«В старом театре служили настоящие монстры остроумия. Раневская, например. Однажды Броневой решил сделать Фаине Георгиевне комплимент и сказал:

 

— У вас такой искромётный юмор…

 

Она улыбнулась:

 

— Ну что вы… Разве это юмор! Вот иду я по Тверской с Михоэлсом, а навстречу — Завадский. Я говорю Михоэлсу: “В этом человеке могут жить только глисты, а в вас живёт Бог”. А он мн