Как доучилась в мединституте, я до сих пор не знаю. Вернее, знаю, что беззащитное население, залеченное мной, должно благодарить мою последнюю группу, в которую я попала после честно заслуженного академа. Группа была хорошая, даже отличная во всех смыслах этого слова. С первых же минут, увидев их серьезно-ботанические физиономии, я загорелась мыслью стереть это неестественное выражение с юных лиц. Долгие пять лет я работала над этой задачей, не покладая рук. Я была старше на целых два года, умудренная горьким опытом пересдач и отягощенная прошлогодними конспектами по всем предметам. Я точно знала, какие лекции лучше всего усваиваются в кинотеатре, а какие в кафешке за углом. Они не сопротивлялись, они радостно пили со мной коку (пить пиво я их так и не научила) и ели чипсы, слушали байки и… ненавязчиво подводили меня к дверям очередной обители знаний. С момента попадания в их группу мой план беглянки-саботажницы терпел решительное фиаско буквально на каждом шагу. Когда я прогуливала, они меня отмазывали, когда я не учила, они подсказывали и подсовывали шпаргалки, когда я решительно отказывалась идти на экзамен, они уговаривали меня просто потусоваться с ними перед дверями, как-то незаметно просовывали меня в экзаменационную аудиторию, а дальше я была бессильна Преподаватели, через одного приятели и коллеги родителей, впервые увидев меня воочию, поймав в загребущие дружеские лапы, уже не отпускали, впихивая знания и оценивая их тут же, не отходя от кассы. Смешно, но сейчас я только диву даюсь, как много они умудрились в меня впихнуть в эти краткие мгновения контакта. Уверена, общайся мы дольше, им бы это не удалось! Забавно, но все, что раньше вызывало священный трепет и терзало нервы, сейчас вспоминается с любовью и благодарностью. Даже страшная педиатриня Верещагина, заставляющая нас решать уму непостижимые задачки в два арифметических действия. До сих пор, с ужасом вспоминая эти непонятные столбики цифр, на вопрос: «Как кормить ребеночка?»,- неизменно отвечаю: «Грудями, родимая, грудями!». А живое воплощение ночного кошмара кардиолог Катлукова, чьи конспекты с ясным, как младенческая слеза, описанием ЭКГ все еще хранятся в моем столе?! В общем, вспоминаю и улыбаюсь...