- Уважаемые пасажиры, Киев! Время стоянки 1час 25 минут.

Раннее утро заглянуло через окно вагона в купе и разбудило меня вместе с настоятельным предложением проводницы не толпиться в проходе. Еле протерев глаза я начал возвращаться из мира грёз в серую реальность. Не по весеннему прохладное утро через открывшуюся дверь заглянуло своим холодком ко мне в купе. Я ,поёжившись под одеялом, услышал тихий разговор проводницы с моими бывшими попутчиками. Час стоянки в Киеве и дальше четыре часа до Житомира. Скоро должна подойти Карина. Пора вставать. Я поднялся под разноголосое пожелание доброго утра и пожелания удачной дороги. Обменявшись со мной формальными улыбками, мои попутчики вышли из купе и покинули вогон. Уже через десять минут вагонный шум затих, оставив в тишине оставшихся пасажиров. Я заказал стакан крепкого кофе и умывшись с жадностью его выпил. Выпитый за ночным разговором коньяк совсем перестал требовать продолжения. Мысли пришли в нормальное русло и я накинув куртку на плечи вышел из вагона.

Прохладное серое, почти дождливое утро, перемешанное с запахом гудрона и вокзала, наполненное монотонным бубнением громкоговорителей, обняло меня своими объятиями. Столица просыпалась. Глубже запахнув на себе куртку, я вдохнул этот воздух наполненный такими разными и иногда несовместимыми запахоми. И тут в распахнувшихся дверях вокзального перехода я увидел её. Боже какая красивая... Под распахнутым плащём скрывалась короткая юбочка, чулочки в еле заметную клетку и белая блуза с небольшими пуговками по три штучки в группе. Красные туфли на небольшом каблуке, переливались лаком. Впрочем как и огненные, собранные сзади локоны волос, казалось перекликались тёплыми оттенками. Её голубые глаза пробежались по толпе пассажиров. Только яркая вспышка потрясающей улыбки указала на то, что я был замечен!

- Ну здравствуй любимая... - она буквально проглотила мои слова страстным поцелуем.

Понимающие улыбки прохожих и мечтательный взгляд проводницы не могли нас остановить. Мы хотели этого долгий месяц. В этот миг во всём мире мы были одни, оставшиеся на острове любви и жажды друг друга. Две минуты, которые мы не могли оторваться друг от друга ни губами, ни глазами, ни руками, ни сердцами... Эти две минуты были сразу и мгновеньем и всей нашей жизнью!

- Ну здравствуй любимый, - оторвавшись от меня произнесла она, - я так соскучилась за тобой , мой хороший!

- Я тоже безумно скучаю...

Как можно насладиться бездонной глубиной её глаз? Как можно поглотить безконечность вкуса её губ? Как можно ощутить сказочность её тела? Моя голова пошла кругом. Мысли перемешались...

- Это та самая девочка, о которой я вчера вам рассказывал, - обратился я к проводнице.

- Да я уж поняла, чай не глупая, - оторвалась от своих фантазий хоть и не молодая, но довольно привлекательная женщина. - Давайте быстренько в купе, и , это, там мне без глупостей! - как то хитро подмигнула она мне, пока две купюры перекочевали к ней в руки.

-Да ну что, вы, мы же не маленькие!

-Вот тото и оно, что не маленькие!

-А можно два стаканчика кофейку? - попытался сменить тему я.

- А чего ж нельзя? Можно!
В пути... (2)

Только когда я закрыл за проводницей дверь , а аромат свежеприготовленного кофе наполнил всё купе вкусом желания, я увидел через зеркало, как она наклонившись через столик достала бутылочку доброго коньяка. И начала медленно открывать её не поднимаясь со столика. Её плащь уже лежал на моём месте. А небольшая длинна юбочки уже не могла скрывать то, ради чего стоило умереть. Пламя возбуждения вспыхнуло в считанные мгновенья. Лёгкий аромат коньяка примешался к запаху кофе. И всё это смешалось с её ароматом. Этот букет запахов обхватил меня и казалось что от этого и от желания этого тела я сойду с ума.

- Я же обещала тебе сюрприз! - игриво произнесла она, потянувшись к шторкам на окне, - впрочем ты же хотел с открытыми шторками.

На ней небыло трусиков и попытка дотянуться до шторок открыла моему обезумевшему взгляду, желанную розу любви. Её бутон игриво выглядывал из под края юбки, зазывая меня в мир безумного наслаждения. Растёгнутые три пуговки на блузке практически оголили её грудь. Она упёрлась руками в раму окна и тем самым позволила им вырваться из оков блузки. Это безумие длилось несколько мгновений, пока её нога, выскользнув из туфля не коснулась моего члена. Мир взорвался от этого прикосновения. Я вошёл в неё сразу и жёстко. Это продолжалось вечность. Для уверенности тишины нашей авантюры, она закрыла свой рот моей рукой. Тихие стоны и почти прокусанная моя рука указывали на безумную сладость всего происходящего. Томно закрытые её глаза и в такт наших движений подскрипывающий, явно не готовый к такому использованию купейный столик. Всё более пропитывающиеся сладким потом её огненные локоны и сжатые от страсти до белизны пальцы на раме окна. Всё было вовлечено в процесс. Каждая пылинка купе была участником самого безумного и самого прекрасного действа возможно всей моей жизни. Адреналин от вида проходящих возле самого окна, съёжившихся от холода людей, от ощущения каждой клеткой открытого замка на двери купе, вырвал моё сердце из тела. Секунды растянулись до безконечности, годы сжались в миг. Пламя любви и похоти, нежности и грубости, страсти и зверинной дикости от обоих тел подожгло всё купе. И лишь достигнув вершины счастья и безумия. Содрогаясь от спазмов любви и боли, от вкуса своей крови у неё на губах, от головокружительной смеси запаха её бархатной кожи и тонких ноток тропиков её духов, наши тела растворились в экстазе взаимности. Наши души растворились друг в друге.

Внезапно всё закончилось. Как отливная волна унесла с собой звон безумства, оставив на столике два изнемождённых тела, полных безграничного счастья любви.

- Я люблю тебя, ты самое большое счастье в моей жизни, - еле прошептал я

- Я люблю тебя, ты самое счастливое безумство в моей жизни, - ответила она.

Я взял стаканчик с уже остывшим кофе и надпив немного, перелил туда коньяк.

- Не выходи из меня, - капризно прошептала она, - я так хочу тебя ощущать в себе.

- Прости мой милый человечек, но с природой не поспоришь.

С невероятной неохотой я оторвался от распаренного, горячего и такого желанного тела. Её ягодицы были розового цвета. Она продолжала полу лежать полу стоять в такой позе. Я застегнул штаны и сел возле двери.

- Милая, я безусловно хочу смотреть на тебя в такой позе хоть всю свою жизнь, но думаю что лучше её поменять на более подходящую для пассажира поезда. Да и отправление уже скоро. Десять минут осталось.

- Ну, кисюничка, мне так хорошо. Не хочу никуда переходить.

- Золотце, а если ктото войдёт, ведь дверь то не закрыта.

- Ну и что... - продолжала капризничать она.

- Ну не балуйся, иди ко мне, я тебя обниму поглажу.

В следующий миг она уже оказалась у меня на коленях, крепко обхватив мои ноги своими. Взяв у меня из рук стакан, жадно выпила половину.

- Фу какая гадость, - только и вырвалось у неё. - Сейчас только поезд тронется, у нас будет целых четыре часа. Представляешь целых четыре часа я , ты и поля за окном! Какое счастье.

Я нежно поцеловал её сзади в шею и взял стакан с остатком кофе с коньяком. Она так эротично выгнулась и обхватила мою голову руками так, что я почти упёрся в её плечё своей шеей. Её груди с ещё возбуждёнными сосками совсем выскользнули из растёгнутого не помню когда бюсгальтера и обножились полностью под почти прозрачной блузой. А три растёгнутые пуговки окончательно довершили эту сексуальную картину. Вдруг дверь распахнулась и на пороге застыл молодой парень. Мы уставились на него, а он уставился на её груди. Секунд десять висела полнейшая тишина. Вагон медленно тронулся, качнув парня и вырвав его из стопора.

- Простите пожалуйста я купе ошибся. - робко пробубнел он не отрываясь от её грудей.

- Ну что вы, не страшно. - промурлыкала Карина, медленно, как бы дрозня, поправляя свои груди за полу прозрачную блузу.

Дверь резко закрылась. Мы ещё с пол минуты просидели молча, а потом меня начал разберать истерический смех. Просто убила вся нелепость сложившегося положения. Карина закончив поправлять свой гардероб, вытянула мешавший бюзгалтер из под блузы. Навела красоту в своих локонах и озарив всё вокруг своей улыбкой повернулась ко мне.

- Ну как?

- Потрясающе! - восхитился я своим счастьем, - только пуговки можно уже застегнуть.

- Не хочу, - отрезала она как капризная девочка, - тебя хочу!

Она лягла на полку сверху одеяла и положила голову мне на колени а рукой прикоснулась к моей шеринке.

- Очень хочу, - игриво прошеплала она.

И в тот момент когда она уже начала расстёгивать змейку, в дверь постучали.

- Не заперто, - проговорил я, явно разочарованно.

Дверь открылась и на пороге стоял всё тот же паренёк.

- Вы меня ещё раз извените, но это всётаки моё купе и если вы не против я пройду, - с небольшой дрожью в голосе выдавил он.

- Ну что вы, конечно мы не против, проходите, - застёгивая змейку произнесла моя девочка.

И повернувшись так, что прижала головой мой уже возбудившийся член, произнесла

- Ведь правда же милый? Кстати меня зовут Карина, а вас?

Он прикоснувшись к протянутой ему руки еле выдавил

- Денис.

- Здравствуйте Денис, очень рада знакомству. Вы коньяк пьёте?

- Да, наверное...

Его глаза буквльно съедали всё тело моей любимой и такой шаловливой девочки. Одно я понял точно что наши четыре часа обломались. Хотя... ведь мы не знаем этого парня и не узнаем уж точно! Я поймал себя на мысли, что горжусь своей девочкой, она уже зацепила на крючёк этого молодого человека и только от меня сейчас зависит как мы проведём данные четыре часа. Выпивая или любя. Что то сопротивлялось во мне но желание увидеть её в обьятиях другого, а может и моих одновременно колыхнуло такую волну возбуждения. Возбуждения даже не совсем сексуального, возбуждения познания чегото нового, чего то более сладкого.

- Ну что, Денис, давай посмотрим, как ты и пьёшь коньяк.

Она смотрела на меня и поняла, поняла так как меня никто не понимал. Небыло не стыда, небыло ревности, небыло испуга. Наши души были одним целым. Я был ею а она была мною! Я чувствовал каждое её потаённое желание, она чувствовала каждое мое желание. Мы возбудились до безумства...

В этот момент вагон резко дрогнул. Запищали тормоза. Сильно грохнула сцепка.

- Уважаемые пассажиры! Киев! Прошу вас не сталкиваться в проходе. Стоянка 1час 25 минут.

Я протёр обезумевшие глаза.

- Ну вот и приехали, - прокряхтела бабулька, - Всё сыночек, досвиданья. А ты хорошо себя чувствуешь? А то во сне так тяжело стонал...