Казахстан выплачивает компенсации всем пострадавшим при испытании ядерного оружия. Россия урезала этот список до минимума.

С 1949 по 1989 год на Семипалатинском полигоне было взорвано порядка 600 ядерных и термоядерных устройств: как атмосферных, так и подземных. Их суммарная мощность теоретически способна была уничтожить 2,5 тысячи Хиросим. Радиация поразила более 300 тыс. кв. км территории. От последствий ядерных испытаний пострадало более 1,5 млн человек. Только после закрытия СИЯП в августе 1991 года был поднят вопрос об обязательствах государства перед гражданами, подвергшимися радиационному воздействию, и о компенсации нанесенного их здоровью ущерба.
[показать]

Под давлением общественности Казахстан, на чьей территории находился советский полигон, уже в 1992 г. принял закон, по которому пострадавшие от ядерных испытаний на СИЯП получали социальную поддержку. Однако наши чиновники, как водится, пошли другим путем. Льготы и компенсации, предусмотренные в законе 1995 года №149-ФЗ «О социальных гарантиях гражданам, подвергшимся радиационному воздействию вследствие ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне», полагались почему-то только тем, кто в 1949-1963 годах проживал в населенных пунктах, подвергшихся радиационному воздействию. Как будто не было после 63-го взрывов и испытаний. Или до Москвы они просто не доходили? Позже правительство Черномырдина распоряжением №356 утвердило и «перечень населенных пунктов бывшей Казахской ССР, подвергшихся радиационному воздействию вследствие ядерных испытаний на Семипалатинском полигоне». На этот раз чиновники и депутаты вообще решили ограничиться двумя взрывами - 29 августа 1949 г. и 7 августа 1962 г.

- Арифметика, при которой неожиданно выпали 27 лет «радиационной» жизни, противоречит законам физики, здравому смыслу, Конституции, международным обязательствам, является безнравственной и незаконной, - считает председатель правления Угловского отделения Алтайской организации инвалидов «Семипалатинск - Чернобыль» Александр Щеков. - Еще печальнее выглядит перечень населенных пунктов, подвергшихся радиационному воздействию в ходе испытаний на СИЯП. Те, кто составлял этот список, либо вообще не знали масштаба происходивших испытаний, либо знали их очень хорошо.

Вообще на этот счет есть два документа. В одном перечислены населенные пункты бывшей Казахской ССР (туда, к слову, загадочным образом не попали даже Семипалатинск и Усть-Каменогорск), в другом - населенные пункты Алтайского края, попавшие в зону влияния ядерных испытаний.

- Изменения в документы вносились не раз, но со временем из первоначального «алтайского» списка, например, исчезло более 30 сел и деревень, - говорит 62-летний житель Угловска Алтайского края Александр Павлович Щеков. Живя в 40 километрах от места ядерных взрывов, он на себе испытал все прелести радиации, а несколько лет назад похоронил жену, страдавшую синдромом Кайнара. - Организм жены не выдержал испытания радиацией, она фактически сгнила заживо. Да у нас вообще много народу умерло. Наши кладбища тому свидетельство. Открывшееся в 1986 году новое кладбище уже в 4 раза больше старого, хотя в отличие от первого, на котором хоронили людей в течение 60 лет, существует всего 26 лет. Несмотря ни на что, наш Угловский район не включен в список населенных пунктов, требующих мер по оздоровлению населения в связи с неблагополучной радиационной обстановкой. Доказать, что заболевания наших жителей напрямую связаны с событиями на полигоне, невозможно. К тому же краевое руководство нынче озабочено привлечением туристов в игорную зону «Сибирская монета» в районе Бийска, так что теперь все силы брошены на то, чтобы убедить любителей азартных игр: край экологически чистый, ничем не заражен. Сегодня нас пытаются убедить в том, что генетические изменения в наших клетках имеют химическую этиологию, но никак не радиационную.

Юго-западная часть Алтайского края - ближайшая российская соседка казахстанских Семипалатинской (ныне Восточно-Казахстанской), Павлодарской и Карагандинской областей, так что «грибными» осадками ее накрывало - мама, не горюй! А ведь есть еще Омская, Новосибирская и Красноярская области, куда тоже доносилось эхо семипалатинских взрывов... Тысячи людей осаждают суды, надеясь доказать чиновникам из соцзащиты и МЧС, что последствия ядерных испытаний коснулись их если не напрямую, то по наследственной линии. И все эти люди нуждаются в поддержке - медицинской и социальной. Они имеют право на обследование, санаторное лечение и денежные компенсации за вред, причиненный их здоровью экологическими правонарушениями.

- С 1951 по 1963 год я жила в селе Большая Владимировка Бескарагайского района Казахстана, - говорит живущая теперь в Новичихинском районе Алтайского края Нина Хабарова. - У меня есть документы, подтверждающие дозу облучения, но после переезда в 2009 г. на Алтай в выплате так называемой пенсии по экологии мне отказано на основании того, что село Большая Владимировка в перечень населенных пунктов бывшей Казахской ССР, утвержденный распоряжением Правительства РФ №356, не вошло. Получать льготы в России я не могу.

Вызывает тревогу и то, что такого права лишились дети первого и второго поколений таких граждан, хотя радиационный шлейф ядерных испытаний прошелся по ним на генетическом уровне.

Бывший прапорщик Советской Армии Владимир Головин с 1975 по 1982 год жил в Курчатове и работал старшим мастером сборки спецбоеприпасов, то есть непосредственно контактировал с оборудованием, которое снимали с ядерного реактора. Сын Владимира Дмитриевича родился с врожденным искривлением позвоночника, а внучка «с квадратной головой», как выразился мужчина. Сейчас инвалид 2-й группы Владимир Головин живет в Кировграде Свердловской области и пытается через суд доказать, что имеет право на льготы. Два суда проиграны, но Владимир Дмитриевич не сдается - собирает новые документы для подачи в суд:

- Мне 60 лет и недолго жить уже осталось, но ради детей я сделаю все, чтобы государство признало - я гражданин России, подвергшийся радиационному облучению на Семипалатинском полигоне. Это будет непросто. Моя знакомая, получившая в 1963 году во время работы на СИЯП запредельную дозу облучения, в 2001 году, после нескольких лет хождения по судам, была признана «жертвой полигона».

Почему люди, чтобы воспользоваться льготами, на которые они имеют полное право, вынуждены обивать пороги судов, оплачивать дорогостоящие анализы крови, собирать справки и документы? Мы что, беднее Казахстана? Сколько еще наше «социально ориентированное» государство будет переписывать историю только для того, чтобы экономить на жертвах своих имперских амбиций?

http://mirnov.ru/arhiv/mn962/mn/11-1.php