЫ ПСАЛМОВ
...
Часть 37 - ПСАЛОМ 32
Часть 38 - ПСАЛОМ 33
Часть 39 - ПСАЛОМ 34 (ЧАСТЬ 1)
Часть 40 - ПСАЛОМ 34 (ЧАСТЬ 2)
Часть 41 - ПСАЛОМ 35
...
Часть 46 - ПСАЛОМ 39
Часть 47 - ПСАЛОМ 40
Часть 48 - ПСАЛОМ 41