*1*

Гора чадила над землёй, и светлый день сменился тьмой –
Затмило чёрною стеной диск солнца в чёрный год.
И Минас Моргул вновь восстал над чёрною грядою скал –
Их злобный, яростный оскал вгрызался в небосвод.

Перста лишённый Чёрный князь Багровым Оком видит вязь
Темнейших слов, несущих грязь ушедших вдаль эпох,
Как до падения Моргот, великий князь Порока вод
И осквернённых всех пород, изгнанник всех миров.

И Саурон всю мощь собрал: Умбар он и Харад призвал,
И властным словом начинал войну - затмился свет.
Войну за земли всех людей, всех эльфов, гномов, королей,
Кто кольца спрятал поскорей, страшась ужасных бед.

*2*

Ангмарский Чародей-король вперёд вёл войско, сея боль,
И горьких слёз пролитых соль разъела нить надежд.
Осгилиат был бит и пал – там был убит и стар и мал,
Кто после в ворохе лежал окровененных одежд.

Два дня ужасной сечи той лежали трупами горой,
И к Андуину той порой стекались ручейки,
Что обагрили воды те, жизнь павших унося в себе;
Валялись всюду на земле бесхозные клинки.

*3*

Из Чёрных вражеских ворот презренных орков тьма идёт,
Круша в округе всё, и вот тень скрыла Пеленнор.
Неся с собою ярость гроз Враг захватил Каир-Андрос,
В Анориэн свой сунув нос ордой из Чёрных гор.

Отрезан Рохану был путь, и начал Пеленнор тонуть
В стенаниях, несущих жуть по всей округе той.
Войска Врага в едину ночь сумели реку превозмочь;
Отвага улетала прочь за белою стеной.

*4*

Град Минас Тирит осаждён – охвачен жарким он огнём,
И первый ярус в граде том людьми оставлен был.
Но, не смотря на мощь Врага, осада длилась до утра,
Хотя и дрогнула рука, сжимая палантир.

Наместник Гондора узрел то, что Чернейший князь хотел –
Тогда рассудком ослабел, отчаянием сражён.
Имрахиль с Гендальфом тогда, сместив наместника с поста,
Взвалили бремя на себя – Град устоять должён!

Но подошёл уже к вратам несущий жуть большой таран,
Который словом заклинал ангмарский чародей.
Ударил раз, ударил два – крошилась, словно лёд, стена –
И рухнули тогда врата в обители людей.

*5*

Укрыта наступившей тьмой рать рохирримов той порой
Как вихрь под сломанной стеной явилась взору вдруг.
Подобно буре дикий шквал врагов топтал, врагов кромсал –
Раммас Эхор освобождал, под ярой стали звук.

Пробит был в Минас Тирит вход, но, перестроившись, идёт
Великий Рохана народ громить Мордорский сброд.
И под копытами коня тряслась спаленная земля;
Вперёд, доспехами звеня, вёл Теоден народ.

*6*

Бежала Мордорская мразь, втоптав своих же павших в грязь,
Но не был прост так Чёрный князь, казалось как сперва.
Пустил он в ход южан-солдат – альфантов шёл за рядом ряд;
Зловещей конницей Харад противников сминал.

Свистели стрелы над землёй, крушил Харад за строем строй,
И отправлялись в мир иной Врагу кто не был брат.
Но не для красного словца был щедр на славного бойца
Могучий Рохан. Спав с лица, был сокрушён Харад.

*7*

Бежала с битвы рать южан, её с позором Рохан гнал –
В той сече явно побеждал владыки злого враг.
Но тьма нависла над конём, касаясь кожистым крылом,
Когда ангмарским королём дурной был послан знак.

И лошадь, сбросив седока, была стрелой поражена,
И наземь рухнула она – был Теоден сражён,
Лежал под верным скакуном. Назгул же, как средь неба гром,
Чей лик в ночи пылал костром, во гневе был страшён.

*8*

Оскалил в злобе ящер лик, чтоб умер наконец старик,
Но лишь издал предсмертный крик – он замертво упал.
И пред ангмарским королём предстал Дернхельм, кто был силён
И не был страхом поражён – бесстрашно он стоял.

Но возвышался над бойцом назгул с пылающим лицом,
Владел могущества кольцом и был бессмертен он.
Ударил - больше нет щита, Дернхельма сломана рука,
Но сталь от древнего клинка родила боли стон.

Вонзил врагу Мериадок умертвий яростный клинок,
Который время выиграть смог для Эовин с мечом.
Личину Дернхельма сменив, она, мечом врага сразив –
Владыку Назгулов убив – слегла на поле том.

*9*

На помощь Эомер поспел: скача вперёд под градом стрел
Картину жуткую узрел – пал Рохана король.
Настал правителю конец, и Теоден отдал венец –
На этом свете не жилец, свою сыграл он роль.

И в яром гневе за сестру вмешался Эомер в войну –
Погнал полков своих волну противников сметать.
Вперёд скакал, снося мечом главы врагов на поле том,
Мстя за страну, людей и трон – был рад их в грязь втоптать.

Мумаков грозные ряды, которых войны не смели,
Угрозу воинству несли, топча лихих коней.
Как сгинул Назгул-генерал, Готмог себе сей чин забрал –
Власть над армадою сжимал во длани он своей.

И подлых орков злая рать вновь начала в войну вступать –
Со флангов стала наступать, отрезав к граду путь.
Секлись с жестокостью враги, потери страшные несли;
Те, кто на поле полегли, живым внушали жуть.

*10*

Гремела диким звоном сталь, как в башне храма пономарь –
Враг покусился на алтарь отчаянных сердец.
Юг весь чернел от вражьих сил, и помощь слал чрез Андуин
Восток; Амон Амарт чадил, вещал добру конец.

На битву гондорцев ведя, Имрахиль не щадил себя.
Враги же, злобно хохоча, бросали взгляд на брег.
Отчаянье в сердца вселил Умбара флот, что с юга плыл –
Толпа лихих пиратских сил – злой рок ускорил бег.

Напор врагов почти сломил военный дух могучих сил,
Но Рохан с Гондором решил пощады не просить.
Смеясь погибели в лицо, молясь за Фродо и Кольцо,
Готов был каждый из бойцов втройне врагов побить.

И доблесть воинов поощрил Единый Эру - чашу сил
На сторону добра склонил, и реял гордо стяг.
И всё могущество Врага, которое река несла,
Сменило сторону тогда – над ним был света флаг.

Приплыл на битву Арагорн, гремел победой славы горн,
И буйство орков, словно сон, пропало в ходе дня.
Весь осаждённый Пеларгир отбит ордою мёртвых был,
И перевес у тёмных сил растаял как туман.

Ударил воинам мрака в тыл лихих солдатов ярый пыл,
Что силы Мордора сломил – как зол был Чёрный князь!
К исходу дня был кончен бой – убит мечом, копьём, стелой;
В багровом свете той порой смешалась с кровью грязь...