Жизнь в аренду. Феномен многоквартирных домов

[показать]

В учебники истории никогда не попадает важнейший аспект реальной истории — демография. А ещё очень мало попадает сведений об устройстве жизни людей, быте. В советское время «материальной культуре» стали уделять внимания побольше, а сейчас даже школьные учебники опять тяготеют к военной истории, рассказе о религии и культуре. Соответственно домами никто нигде не интересуется, разве только как памятниками архитектуры. А ведь это очень важный социальный фактор. Дома в несколько этажей появились в одном из первых древних мегаполисов — Риме, в котором население доходило до полутора миллионов. И это совсем не случайно, и в свою очередь влияло на жителей города. На мой взгляд, динамика личного жизненного пространства и его организации очень важна для изучения и осмысления истории. Психология жителя квартиры сильно отличается от психологии жителя собственного дома, особенно если квартира ему не принадлежит. Семейные отношения тоже не могут не меняться. В 20-е годы создатели нового строя поняли значимость личного пространства и придумали дома-коммуны с коллективным проживанием, откуда и появились печально знаменитые коммуналки. 

Начался массовый переезд жителей в городах из собственных домов в квартиры ещё в конце 19 века. В начале 20 века большинство горожан уже жили в съёмных квартирах. Литературы об этих процессах немного. Я нашел упоминание только об одной книге (в руках не держал): Кириченко Е. И. История развития многоквартирного дома к. XIX — н. ХХ вв. (Москва — Петербург). М.,1964. В сети работ по этой теме очень мало. Собственно, если говорить о нашей стране, конец 19 и начало 20 века — это съёмные квартиры в доходных домах. Снимали квартиры («комнаты») и богатые, и бедные, и люди среднего достатка. 

И в Петербурге и в Москве не было проблемы с жильем — есть деньги — всегда найдешь жилье по доходам, не то, что сейчас. Часть фотографий московских доходных домов можно найти в следующем посте в ЖЖ. Доходные дома полностью удовлетворяли спрос на жильё. Но недостаточно просто принять факт обеспеченности жильем, надо смотреть, какое это было жилье, как оно влияло на общество и его психологию, как было связано с демографией и прогрессом. Причем доходные дома были распространены не только в столицах. Как я с удивлением узнал, большая часть населения такого старинного русского города, как Ростов (Ярославский) проживало перед революцией в доходных домах. Вот что пишет исследовательница по поводу доходных домов того времени: «Тенденция «уплотнения» связана с общими изменениями в структуре городского населения, произошедшими в течение XIX в., особенно во второй его половине. В городе появился совершенно новый, мобильный слой людей, «не обремененных» излишней собственностью, даже традиционной для малых русских городов собственностью на жилье. Этот слой людей все больше растет. 

В начале ХХ в., как уже указывалось выше, в доходных домах Ростова проживало более 70 % населения. Нет сомнения, что эта своего рода «революция образа жизни» тесно связана с наступившей капиталистической эпохой. Начиная с середины XIX столетия и вплоть до 1917 г. доходный дом становится определяющим для культурно-бытового облика города. Он влияет не только на его внешнее лицо, но и на содержание внутренней жизни горожан. Изучение городского быта этого отрезка времени во всем его многообразии невозможно без исследования доходного дома как особого типа городского жилища и особого образа жизни его обитателей. Давайте немного поразмыслим с вами, куда исчезли доходные дома и чем они сменились. 

Распространение доходных домов — вторая половина 19 века. Строить маленькие дома в городе стало невыгодно и неразумно, а большие дома мало кому по карману. Вот и строились многочисленные и разнообразные доходные дома. Можно сказать, что все были довольны. Если мы имеем в виду людей, потому что одной силе это не несло выгоду. Государству, конечно. Все доходные дома были частными, имели хозяев. Государство не имело участия в прибыли, ни в качестве отчисляемого в виде налога процента, ни другими способами (насколько мне известно). Да и контролировать жителей, временно обитающих в частных домах, сложно. После революции всё решилось само собой. Доходные дома были упразднены, и со временем всё жильё стало... правильно, государственным. С одной стороны, у жителей в целом не было особых проблем с жильём и не было неравенства, с другой — квартиры не были собственностью. Человек получался как-бы живущим там где живет по милости государства. Это не могло не обеспечивать дополнительную лояльность власти и Системе. «Альтруизма» со стороны государства тут было немного. 

Пока в России развивалась линия государственного жилья и предоставляемых для постоянного жилья квартир, на Западе строили дома для продажи квартир в частную собственность. Это ведь очень позднее изобретение — я в своём блоге помещал заметку из журнала «Вестник знания» 1911 года, где говорилось о первом случае продажи квартир в собственность — в одном из новопостроенных домов Нью-Йорка. Со временем это становится главным типом городского жилья, хотя в Европе продолжают строиться и доходные дома (я встретил упоминание о Германии и Скандинавии, но без подробностей). После крушения СССР оказалось очень просто перейти на западную систему — приватизировали квартиры и всё. Доходные дома так и не возродились — и государству и частным компаниям они не выгодны. Итак, большинство из нас стало жить в собственных квартирах. Вопрос только в том, насколько они «собственные» и кто заинтересован в такой системе. 

Квартиры стоят дорого, и владелец квартиры, ранее её не имевший, обычно испытывает сильное удовлетворение, чуть ли не счастье. Но квартира — не дом. Когда-то говорили «мой дом — моя крепость», про квартиру такого не скажешь. Хороша крепость, в которой в любой момент могут перекрыть подачу воды, тепла, электричества и которая сразу станет нежилой. В старых домах, отапливавшихся печками и не освещавшихся электричеством, подобное было бы невозможно. Да и выселить могли только за неуплату, впрочем известны случаи, когда хозяева ждали платы по нескольку месяцев. В случае чего всегда можно было найти новое жильё, более дешевое и доступное. Мы вряд ли бы сейчас согласились променять собственную квартиру на проживание в арендованном помещении доходного дома, однако зависимы мы гораздо больше. Причем не от частного лица, а от государства, Системы. Владельца своей квартиры легко найти и легко контролировать, несмотря на многочисленность населения города и страны. Государство впрямую заинтересовано, чтобы люди жили в своих квартирах, а не снимали их. Думаю, это одна из главных причин, по которой не строится в массовом порядке государственных длоходных домов, а не плохая окупаемость таких проектов. 

Наши дома похожи на муравейники, улицы — на лабиринты и на горные ущелья. Вы уже не увидите красивых, уютных домов. Всё стандартизировано, всё похоже, пусть и не идентично. Архитектурные изыски делают только хуже — это уже другая, неживая и нежилая архитектура, рассчитанная на взгляд с расстояния около километра и более. Подойдя вплотную к дому, мы различаем только нависшую над нами громаду, где затеряна наша собственная «ячейка». Относительно «собственная», как мы увидели. Государство имеет двоякий интерес — и денежный тоже: всякие платы и коммунальные услуги в сумме, даже с учетом расходов, дают большой доход государству за счет количества. Важнее для государства возможность контроля. Запросто могут заставить всех ставить в квартире скрытую камеру, мотивацию найдут, скажут: для вашей собственной безопасности. Наше жильё становится типовым, безжизненным, снабжаемым всем в готовом виде, что удобно, но... Мы теряем контроль. Мы платим большие деньги за собственность, которую легко у нас отобрать и которую мы почти не контролируем. Так, от собственных домов жилище всего за сто лет — через промежуточную фазу доходных домов — развитие привело нас к домам-сотам, где мы владеем одной ячейкой, обычно совсем небольшой (квартиры в доходных домах, насколько я знаю, были многокомнатными). Государство не заинтересовано в благополучии граждан (вопреки официозным лозунгам). Все те из нас, кто не имеет жилья, стремится его получить, чтобы попасть в ещё большую зависимость. И такая тенденция сохранится. Худший сценарий — это дома-коммуны нового типа, когда люди станут не просто муравьями, но рабами государства, рабами Системы. С каждым годом этот мягко говоря нехороший сценарий становится всё более реальным. (Извините, если получилось сумбурно)