Надеюсь, до вас дойдут ароматы нижеперечисленных книг.
Лаванда. Аромат холодный, свежий, горьковатый. Лаванду начали выращивать в монастырских садах Европы в XIII веке. На основе лавандового масла, собственно, и стали делаться первые французские композиции. Произошел качественный скачок в парфюмерии, началось новое время. Лаванда скромна — она не столько звучит сама, сколько нейтрализует неприятные запахи, — подмалевок, так сказать, основа для более тонких благоуханий. Считается, что запах лаванды способствует самопознанию, уменьшает умственную вялость. Нормализует ритм. (Пиитический спор Тредиаковского — Ломоносова — Сумарокова, транспонированный в ароматический регистр, — лаванда и есть.)
Материалы: бумага XVIII века, выкинутая на помойку при переезде рукописного отдела Пушдома, кусочек материи, выпрошенный у реставраторов. Засушенные цветы и листья лаванды; лавандовое масло.
[300x33]
Василий Жуковский
Фиалка; оттенок — ваниль-бурбон. (Сочетание запаха родных лесов и иноземной пряности.) Фиалка — аромат легкий, нежный, шелковистый. Способствует расслаблению, успокаивает нервную систему. Ваниль дает радость чувствам, делает сердце добрым, располагает к доверительному общению.
Материалы: бумага голубоватого оттенка; в жестяную коробочку положены две палочки ванили и засахаренные цветы фиалки (парижское лакомство, традиционный подарок куртуазных ухажеров). Честно говоря, все «Людмилы» и «Светланы» уже ничем не пахнут, а «крещенский вечерок» засахарился до состояния детского леденца.
[показать]
[300x33]
Александр Пушкин
Роза, разумеется. Аромат помогает забыть о повседневных проблемах и мысленно переносит в чистые сферы бытия. Преобразует озлобление, разочарование и печаль в энергию самосовершенствования. Уменьшает чувство обиды и ревности, помогает ощутить удовольствие от одиночества. Люди, вдыхающие аромат розы, вызывают симпатию с первого взгляда. Помогает при аритмии (!).
Материалы: Пушкин писал еще на серо-голубой, рыхлой и толстой бумаге, она практически не отличалась от бумаги XVIII века. Розы, розы, розы — и парча, пропитанная розовым маслом.
[300x33]
Денис Давыдов
Порох. Ну, что тут комментировать. Пороху никто тоже не нюхал. Черный, дымный, сделан по всем правилам: из древесного угля, серы и селитры. Горит хорошо — проверено. К тому же запах горелого пороха выразительнее.
[300x33]
Афанасий Фет
Ландыш, рододендрон, муск. «Так дева в первый раз вздыхает — О чем — не ясно ей самой, — И робкий вздох благоухает Избытком жизни молодой». Фет, стихотворение «Первый ландыш». А вот Шеншин: «Рододендрон, рододендрон! Хороши не только розы. Хороши большие томы И поэзии, и прозы». Ландыш (аромат шелковистый, нежный); рододендрон (аромат влажный, слегка вяжущий), муск (дурманяще-пряный, слегка перечный). Впрочем, муск перебивает все остальные запахи.
Материалы: желтоватая бумага середины XIX века, ткань — атлас. Наполнители: веточка азалии (почти рододендрона), цветы ландыша, лепестки мускатного цвета (мацис).
[показать]
[300x33]
Николай Некрасов
Деготь (выгонка из трех пород дерева: сосна, береза, родная осина). Русский дух; усиливает патриотические чувства.
Материалы: бумага для писем XIX века, но дешевле, чем у Фета; материя — кусок зеленого сукна с ломберного столика.
[300x33]
Иван Тургенев
Жасмин. Запах стимулирует творчество. Помогает адаптироваться к незнакомой обстановке. Обладает расслабляющим действием. Усиливает чувственность, считается «женским» ароматом, т.к. устраняет фригидность. Одно из главных растений, использовавшихся в классической (натуральной) парфюмерии.
Материалы: бумага для писем XIX века, ветхий шелк неизвестного происхождения, засушенные цветы жасмина, жасминовое масло.
[показать]
[300x33]
Федор Достоевский
Пачули. Так пахнут у Достоевского малосимпатичные персонажи. В 60-х гг. XIX века пачули были самыми популярными духами. У пачулей, как говорится в справочниках, «таинственный аромат, который человеку либо нравится, либо он его ненавидит». Достоевский его терпеть не мог, поэтому в его романах пачули встречаются почти так же часто, как «зловонные черные лестницы». Запах пачулей стабилизирует и облегчает чувство страдания, очень полезен при состоянии неуверенности в себе. Его вдыхают, чтобы приготовиться к большим переменам в жизни. При всем при этом — сильный эротический стимулятор. «Послание власти цветов о гармонии и любви — именно то, чем наделен запах пачули», — это уже из современной «восточной» книжки, дешевой и пошлой — как запах пачулей.
Материалы: бумага — та же, что у Некрасова; дешевая обивочная ткань (кажется, более позднего времени, конец XIX, но все равно не дороже той, что можно было увидеть в «меблирашках»).
[300x33]
Леонид Андреев
Бергамот. (Рассказ «Баргамот и Гараська».) Аромат кисло-сладкий, напоминает запах гнилого лимона.
В Европу растение привезено Колумбом. Запах бергамота приводит внутренний мир человека в равновесие,
ослабляет чрезмерный негативизм. Вдыхают его для снятия эмоциональных проблем, так как он поднимает настроение, дает ощущение любви и мира. Аромат может рождать в голове неожиданно дерзкие идеи.
Материалы: кусок ярко-красных обоев начала века; мешочек — бордовый бархат, в предыдущей жизни бывший театральным занавесом, потом — оконными шторами у свекрови.
[показать]
[300x33]
Иван Бунин
Антоновские яблоки. Запах меда и осенней свежести, и чего-то там еще, лень в книгу заглядывать, я от этого запаха особого кайфа не ловлю. Мне он кажется сугубо бытовым и неинтересным: дома раскладывали антоновские яблоки в платяные шкафы, на полки с постельным бельем, чтобы оно хорошо пахло, поэтому ничего романтического в нем не унюхать.
Материалы: зеленоватая бумага начала XX века, материя — кусок зеленого шелка со старой обивки стульев
(из парижского дома русских эмигрантов первой волны).
[показать]
[300x33]
Иннокентий Анненский
Лилия, кипарис, трилистник. «Цветов мечты моей мятежной Забыв минутную красу, Одной лилеи белоснежной Я в лучший мир перенесу И аромат, и абрис нежный». Не влом мне было поехать на электричке в Царское Село, чтобы на вокзале купить лилию. Веточка кипариса сворована в ботаническом саду. Там же сорван клевер-трилистник, но он ничем себя не проявляет.
Материалы: лист, выпавший из какой-то книги в библиотеке Бестужевских курсов, очень красивый, коричневый, с муаровым рисунком; ткань — кисея.
[показать]
[300x33]
Валерий Брюсов
Орхидея. Символ независимости и страстности (впрочем, символика придумана в Европе, а значит, не
так давно). Аромат орхидеи дарует удачу в достижении цели, помогает избавиться от вредных привычек. Рубцует раны, оставшиеся после жизненных (любовных) неудач. «Некоторые чуть открывшиеся орхидеи до оплодотворения благоухают, но потом теряют свой аромат». (Зачем это цитирую — толком не знаю, просто хочется ввести в текст воспоминания парфюмера К. Веригина.) Аромат взят в виде готового французского парфюма, не ручаюсь, что хорошей фирмы, может быть, и подделка.
Материалы: папиросная бумага начала XX века, материя — сильно надушенный кусочек белых самодельных
кружев (по всей вероятности, уже нэповских времен, не исключено также, что с дамского неглиже).
[показать]
[300x33]
Петр Потемкин
Автор сборников «Герань» и эмигрантской книги про «герань отцветшую». Впервые масло герани было дистиллировано в 1819 году французским химиком Реклузом. Герань очень любил простой люд, особенно ремесленники, из-за ее способности очищать ядовитый воздух лудильных и сапожных мастерских, всасывать угар и сырость.
Материалы: бумага начала XX века; материя — ситец (примерно такой же, в какой была переплетена его книжка); наполнитель — листья красной и розовой герани, а также герани душистой (испытанное средство от моли), поскольку сами цветы, как известно, не пахнут.
[300x33]
Игорь Северянин
Вербена. В начале XX века аромат вербены считался одним из самых модных, острых, волнующих. Игорь
Северянин находил его необыкновенно изысканным и сравнивал с запахом устриц. Вербена, — после выхода сборника Северянина такой псевдоним взяла себе поэтесса Вера Булич. Прекрасная Дама, Любовь Менделеева поджидала своего жениха на крыльце подмосковного имения тоже «всегда с цветком красной вербены в руках, тонкий запах которой особенно любила». Блок, правда, в это время дышал исключительно туманами, и Любовь Дмитриевна затаила обиду на много лет: «С горькой усмешкой бросала я мою красную вербену, увядшую, пролившую свой тонкий аромат так же напрасно, как и этот благоуханный летний день. Никогда не попросил он у меня мою вербену, и никогда не заблудились мы в цветущих кустах...»
Игорь Северянин, «Вервэна» (Юрьев, 1920): «Мы — извервэненные с душой изустреченною. Лунно-изнервленные у нас умы»; «Благоухающая вся луною И упояющая соловьем, Она владычествует надо мною — Вервэна, выглотанная живьем»; «Ликер из вервэны — грезерки ликер, Каких не бывает на свете»; «Флакон вервэны, мною купленный, Ты выливаешь в ванну», и проч., и проч. Все стихи сборника — с отдушкой модной в начале века вербены, запах которой так любила золотокосая невеста Александра Блока. «О, женщина, с душой вервэновейною!»
Материалы: страница альбома для фотографий 1910-х гг.; мешочек пошит из восхитительного золотистого
газа; листья вербены. Так как Северянин произносит это слово на французский манер, то и вербена — парижского происхождения, доставшаяся в наследство от русской эмигрантки (старушка заваривала «вервэновый» чай).
Структура аромата: верхняя нота — апельсиновая корка, глубинная нота — горький миндаль, нижняя нота — белый керосин. Апельсин (аромат сладкий, теплый); Федра-цедра, театральный запах: «И слабо пахнет апельсинной коркой». Целебные свойства первыми стали использовать римляне, считавшие, что ванны из апельсиновой воды снимают похмелье («Я лишился и чаши на пире отцов — в чужом пиру похмелье» — эти ассоциации выскочили ненамеренно, но тоже кстати). Запах цедры апельсина помогает при депрессии, снимает состояние страха, раздражительность. Лечит бессонницу, снимает мышечные спазмы, вызванные нервным напряжением. Являясь антисептиком, способствует лечению простуды (припухлых миндалин). Миндаль (аромат бархатистый, горьковатый, дымный, мягкий). Приносит радость уму и сердцу, согревает, обостряет чувственное восприятие.
Материалы: бумага дореволюционная, материя — советская, 30-х гг. Полоска апельсиновой цедры; миндальное масло; корка черного хлеба, смоченная белым, то есть очищенным, керосином (формы для выпечки хлеба, начиная с Гражданской войны и до недавнего советского времени, из экономии смазывали на хлебозаводах вместо масла керосином; может быть, еще и потому для Мандельштама керосин — приятный запах сытости)
[показать] [300x33]Борис Пастернак
Верхняя нота — лимонная цедра. Лимон (аромат свежий, душистый, резкий) способствует восстановлению
сил после тяжелой работы, обеспечивает равновесие эмоций. («Давай ронять слова, Как сад — янтарь и цедру»; кроме того, хотелось запараллелить запах с Мандельштамом, — в интеллигентском сознании от этого не уйти.) Глубинная нота — тубероза («Пью горечь тубероз» — это можно и не напоминать). Срединная нота — садовые цветы (иначе композиция получалась удручающе-примитивной, пришлось описывать поэтику общими словами-лепестками).
Запах туберозы меня, к сожалению, разочаровал, может быть, потому, что не удалось найти благовония хорошего качества. Так что можете считать, что это просто неисправное издание, изуродованное цензурой.
Материалы: листок бумаги в клетку, материя — шик-крепжоржет. Кусочек лимонной корки; тубероза в виде
готового благовония; лепестки и листья садовых цветов.
[показать] [300x33]Дым. Кусочек меха висел над плитой все время, пока кухня была превращена в алхимическую лабораторию.
Напитался всеми ароматами, но пахнет главным образом дымом.
Материалы: мешочек сшит из очень потертого кусочка меха (см. Тэффи — ее оду котиковой шубке, спецодежде эмигранток); бумага — чистая страница из рассыпавшейся (какой-то?) книжки. Внутри мешочка — пусто.
Ольга Кушлина. ОТ СЛОВА К ЗАПАХУ
[500x375]
