Согласно древней легенде, придворный по имени Дамокл однажды восхвалял богатство и великолепие Дионисия I Сиракузского, правителя Сиракуз. Забавляясь лестью, Дионисий предложил Дамоклу лично ощутить, каково это — жить по‑царски.

Он усадил его за пышный пир: золотые блюда, слуги — все мыслимые роскоши. Но прямо над головой Дамокла висел остро отточенный меч, подвешенный на единственном конском волосе.

Внезапно пир утратил всякую привлекательность.

Не в силах насладиться ни единым кусочком, Дамокл вскоре стал умолять позволить ему отказаться от трона. Дионисий спокойно объяснил урок: эта постоянная опасность и есть истинная цена власти. Цари проживают каждое мгновение под угрозой невидимых бед — убийства, предательства, мятежа, — какими бы величественными ни были их покои.

История породила знаменитую метафору «Дамоклов меч», символизирующую то, что власть и успех всегда омрачены риском. То, что издалека выглядит привилегией, вблизи нередко оборачивается невыносимым грузом.

исторический комментарий...
Maksim Klabdii
ридцать тиранов были фактически олигархическими правителями, поставленными в Афинах Критием и Фераменом под руководством спартанского военачальника Лисандра. Сначала руководящую роль играла умеренная партия во главе с Фераменом, затем власть перешла к возглавляемой Критием партии крайних лаконофильских олигархов, опиравшихся на расположенный в акрополе спартанский гарнизон из 700 воинов во главе с гармостом[1] (им был Каллибий[2]).

Финансовое положение проигравших Афин оставляло желать лучшего: доходы упали из-за прекращения торговли, с потерей союзников перестал поступать и форос, также приходилось содержать спартанский гарнизон. В рамках проводимой политики террора богатые граждане становились жертвам арестов и изъятия имущества, также преследованию подвергались метэки (особым постановлением каждый из Тридцати мог арестовать одного метэка, убить его и конфисковать его имущество). В течение менее чем одного года было казнено около 1500 афинян, среди которых оказался и Ферамен (был арестован по требованию Крития из-за критики политики террора[1]).

Однако вскоре их с помощью Фив сверг Фрасибул. Большинство из Тридцати были убиты в течение года после лишения власти.

Только Сократ открыто отказался повиноваться распоряжению Тридцати о незаконном аресте саламинца Леонта. Деятельность Совета Тридцати критиковалась Ксенофонтом, Платоном, Исократом и Аристотелем[1].

Римские историки также использовали термин «тридцать тиранов» для обозначения всех императоров, захватывавших власть в отдельных частях империи во время Галлиена (на самом деле этих узурпаторов было 18, а не 30).