Это цитата сообщения ЛН_-_ПозитивнаЯ Оригинальное сообщение

Книги Евгения Чверткина - тридцатилетний титанический труд подвижника

Книги Евгения Чверткина - тридцатилетний титанический труд подвижника
[225x320]В Севастопольской Морской библиотеке им. адмирала М.П. Лазарева хранится машинописное собрание сочинений Евгения Чверткина - семь томов, которые он назвал "Кое-что про Севастополь", ещё "Ахтиарика" - библиографический указатель литературы о Севастополе на русском и английском языках, "Севастопольский архив. Персоналии", рукопись "Ни дня без строчки".

Многие исследователи обнаружили в этих трудах давно разыскиваемые сведения, узнали подробности биографий жителей Севастополя. Известный историк Екатерина Алтабаева, автор школьных пособий, пишет: "Книги Евгения Чверткина - это своеобразное путешествие по нашему городу.

Он ведет нас по городским улицам, ничего не пропуская, останавливаясь у каждого дома, рассказывая его историю, отмечая все, что может привлечь внимание. Особенно интересно знакомство с жильцами: от одних осталась только фамилия, от других - весь жизненный путь, профессия, семья, достижения, увлечения.

Существенным подспорьем становятся карты города, на которых здания обозначены по их принадлежности: полицейское управление, гостиница, собор, кенасса, таможня, жилой дом.

Книги Е. Чверткина требуют внимательного, вдумчивого прочтения".


А читатели встречаются самые разные, со своими замечаниями, поправками, вопросами. Евгений Чверткин всегда благодарил за уточняющие данные. Особо привередливым "знатокам" отвечал с присущим ему юмором, подчас и с сарказмом: "Я пишу для подготовленного читателя. Для чтения в поезде есть детективы и эротические триллеры. Мою книгу надо не только листать, а и походить с ней по городу, искать неизбежные "дырки", поправлять, писать об этом в газеты и становиться "историком". Я ничего не домысливаю и пишу только то, что сам читал, отыскал и что считаю важным". Он недолюбливал пустопорожней болтовни, высказывался вполне определенно, понимая значение своего труда.

Полагаю, что Евгений Чверткин стал первопроходцем особого направления в краеведении, которое я бы назвал вовсе не научным термином - "пешая история

". А как еще сказать о деле человека, который действительно неторопливо прошагал по улицам родного города, осматривал каждое здание, старался узнать судьбы его владельцев и жильцов и все это сохранить для потомков. Он знакомился с людьми, завоевывал доверие, и они ему открывались. Он привлекал интересом к их судьбе, своей искренностью, вниманием к каждой детали. Возможно, кому-то казалось странным такое любопытство. Не всех удавалось разговорить, и создается впечатление, что Чверткин как бы одушевлял дома, вступал с ними "в беседу ".

Любознательному читателю он предлагал, взяв карту, прогуляться вместе с ним по любимому городу: "Бродить мы собираемся в основном до 1920 года, знакомиться со старыми, новыми и новейшими названиями улиц. Одновременно это позволит оценить дремучее невежество и бескультурье, полное отсутствие патриотизма у тех "отцов города", которые так безнравственно старались и стараются выкорчевать память о действительно великих страницах истории Севастополя, уничтожая его топонимику.

Это явление, как болезнь, и проявляется в стремлении любой ценой чем-то возвеличить себя, не понимая, что Севастополь - это город, к славе которого ничто не в состоянии ни прибавить, ни убавить" (из письма к Евгении Шварц).

Семь томов книги "Кое-что про Севастополь" (в компьютерном наборе) заслужили популярность у многих читателей, в том числе и у профессиональных историков. Но только в прошлом году появился энтузиаст, взявший на себя труд редактирования и издания книг Е. Чверткина.

Это кандидат физико-математических наук Вячеслав Горелов, который нашел очень точное и вполне соответствующее содержанию книги название "Незабытый Севастополь " и заслужил особую признательность за выпуск столь необычного, но такого необходимого издания.

В книге "Незабытый Севастополь" (часть I)

приводится довольно полная таблица наименований и переименований, составленная Леа Исааковной Фуки, которую называли "красной караимкой". Евгений Чверткин познакомился с ней в 1975 году, когда обнаружил в картотеке фондов Музея героической обороны и освобождения Севастополя тоненькую тетрадь с информацией о некоторых улицах и домах. В описи значилась еще одна тетрадь с большим числом страниц. Автором памятных записок оказалась Л.И. Фуки, жившая тогда в Евпатории, и он немедленно отправился в этот город.

По указанному адресу Чверткин увидел на скамеечке очень пожилую, но жизнерадостную старушку. Они общались всего два часа. Когда Леа Исааковна убедилась, что приезжий ленинградец знает довольно много о Севастополе и даже то, что по возрасту не должен был знать, она прониклась к нему доверием.

После этого между ними завязалась переписка, длившаяся шесть лет. Евгений был поражен уникальной памятью этой необыкновенной женщины. Она помнила улицы, дома, людей, что, где и когда происходило с ней и с теми, кого она видела и знала. Не забыла, как прогуливался по центральному кольцу Севастополя в сопровождении военного оркестра барон Врангель в белой бурке, а ведь ей тогда было шесть лет! "Ни разу я не смог обнаружить неточность в ее повествованиях", - подчеркивал Евгений Иосифович.

Письма Леа Исааковны Фуки составляют значительную часть архива, которым Е. Чверткин постоянно пользовался и позволял знакомиться с ним заслуживающим доверия исследователям. С благодарностью называл он и старожилов Ольгу Рудольфовну Лундберг и Владимира Гедеоновича Слуцкого - знатоков севастопольской истории.

Книги "Незабытый Севастополь" в день Исторического бульвара буквально разлетались нарасхват. Все, знавшие неутоленное чувство привязанности автора к родному Севастополю, радовались такому успеху в наш интернет-век, да с сожалением вздыхали: Евгений Иосифович до такого счастливого часа не дожил. В нынешнем году ему исполнилось бы 75 лет.

Севастополь вошел в кровь и плоть Евгения. Это сравнение объективно отражает главенствующее место, которое занимал наш город в его жизни. Евгения увлек пример отца капитана 1 ранга Иосифа Абрамовича Чверткина, юноши из захолустного украинского местечка Бобринец, который окончил Военно-морское училище им. Фрунзе, Военно-морскую академию, разведшколу при наркомате ВМФ СССР, стал одним из самых образованных флотских офицеров со знанием английского, немецкого и итальянского языков.

В предвоенные годы И.А. Чверткин служил в Москве начальником оперативно-планового отделения Главного морского штаба ВМФ. Ему поручали подготовку военно-аналитических документов для председателя Совнаркома СССР В.М. Молотова, который удостоил Иосифа Абрамовича личной беседы.

В годы войны И.А. Чверткин - участник обороны Севастополя, командир эсминцев "Свободный" и "Железняков", затем - дивизиона эсминцев.

На Ялтинской конференции И.А. Чверткин - офицер связи, переводчик представителя ЧФ при проводах президента США Рузвельта из Крыма, ответственный за проводку в Севастопольскую бухту отряда американских кораблей.

После войны И.А. Чверткин в течение года исполнял обязанности командира крейсера "Ворошилов", ставшего лучшим кораблем эскадры Черноморского флота.

Иосиф Абрамович Чверткин (1903-2003) - автор интереснейших воспоминаний о своем времени, о современниках, среди которых и адмиралы флота С.Г. Горшков, В.А. Касатонов, контр-адмирал О.С. Жуковский. В его шеститомнике Севастополь предстает как самый дорогой сердцу Иосифа Абрамовича город. И этим чувством с младых лет проникся и сын Евгений. Такой преемственностью отец всегда гордился. И радовался, что за тысячи километров от Севастополя в его семье живет дух благоговения перед таким городом. Кстати, от отца у Евгения и отменное знание английского языка.

В кругу любителей истории, писателей, журналистов, фотографов имя Евгения Чверткина долгие годы было на слуху. Мне не раз приходилось слышать советы, когда речь заходила о Севастополе: "Узнай у Чверткина".

Но так случилось, что мы познакомились только за рубежом. Лет десять назад я участвовал в семинаре журналистов в Иерусалиме. Поздним вечером в гостинице "Кикар Цион", где нас разместили, раздался телефонный звонок: "По радио услышал интервью с редактором севастопольской газеты "Рассвет". Я - Евгений Чверткин, родом из Севастополя". Выяснив, что не ошибся, продолжал: "Сейчас к вам заеду и заберу на денек в Хайфу". Уж очень ему не терпелось повидать земляка. Я его успокоил: буду в Хайфе через три дня. И мы условились о встрече.

...Евгений Чверткин держал в руках коробку с дискетами и толстую папку. В ней оказались ксерокопии дореволюционных фотографий Севастополя, карты города с названиями улиц, книжка с отпечатанными денежными знаками, логотипами, рекламными объявлениями различных организаций и фирм периода Гражданской войны и нэпа. Все это предназначалось в дар Морской библиотеке.

Мы разговорились. Я узнал, что Евгений репатриировался вместе с семьей в Израиль в 1990 году из Ленинграда. А родился он в Севастополе, в семье капитана 1 ранга Иосифа Чверткина.

После школы Евгений выбрал флотскую профессию, окончил Высшее военно-морское училище подводного плавания, служил на Северном флоте. В 1962 году попал под хрущевское сокращение ВМФ, затем окончил Ленинградский институт точной механики и оптики. Он продолжал научную деятельность, защитил кандидатскую диссертацию.

Почти каждый год Евгений Чверткин приезжал в Севастополь. Все свое время, свободное от науки, он посвящал изучению истории родного города. В библиотеках и архивах Москвы, Ленинграда, Николаева, Севастополя из подшивок старых газет и документов "выуживал" сведения о Севастополе и севастопольцах. Тридцатилетний титанический труд подвижника!

После отъезда в Израиль Евгений Чверткин продолжал поиски, дополняя свой архив редкими изданиями: путеводителями, фотоальбомами, адрес-календарями.

Собранную литературу, артефакты расписал по разделам: "Оборона Севастополя 1854-1855 гг.", "Архитектура", "Городская управа и городское хозяйство", "Научные учреждения", "Медицина". Для тех, кто изучает социальный и национальный состав жителей города, особый интерес представляет "Севастопольский архив. Персоналии". В алфавитном порядке в нем приводятся разнообразные сведения о горожанах XIX века и начала ХХ.

Евгений Чверткин прислал в Морскую библиотеку и Центральную городскую библиотеку им. Л.Н. Толстого собрание своих трудов. Своеобразное название "Кое-что про Севастополь" подчеркивает взятое в скобки "Свидетельства неочевидца". Звучит довольно иронично, но Е. Чверткин хорошо понимал, что именно благодаря этим трудам даже коренные жители и всезнайки сделают для себя неожиданные и волнующие открытия.

К каждому тому приложена карта соответствующего района Севастополя, о котором ведется рассказ. Сравнивая их с современными, можно увидеть изменения, которые претерпел облик города.

Уже понятно, что Евгений Чверткин знал город как свои пять пальцев. Но главное, он чувствовал его душой. Можно только представить, как, погружаясь в историю, кропотливо работал автор, как по крупицам собирал факты, как листал старые газеты, архивные документы.

"Улицы Севастополя, как люди, имеют свою биографию, судьбу, память, наряд, репутацию", - писал Евгений Чверткин. И каждую из этих составляющих он наполнил эпизодами, звуками, страстями. По этим улицам ходили и знатные люди - городские правители, фабриканты, врачи, писатели, и люди простых сословий - лавочники, торговки, моряки, контрабандисты. Они все разные, но есть то, что их объединяет, - место, которое так или иначе отразилось в их судьбе.

"Незабытый Севастополь" - это улицы, по которым разрастался город, вбирая в себя народ со всего света. Вот взятые наугад на одну начальную букву несколько фамилий: Калачев, Кабешавидзе, Кандинский, Карабетов, Караянопуло, Кац, Кашин, Кирикиади, Кисель-Загордянский, Константинова, Кранцберг... Жили бок о бок люди разных национальностей, и им хватало доброжелательности, терпимости и места под севастопольским солнцем.

Мне представляется вполне правомерным поставить рядом Гену Черкашина и Женю Чверткина - севастопольских мальчишек, почти ровесников. Они, еще не одолев букварь, обветривались морским воздухом, облазили прибрежные скалы, высматривая рыбешек, вытаскивая крабов из расщелин, в их глазах запечатлелись огни маяков, падающие с неба бомбы и горящие здания, в их ушах долго резонировал звук сирен воздушной тревоги. И наверняка они стояли где-то вблизи друг от друга 5 ноября 1945 года, встречая корабли Черноморской эскадры, которые возвращались в родную базу.

Позднее судьба свела Геннадия и Евгения в Ленинграде: оба - кандидаты физико-математических наук, да и фамилии у них начинаются на одну букву: Число, Честь! Они общались, но не для того, чтобы обсуждать близкие им научные проблемы. Севастополь - вот о чем они говорили всегда. Их не отпускало прошлое родного города, тревожили настоящее и будущее. И пусть это не покажется странным: тревожащий взгляд всегда прозорливее восторженного! Каждый из них - Геннадий Черкашин и Евгений Чверткин - занимает свое место в культурном пространстве Севастополя, но оба они - в одной шеренге.

Познакомившись с книгой "Незабытый Севастополь", невольно захочется долго и неторопливо шагать по улицам родного города, вспоминая добрым словом Евгения Иосифовича Чверткина. Дорога, которую он проложил к Севастополю, уходит в вечность.

http://slava.sebastopol.ua/2009.10.28/view/23710_d...oroga-evgeniya-chvertkina.html