«Наш русский либерал прежде всего лакей
и только и смотрит,
как бы кому-нибудь сапоги вычистить»
«Бесы» - роман-предостережение Достоевского о том, что попытка построить «рай на земле» без духовной свободы неизбежно ведет к построению «адской» тоталитарной системы, где личность полностью поглощается глобальной структурой.
Теория Шигалева выглядит как пророческое предвидение крайних форм глобализации, технократического управления и установления «нового мирового порядка».
Шигалев проповедует радикальное равенство, достигаемое через деградацию личности, отказ от образования ради общей «стабильности».
В наше время «шигалевщина» сравнивается с концепцией «золотого миллиарда» или «цифрового концлагеря», где элита управляет унифицированной массой.
Для Шигалева «высшая свобода — это полное рабство». Современная критика глобализма видит попытку «мирового правительства» уничтожить национальный суверенитет и разрушить традиционные культуры, религии и государственные границы ради создания единого, безликого человечества.
Теория персонажа ведет к тому, что 10% людей управляют остальными 90%, лишая их свободы. Глобализм критикуют за похожую модель, где транснациональные элиты навязывают свою волю, игнорируя интересы народов.
В глобализме полный контроль над человечеством перекликается с планами Шигалева по управлению «стадом». Персонаж романа предполагает жесткий надзор над каждым. В теории глобального мира это связано с цифровизацией, финансовым контролем и информационным воздействием.
— Вы не верите, что мы сделаем смуту? Мы сделаем такую смуту, что всё поедет с основ... каждый член общества смотрит один за другим и обязан доносом. Каждый принадлежит всем, а все каждому. Все рабы и в рабстве равны. В крайних случаях клевета и убийство, а главное — равенство.
Первым делом понижается уровень образования, наук и талантов. Высокий уровень наук и талантов доступен только высшим способностям - не надо высших способностей! Рабы должны быть равны: без деспотизма еще не бывало ни свободы, ни равенства, но в стаде должно быть равенство...
Не надо образования! И без науки хватит материалу на тысячу лет, но надо устроиться послушанию. В мире одного только недостает: послушания. Жажда образования есть уже жажда аристократическая.
Чуть-чуть семейство или любовь, вот уже и желание собственности. Мы уморим желание: мы пустим пьянство, сплетни, донос; мы пустим неслыханный разврат; мы всякого гения потушим в младенчестве. Всё к одному знаменателю, полное равенство.
«Мы научились ремеслу, и мы честные люди, нам не надо ничего другого» — вот недавний ответ английских рабочих. Необходимо лишь необходимое — вот девиз земного шара отселе. Но нужна и судорога; об этом позаботимся мы, правители.
У рабов должны быть правители. Полное послушание, полная безличность, но раз в тридцать лет Шигалев пускает и судорогу, и все вдруг начинают поедать друг друга, до известной черты, единственно чтобы не было скучно. Скука есть ощущение аристократическое; в шигалевщине не будет желаний. Желание и страдание для нас, а для рабов шигалевщина...
Знаете ли, знаете ли, сколько мы одними готовыми идейками возьмем? Но это лишь ягодки. Русский бог уже спасовал пред «дешевкой». Народ пьян, матери пьяны, дети пьяны, церкви пусты... О, дайте взрасти поколению! Жаль только, что некогда ждать, а то пусть бы они еще попьянее стали! …
Когда в наши руки попадет, мы, пожалуй, и вылечим… если потребуется, мы на сорок лет в пустыню выгоним… Но одно или два поколения разврата теперь необходимо; разврата неслыханного, подленького, когда человек обращается в гадкую, трусливую, жестокую, себялюбивую мразь, — вот чего надо! А тут еще «свеженькой кровушки», чтоб попривык...
Эх, кабы время! Одна беда — времени нет. Мы провозгласим разрушение… Мы пустим пожары… Мы пустим легенды… Ну-с, и начнется смута! Раскачка такая пойдет, какой еще мир не видал… Затуманится Русь, заплачет земля по старым богам…
Бесы (Достоевский)
*
«Одна из характерных черт русского либерализма — страшное презрение к народу. Русскому народу ни за что в мире не простят желания быть самим собой. Все черты народа осмеяны и преданы позору.
Для либерала, что проживает за границею, русский народ — косная масса, немая и глухая, устроенная лишь для платежа податей. Западные наши либералы — партия, готовая к бою против народа.
Она гнушается идеей солидарности властей и простого мужика. Русскому, который хочет стать настоящим европейцем, нельзя не сделаться в то же время естественным врагом России.
Они дошли до того, что отрицают саму Россию. По сути, ненавидят и бьют свою мать. Более того — либералы наши западные, борясь за свободу, опутали себя своими идеями, как верёвками. А когда надобно высказать свободное мнение, они трепещут — а либерально ли выйдет? А похвалят ли в Европе?
И выкидывают наши западники такие коленца, что и самому страшному деспотизму и насилию не придумать. Нашему либералу кажется: «Мы выучим народ грамоте, обольстим его Европой, заставим устыдиться древних песен и сказок. Тогда и начнётся у нас жизнь».
Одно мне кажется несомненным. Дай всем этим современным «высшим учителям» разрушить старое общество и построить всё заново, то выйдет такой мрак, нечто грубое, слепое и бесчеловечное, что всё их здание рухнет под проклятиями».
Фёдор Достоевский.
«Дневник писателя», 1879 г.
