Это цитата сообщения Seniorin Оригинальное сообщение
Eva Marie Cassidy...
Эва Мари Кэссиди (англ. Eva Marie Cassidy; 2 февраля 1963 — 2 ноября 1996) — американская певица, которая прославилась благодаря своей интерпретации проверенных временем песен в стиле джаз, блюз, фолк, госпел, кантри и поп. В 1996 году она умерла от меланомы.
ВИКИПЕДИЯ
Сентиментальная история о женщине, на прощание спевшей о том, что за чудесный мир вокруг
Эва была неизвестна за пределами родного Вашингтона. Четыре года спустя после её смерти радио BBC Radio 2 представило своим слушателям версии песен «Over the Rainbow» и «Fields of Gold». Песни пользовались успехом, после чего на телепередаче BBC Two Top of the Pops 2 было показано её видео «Over the Rainbow», записанное в джаз-клубе Blues Alley.
Альбом Songbird добрался до вершин британских чартов, что в свою очередь принесло Эве мировой успех.
Пела она с девяти лет: у неё был сильный голос... Сильный и чистый голос, подходящий для песен, которые так легко играются под гитару; и ещё она умела гармонизировать мелодию со слуха, вот прямо так, услышав мотив по радио.
Она каталась на велосипеде по холмам, рисовала так, как хотела — ужасно наивно, кстати сказать, так, как рисуют люди, что верят в «красоту», а петь в студии её буквально заставили — едва ли не силком, если к этой похожей на воробья девушке у кого-то только могла родиться мысль применить силу. Она пела там и сям: это скучная материя — перечислять, где.
Но одну историю я всё же расскажу вам. Девушка была сессионной вокалисткой в каких-то ужасающих коллективах: однажды её позвали подпеть банде черных людей. Продюсер позвал, и она пришла: черные люди оглядели её, белую и маленькую, и нахмурились. Кажется, песни их, если вам угодно называть это песнями, были малоприличны: они загнали белую девушку за микрофон, а сами принялись за дело. Они даже не предупредили её, где вступать: но когда вступила она, а потом закончила, черные люди молчали. Долго. Вот и вся легенда.
Если вы подумали, к слову сказать, что именно этим она зарабатывала себе на жизнь, то ошиблись: она бросила художественное училище и стала высаживать рассаду в каком-то питомнике или как там оно называется — я, признаться, не люблю природу и мало представляю себе, как она функционирует. Но был друг семьи, знаете, как раз продюсер, и он заставил — да-да, опять заставил — девушку, ухаживающую за рассадой, организовать свою небольшую группу; ему пришлось прилагать все усилия к тому, чтобы группа хоть что-то делала в городе, где не происходит преступлений: группа давала представления по забегаловкам. Люди слушали. Люди плакали. Люди запоминали и рассказывали. Да-да, это тот самый случай, когда слава бежит не просто впереди — она бежит в одиночестве, удивленная, наверно, что та, кого она собралась облагодетельствовать, не намерена даже вступать с ней в соревнование. Та, чья слава бежала в нелепом для себя одиночестве, по-прежнему пела по клубам, уставив от смущения глаза в пол.
О беззаботности: ей удалили кожную опухоль и предписали дальнейшее лечение, но она просто не обратила на это внимания. Когда у неё заболело бедро, она сочла, что это следствие долгого стояния на лестнице — она ведь и в самом деле расписывала школьный кафетерий, я не для красного слова это брякнул. Когда её заставили — опять заставили, да-да — пройти медицинское обследование, болезнь её была уже в неоперабельной стадии.
О последнем: когда слава её поведала всем о её болезни, большой мир устроил большой благотворительный концерт в её пользу. Она появилась ненадолго: она едва могла стоять. Химиотерапия это называется, если мне не изменяет память. Она спела про чудесный мир и ушла к себе домой, и лежа, согнувшись, отвечала на открытки, что пришли к ней после концерта: ей было неудобно держать ручку, но она ответила на все до единой. Не забывайте, мы говорим о сентиментальной женщине тридцати с небольшим лет в сентиментальной стране. Кроме того, положа руку на сердце: вы бы не ответили? Что ж, и этот вопрос когда-нибудь разрешится для всех. Она была подвержена сезонным депрессиям, любила уединение, велосипед и кино, терпеть не могла школу, платья, наглых водителей и эксплуатацию женщин в телевизионной рекламе. Что ещё добавить?
2 февраля 1963-го — 2 ноября 1996-го.
Так написано на камне. Большом и холодном.
Она ничего не открыла, ни на что не повлияла, ничем особым не выделилась при жизни. Просто она пела так, как не пел никто. Голос её был чист. Прочее несущественно.
Сопроводительный текст частично позаимствован
из статьи о певице Артема Рондарева
Eva Cassidy и Лондонский Симфонический Оркестр
"Autumn Leaves"
