"Я люблю эту девочку вечную"...

15 августа исполняется 60 лет актеру Михаилу Филиппову. В издательстве "АСТ-пресс" готовится к выходу его книга "Наташа", посвященная жене — замечательной актрисе Наталье Гундаревой. В книгу вошли ее акварели, его полные нежности стихи к ней, фотографии из семейного архива и фондов музея Театра имени Вл. Маяковского. "Известия" публикуют отрывки из книги, которая полностью называется "Наташа. Мои свояси. Жизнь в записочках, рисуночках и стишках".

Какое множество теплых, чудных слов живет в русском языке... Меня с детства пленяло слово "свояси". Чаще всего оно встречалось мне в конце русских сказок: "Вздохнул мужичок, почесал в затылке и поплелся восвояси". Теплом и уютом веяло от этих "своясей". Хотя, конечно, по малолетству я и не догадывался о том, что это за "свояси" такие. И только много лет спустя мне дано было счастье понять и вкусить блаженный смысл этого слова. Я встретил Тебя, Ты взяла меня за руку, повела меня по этой жизни и стала на долгие счастливые годы Моими Своясями.

Предполагаемый Читатель, не относись к этой книжке как к Книге, смело ставь на нее сковородку с яичницей, не относись к моим порой бессвязным речам как к Литературе, не относись к убогим рифмишкам как к стихам — просто душа просит излиться и хочется лишний раз поговорить с Ней.

Простое счастье жить в Любви

Судьбой обещано,

И, Господи, благослови

За это Женщину,

Ту, у которой не глаза,

А два глубоких озера

И жизнь с которой, так сказать,

Игра без козырей.

Бог нам судья.

В одно мгновенье

Без таинств и паникадил

Одним своим

Святым решеньем

Друг к другу нас приговорил.

Я счастлив Божьим наказаньем,

Люблю свой плен (кто б думать мог!)

И лишь живу одним желаньем —

Побольше б только вышел срок!

Я перебираю сейчас записочки, которые мы писали друг другу, стишки, которыми я веселил Тебя...

Давай понравимся друг дружке,

Одним ключом запрем сердца

И будем на двоих веснушки

Делить до самого конца.

Когда мы встретились с Тобой, Ты уже была народной, многажды лауреатом, многажды лучшей актрисой года. А я-то большинства фильмов Твоих не видел и не смог бы перечислить Твои звания, зато я знал Твои веснушки и был счастлив этим.

В Тебе, взрослой женщине, удивительным образом жил ребенок, маленькая девочка из песочницы, которая с подкупающей доверчивостью рассказывает первому встречному: "А у нас сегодня на обед были котлеты с макаронами и компот".

Ты меня смешила рассказом из собственного детства, как однажды ночью объелась вареньем, прокравшись тайком от взрослых на кухню, а потом ужасным шепотом будила: "Мамочка, милая мамочка, меня рвет".

Ночь темна за окном.

Кроме месяца,

В кухне нет никого.

Банки светятся.

Мама спит, папа спит.

Я немножечко

Съем вареньица.

Только ложечку.

Месяц светит мне.

В кухне все ясней,

И варенье все слаще и все вкусней.

Но не буду длить стихотворение,

Пусть ребенок наестся варенья.

Я люблю эту девочку вечную.

Ну а месяц в окошке, конечно, я.

Еще раз оговорюсь — пожалуйста, не ищите здесь глубоких мыслей и стихов, все это не более чем набор бесхитростных рифмишек и шуточек, сочиненных за всю нашу совместную жизнь по моей охоте для Ее забавы. И вызваны к жизни они Ею, и только Ею.

Ты Отчизна. Отечество. Отчество.

Моя пристань и мой причал.

Покарал меня Бог одиночеством,

Но в награду с тобой повенчал.

Средь приливов и отливов

Для меня ты будешь раем.

В одиночестве печальном

разделю судьбу твою.

Он затерян в океане,

Он на картах не означен.

Вдалеке от континентов,

в стороне от всех дорог.

От предательства, от боли,

От любовной неудачи

Я бегу на этот Остров,

чтобы Остров мне помог.

Остров Сердце, Остров Сердце

Одинок, необитаем.

Остров Сердце, Остров Сердце

у Вселенной на краю.

Средь приливов и отливов

Для меня ты будешь раем,

В одиночестве печальном

разделю судьбу твою.