Первая учительница
Первый танец
Первый поход в парикмахерскую

1. Первую учительницу я помню только визуально, я вообще почти все имена из прошлого позабывала. В первом классе я училась в школе, которая была построена в сталинские времена. Те еще архитектура и антураж, "раньшие". Во всем таком приятно находиться. У нас был класс с огромными окнами и с огромными деревьями за этими окнами. Парты были тоже старого образца - наклонные, с откидной крышкой и ящиком под ней. С круглым гнездом для чернильницы и с монолитной лавкой. Все это было покрашено-перекрашено несчетное количество раз, под слоями краски можно было разглядеть пласты школьного народного творчества, очень наивного по сегодняшним меркам.
И писали мы в первом классе наливными перьевыми ручками!
Учительница была хорошая. Я ей верила и ее не боялась. И она мне верила - такой педагогический беспроигрышный ход. Я ведь не могла не оправдать доверия! И я старалась.
В первой четверти оценок не ставили. И вот, наконец настал момент первой оценки. Ставили только пятерки, тому, кто их заслужил. Заслужили двое - я и еще одна девочка (имена не помню!)
"Встаньте, наши "пятерочки!" - сказала учительница, и мы обе встали и это была победа. Первый класс я закончила на отлично.
В следующем году я уже училась в другой школе и мне неохота было стараться, там ведь в меня никто не верил. А "другая девочка" , другая "пятерочка", плохо кончила - оказалось, что в младенчестве мать подливала ей в водку в бутылочку, чтоб ребенок не орал.

2. Первый танец, который я помню и который являлся публичным выступлением, был у меня в детском саду. Я была снежинкой и сделала артистическую карьеру. Перейдя в следующую группу, я стала уже снегурочкой и именно меня выбирали, чтобы я возглавляла выводок снежинок-малявок на новогоднем утреннике. Причем, в меня тут тоже верили - пришла воспитательница и сказала, Юля, пойдем. "Как, а репетиция?" - я же ответственная снегурочка. "Ничего, ты и так все знаешь?" - ответила воспитательница и мы пошли. Я переоделась и станцевала, руководствуясь лишь интуицией. Теперь-то я знаю, что это назвается трансом и является самым продуктивным состоянием для творчества.

3. Какая там парикмахерская! Меня папа стриг. Причем, весьма неплохо. Поэтому в парикмахерскую я нагрянула, будучи старшей школьницей. За "химией". Модно же. Не понравилось мне в "салоне", я не понимала, как там себя вести, на что я могу рассчитывать и сделают ли мне красоту, которой требовала душа. Красота получилась относительная, как и можно было предположить.
 А потом, в 19 лет, я случайно познакомилась с прекрасным мастером из творческой лаборатории (именно так тогда назывался учебный центр для парикмахеров). Эта организация не оказывала услуги населению, обслуживала только моделей и обучала новым техникам и технологиям мастеров, уже имеющих опыт. Но я, видимо, была похожа на модель, поэтому Елена Ивановна согласилась меня постричь. Видимо, она в меня верила, такой уж она была душевный человек. С тех пор она была единственным моим Мастером. Сейчас ее уже нет, она ушла слишком рано. Я помню.