[700x559]
(перевод выполнен Mary Poloz, для vk.com/linkinparklpla)
Честер: Первое место, где мы играли? Ха, интересный вопрос, без понятия. Я имею ввиду, что мы сначала играли на задворках, в чьей-то гостиной, например. Это было всегда интересно, знаете ли, ну представьте, посадить группу в чью-то гостиную, все сразу нахрен сматывались, и я потом чувствовал себя неудобно. Но, кое-где, где мы играли, происходили занимательные вещи. Мы играли в месте, где фактически провалился пол, из-за того, что дети прыгали. Мы провалили пол в Мельбурне, Австралия, если быть точными, это было нелегко сделать. У нас было несколько занимательных концертов.
Майк: Мы играли в некоторых странных местах, некоторые были странными просто потому, что размещены странно. Самые странные и сложные для выступления места встречались в начале нашей карьеры. Помню, мы играли концерт в круге. Там была маленькая круглая сцена посреди круглого помещения и она вращалась. Теоретически, это не должно было сильно влиять на концерт, но каждый раз, когда я поднимал взгляд, я смотрел на что-то другое, и фактически, это смущает, путаешься, где играешь. Но, определенно, самые напряжные места для игры, чрезвычайно маленькие, нам попадались в самом начале. Было одно в Де-Мойне, Айове, Slipknot оттуда, они выросли, играя в этом маленьком месте, и менеджер решил, что будет круто сыграть там. Все там были просто сумасшедшие, все пьяные, все потные, и я помню они просто разрушили столик с мерчандайзом. Там было очень жарко, невероятно жарко, мы с трудом отыграли 40 минут и после этого буквально чуть не потеряли сознание.
Майк: (говоря о выступлении в Берлине) Я в восторге от выступления на этом шоу, это крутое место, но больше всего мы в восторге от фанов, которые пришли послушать нашу новую музыку вживую. Потому что мы впервые здесь играем пару трэков из нового альбома.
Честер: И хотя я не понимаю языка, он чужой для меня, он кажется правильным и естественным. Когда мы приезжали сюда семьей, всем детям очень понравилось. Есть в Берлине своя изюминка, что выделяет его среди других городов мира. Немногие города могут похвастаться этим качеством. Любой город по-своему красив, но всегда найдется что-то, что заставит чувствовать себя некомфортно, вы не сможете задержаться там на долго. А в Берлине я смог бы даже жить. Я мог бы переехать сюда с семьей, и мы были бы счастливы, и чувствовали бы себя комфортно, как дома.
Честер: Люди так привыкают к знакомым песням, что они не думают о музыке, она становится их второй натурой и, когда мы кидаем им что-то новое, то реакция обычно: «Эй, секундочку». Им нужно вернуться в сознание и понять, что происходит. И они так стоят и смотрят, и вам не понятно, нравится им песня или нет. Они потом только начинают реагировать.
Но, когда мы играли новую музыку из нового альбома, Burn It Down и Lies Greed Misery, люди начинали реагировать сразу же, будто они уже несколько лет знают эту песню. Это очень странно, я не могу это объяснить, но на самом же первом шоу этого тура, казалось, все знали слова Burn It Down. Мы впервые сыграли Lies Greed Misery на следующем же концерте, и тысяча людей подпевала эту песню за нами. Как это возможно? Мы ее впервые играли. Поэтому, действительно интересно, как люди реагируют на новую музыку этого альбома. Знаете, когда мы впервые сыграли Shadow of the Day, я так и не понял, понравилась ли кому-то песня, а сейчас – все подпевают нам. Да, наступает такой период, когда учишь музыку, когда выступаешь.