За окном такси мелькал незнакомый город, открывая свои прелести разноцветными огнями. Переулки интриговали своей темнотой, как бы подмигивая проезжающим машинам. Город уже спал но продолжал жить радужными снами ярких витрин и биг-бордов. В салоне автомобиля играла какая то блюзовая тема.

- Вы не против, если я открою окно. Что то душно стало. - Спросил я таксиста.

- Да не вопрос, - обрадовался водитель возможности поговорить. - Вам музыка не мешает? Может поискать что то другое?

Я посмотрел на неё. Подхваченные, влетевшим ветром, рыжие кудри как будто вспыхнувшее пламя. Кончики волос как языки огня пустились в дикий пляс. Дурманящий запах весны смешался с её ароматом. В её смотрящих на меня глазах, тоже горел пожар. Но это пламя было немного другое. Это пламя могло испепелить сердце и бросить умирать разорванное тело. Это пламя женской страсти. Смиренное, безумное, дикое, доброе и злое одновременно. Она качнула головой, прикрыв глаза.

- Нет, хорошая музыка.

- В клубе гуляли, что так поздно? - Таксист казалось хватался за любую тему, лишь бы говорить.

- Нет, гуляли по городу. Вот дорогой гость приехал в кои то веки. Правда дорогая?

   Из - за переднего сиденья высунулась голова моего брата. Да, я в последний момент только решился приехать к своему младшему брату погостить. Уж сильно в последнее время часто мне стало нравиться ездить по разным местам и друзьям. Причём идея поездки и маршрут возникал спонтанно. Он младше меня на пять лет. И теперь я еду на заднем сиденье с его потрясающей женой. Я никогда раньше её не видел. Когда они играли свадьбу я был далеко. Очень далеко. И вчера, когда впервые посмотрел в её глаза, между нами что то произошло. Не знаю, холодок пробежал тогда по моей спине. Я остановился на выходе из вагона как парализованный. Стоял и смотрел в её бездонные глаза. Цвет просто не поймёшь. Его просто не видно. Пытаешься определить цвет, а смотришь в глубину... Потом по завтракали и целый день бродили по потрясающему городку. Множество разных архитектурных композиций. История смешалась с модерном. Потом перекусили в уютном ресторанчике. И там она впервые прикоснулась к моей руке.

   - Ну что же Вы, даже не пригласите меня потанцевать.

   - От чего же танцевать я люблю.

   И мы танцевали. Её тело прикасалось ко мне, срывая дрожь в ногах. Я не скажу что её формы образцовые, нет. Но однажды прикоснувшись к ней руками, уже не в силах оторваться. Её тело было магнитом. Коньяк и возбуждение доводило меня до головокружения. Но я держался. Господи, чего мне это стоило! Я держал себя в руках. Ведь она жена моего брата.

   После мы приехали к ним домой. Был очаровательный ужин. И уже собравшись на прогулку по ночным достояниям, телефонный звонок заставил брата уйти на работу. Уходя, он пообещал что это не надолго и как только освободиться обязательно попадём в один ночной клуб.

   - Приглядывай тут за моей женой. Но не сильно, я то знаю какой ты лавелас, женщины к тебе просто липнут. Что они в тебе находят? - улыбнулся он, закрывая за собой дверь.

   Замок двери щёлкнул и на нас навалился полумрак большого холла. В камине дотрескивали дрова. Я сидел в удобном кресле и смотрел на угли. Но когда зашла она, одетая в лёгкий шёлковый халатик и бросила пару поленьев в камин, я уже не смог удержать тяжёлый выдох. От напряжения я вдавился в кресло. Она налила два бокала вина и подошла ко мне. А потом мягко наклонившись к самому моему уху прошептала.

   - Как долго ты ещё сможешь всё это терпеть? Я уже не могу.

   Шёлк халата нежно скользнул по её плечам и обвивая каждый бугорок и впадинку волнующей ноготы проскользил на мои ноги.

   - Глупыш, это же как в сказке. Неужели ты меня не хочешь. Я захотела тебя прямо у вагона на вокзале. И как не пыталась ничего не могу с собой поделать. Коля до утра всё равно не прийдёт. Потом будешь меня ненавидеть.

   - Потом я буду ненавидеть себя...

   Разгоревшийся огонь иногда выхватывал рвущиеся от страсти на мягком ковре оголённые тела. Головокружительный танец её шёлковых грудей, когда она была сверху. Переливы капель пота на его ягодицах, когда они менялись. Страстные стоны, жаркие поцелуи. Вскрик сладкой боли, когда он вошёл в неё ссади. Захлёбывающиеся наслождением выдохи, когда она высасывала всю его "кровь и душу". Только в дальнем углу комнаты в огромном аквариуме за происходящим наблюдал немой свидетель...

   И вот теперь, идя в такси и смотря на неё, я увидел в её глазах "Спасибо".

   - Да милый, погуляли. - спокойным голосом ответила она мужу.

   Она смотрела в мои глаза и по щеке потекла слеза. То ли расскаянья, то ли отчаянья. Я обнял её. Всё ёё тело дрожало. Дрожало, но не от холода. Она взяла мою руку и прижала к своей груди так крепко, что я почувствовал боль в пальцах. Она хотела. Я хотел. Мы оба хотели одного и того же, но.... Я очень нежно сжал её грудь рукой аж почувствовав затаивщиеся дыхание. Так и ехали мы на вокзал молча говоря друг другу обо всём. Я чувствовал каждое её желание, она чувствовала каждую мою мечту.Она не отпускала мою руку, а я не в состоянии отпустить её грудь, так хорошо ощущаемую через тонкую полосатую блузку.

   Только сев в поезде на своё место я заставил себя посмотреть через окно на неё. И стало аж холодно. Я почувствовал как стеклом режет мои жилы она своим взглядом. Стеклом отчаяния, стеклом горя, стеклом ненависти. Я прочёл по губам только одно " Я хочу тебя", а по глазам просьбу больше никогда не приезжать. Она стояла на пероне в объятиях своего мужа и любя ненавидела меня. И только поняв что поезд тронулся она резко повернулась и поцеловала мужа, сверкнув в фонарном свете крупной слезинкой. Только поняв что я уже еду миг страсти стал вечностью отчаяния и ненависти. Лишь только одному богу было известно что было на сердце в этот миг у неё . А где то над нами грешниками загорался новый день с новыми надеждами, мечтами и грехами.........