Дождь. Небо затянуто тучами. На мне одежда красноармейца, вокруг меня такие же как я, серая толпа идущая с воплями в бой. Я чувствую грязь под своими ногами, моя форма полностью промокла. Я бегу вперед в толпе, потому что знаю, что этого требует долг. Долг перед кем? Не знаю, но тогда я знал, что так надо. Впереди сквозь стену дождя виднелся мост.

Мы ступили на мост. Я не видел своих врагов, пули летели из тумана, и это было очень странное чувство. Когда ты не знаешь кто твой враг. Не просто не видишь его, а не знаешь кто он, и в тот момент я мыслил об этом не только на уровне этого сражения, но более глобально. Мост был странно построен. Он был наклонен примерно на сорок градусов влево. Все это напоминало картину какого-то художника сюрреалиста: Трассиры летящие из тумана в солдат красной армии, находящихся на кривом мосте.

Я бежал вперед и на половине пути подскользнулся и начал скользить по наклонной этого моста, еще одной особенностью которого было то, что из всевозможных ограждений по левой и правой стороне были только полуразрушенные шлакоблоки, которые вопреки законам физики неподвижно стояли под наклоном в 40 градусов на мокром асфальте.

Скользя, я сбиваю эти шлакоблоки и выпадаю с моста, успев ухватившись одной рукой за скользкий обрыв. За вторую руку меня схватил мой товарищ. Что странно, я не видел его лица. У него его просто не было. Однако я отчетливо слышал его голос и он был в точности похож на голос моего друга детства, он кричал, что вытащит меня любой ценой, однако моя рука медленно но верно выскальзывала из его руки. Во вторую руку, которой я держался за обрыв впивались мелкие камушки и битые стекла.

И вот происходит кульминация: Я смотрю вниз, а под мостом сплошная пустота - одни черные тучи. Настолько сильного страха во снах я не испытывал никогда. И тут мой товарищ упускает меня, а вторая рука соскальзывает с обрыва оставляя на нем кровавые следы и я падаю вниз.

Без сомнения - это было самое реалистичное и самое жуткое чувство падения во снах, за всю мою жизнь. Последнее что я видел, это моего кричащего товарища, у которого начало проявляться лицо, которое полностью я так и не смог увидеть.

—

Послевкусие

Самое интересное, что сон был настолько жутким, что это чувство страха, которое я испытывал во время падения преследовало меня еще минуты две. Сердце колотилось так, будто сейчас вырвется из груди. Я встал с кровати, пошел на кухню, выпил валерьянки и снова лег спать.

Сбылся ли сон в какой-то из трактовок?

Нет и надеюсь не сбудется ни в одной из трактовок. Это без сомнения был самый страшный ночной кошмар моей жизни, с которым не сравнятся никакие монстры, призраки, вампиры или маньяки убийцы из сновидений.

—

Юрий Дорохов
[500x330]