Термин «инквизиция» произошёл от лат. Inquisitio, означающего «допрос, дознание». Термин был широко распространён в правовой сфере ещё до возникновения средневековых церковных учреждений с таким названием, и означал выяснение обстоятельств дела расследованием, обычно путём допросов, часто с применением силы. И только со временем под инквизицией стали понимать духовные суды над антихристианскими ересями.
Пытки инквизиции имели сотни разновидностей. Кое-какие средневековые орудия пыток сохранились и до наших времен, но чаще всего даже музейные экспонаты восстановлены по описаниям. Их вариации поражают воображение. Перед вами двадцатка орудий пыток Средневековья.
Это железные башмаки с острым шипом под пяткой.
Шип можно было выкручивать при помощи винта. С выкрученным шипом жертве пыток приходилось стоять на мысках ноги, пока были силы. Встаньте на цыпочки и проверьте — сколько вы протянете.
Четыре шипа — два, впивающихся в подбородок, два — в грудину, не давали жертве совершать никаких движений головой, в том числе и опустить голову ниже.
Грешника привязывали к креслу, подвешенному к длинной жерди, и опускали под воду на какое-то время, потом давали немного глотнуть воздуха, и опять — под воду. Популярное время года для проведения таких пыток — поздняя осень или даже зима. Во льду делали прорубь, и через какое-то время жертва не только задыхалась под водой без воздуха, но и на таком желанном воздухе покрывалась коркой льда. Иногда пытки длились сутками.
Это такое крепление на ноге с металлической пластинкой, которая с каждым вопросом и последующим отказом отвечать на него, как этого требовалось, затягивалась все сильнее, чтобы переломать человеку кости ног. Для усиления эффекта иногда к пытке подключался инквизитор, который ударял молотом по креплению. Часто после таких пыток все кости жертвы ниже колена были раздроблены, а израненная кожа выглядела, как мешочек для этих костей.
Этот способ был «подсмотрен» инквизиторами на востоке. Грешника привязывали колючей проволокой или крепкими веревками к специальному деревянному приспособлению типа стола с сильно приподнятой серединой — чтобы живот грешника выпирал, как можно дальше. Его рот забивали ветошью или соломой, чтобы он не закрывался, и вставляли в рот трубку, через которую вливали в жертву неимоверное количество воды. Если жертва не прерывала эту пытку для того, чтобы сознаться в чем-то или целью пытки была однозначная смерть, в конце испытания жертву снимали со стола, укладывали на землю, а палач прыгал на ее раздутый живот. Финал понятен и отвратителен.
[x100]Понятно, что использовался не для того, чтобы почесать спину. Плоть жертвы разрывалась — медленно, болезненно, вплоть до того, что этими же крюками у неё вырывали не только куски тела, но и ребра.
Та самая дыба. Их было два основных варианта: вертикальный, когда жертву подвешивали под потолком, вывернув суставы и подвешивая к ее ногам все большие тяжести, и горизонтальная, когда тело грешника фиксировалось на дыбе и растягивалось специальным механизмом до той поры, пока у неё не разрывались мускулы и суставы.
Жертва привязывалась к четырём лошадям — за руки и ноги. Потом животных пускали вскачь. Вариантов не было — только смерть.
Это приспособление вставлялось в отверстия тела — понятно, что не в рот или уши — и раскрывалось так, чтобы причинять жертве немыслимую боль, разрывая эти отверстия.
Во многих католических странах духовенство считало, что всё-таки душа грешника может быть очищена. Для этих целей им приходилось использовать или вливание в горло грешника кипящей воды или закидывание туда же раскаленных углей. Сами понимаете, в заботе о душе места для заботы о теле не находилось.
[x280]Предполагала два экстремальных способа эксплуатации. В холодную погоду, подобно креслу для ведьминого купания, грешника в этой клетке, подвешенной к длинной жерди, опускали под воду и доставали из нее, заставляя мерзнуть и задыхаться.
А в жару грешник висел в ней на солнцепеке столько дней, сколько мог вытерпеть без капли воды для питья.
Как грешник мог как-то раскаяться в чём то, когда сначала сжимались и крошились его зубы, потом крошилась челюсть, за ней кости черепа — до тех пор, пока из ушей не выливался мозг — непонятно. Есть информация о том, что в некоторых странах до сих пор в качестве инструмента допроса используется версия этой дробилки.
Это было главным способом искоренения ведьминского влияния на чужие безгрешные души. Сгоревшая душа исключала какую-либо возможность смутить или испачкать безгрешную душу. Какие могут быть сомнения?
Ноу-хау принадлежит Ипполиту Марсили. В свое время это орудие пытки посчитали лояльным — кости оно не ломало, связки не рвало. Сначала грешника поднимали на веревке, а потом усаживался на Колыбель, причем вершина треугольника вставлялась в те же отверстия, что и Груша. Было больно до такой степени, что грешник терял сознание. Его приподнимали, «откачивали» и снова насаживали на Колыбель.
Двоюродная сестра Колыбели Иуды. Вряд ли картинка оставляет место для воображения, как использовалось это орудие пытки. Тоже порядочная гадость.
Это огромный саркофаг в виде открытой пустой женской фигуры, внутри которой укреплены многочисленные лезвия и острые шипы. Они расположены таким образом, чтобы жизненно важные органы заключенной в саркофаг жертвы не были задеты, поэтому агония приговоренного к казни была долгой и мучительной.
Впервые «Деву» использовали в 1515 году. Приговоренный умирал три дня.
Центральная Европа — основное место его популярности. Грешника раздевали догола, сажали на кресло, утыканное шипами. Двигаться было невозможно — иначе на теле появлялись не только колотые раны, но и разрывы. Если инквизиторам и этого казалось мало, они брали в руки шипы или щипцы и терзали жертве конечности.
На востоке придумали эту страшную казнь. Дело в том, что человек, которого посадили умело на кол — его конец должен был торчать из горла жертвы (а не так, как нарисовано на этой картинке), мог жить еще несколько дней — страдать физически и морально, поскольку эта казнь была публичной.
[300x235]Палачи и инквизиторы тех лет проявляли недюжинную изобретательность в своем деле. Они прекрасно знали от чего человек испытывает боль, и знали, что в бессознательном состоянии боли он не почувствует. А какая же казнь в Средних веках без садизма? Обычную смерть человек мог встретить повсеместно, дело это было нередкое. А необычная и очень болезненная смерть — распиливание. Жертву подвешивали вниз ногами, чтобы кровь не переставала поставлять кислород в голову, и человек испытал весь ужас боли. Бывало, он доживал то того момента, когда ему медленно-медленно успевали распилить тело до диафрагмы.
[320x224]Приговорённому к колесованию железным ломом или колесом ломали все крупные кости организма, затем его привязывали к большому колесу, и устанавливали колесо на шест. Приговорённый оказывался лицом вверх, смотря на небо, и умирал так от шока и обезвоживания, часто довольно долго. Страдания умирающего усугубляли клевавшие его птицы. Иногда вместо колеса использовали просто деревянную раму или крест из брёвен.
http://shnapsus.ru/2012/03/14/20-samyx-strashnyx-pytok-evropy/