[360x44]

[480x362]
Фрагмент монашеского собрания от 21 июля 2014 года

Монахиня Иоанна: Я хочу задать вопрос, который волнует меня уже несколько лет. Конечно, что-то в течение этого времени в этом вопросе менялось. Как правильно на исповеди задать вопрос батюшке, чтобы услышать ответ от Бога? Я понимаю, что если я не готова услышать ответ, то я его не услышу, хотя Бог может мне его и сказать. Иногда мне кажется, что я задаю вопрос по существу, но на самом деле где-то глубоко внутри я не хочу услышать на него ответ, а значит, я его не услышу. Иногда враг смущает меня тем, что мне ответят только то, что я хочу услышать, потому что ответ будет звучать по-человечески, по-душевному. То есть таких разных сторон очень много. Иногда на душе мирно, внутри ничего не обострено, проживается более-менее спокойный период жизни. И тогда Господь действует через разрешительную молитву, через Вашу, батюшка, молитву обо мне, чтобы Бог мне помогал, вел и открывал. Однако мне очень тяжело получить помощь через слово. Как же мне быть? Я не понимаю. Иногда эта проблема внутри так обостряется, что я могу доходить до какого-то отчаянного внутреннего состояния, потому что стоишь перед тупиком, перед стенкой. У тебя есть вопросы, но ты не можешь на них найти ответы.

Протоиерей Андрей Лемешонок: Чаще всего вопросы связаны с внутренним состоянием. Меняется состояние — меняются вопросы. В спокойном состоянии один вопрос: как сохранить мир? В неспокойном: что делать, куда бежать? Но ты же Богу задаешь вопрос — значит, ответ на него существует. Старец Паисий говорил, что есть лекарство от рака, но его никто не знает, а оно рядом. В принципе, уже все есть, Бог уже все сказал. Ничего нового мы уже не скажем. В Евангелии есть ответы на все вопросы. Но как их принять, как услышать и применить к своей жизни? Я знаю какие-то ответы, но я не готов к ним. Здесь может или враг мешать, или действительно человек может надорваться, и поэтому он себя ограничивает. Я думаю, что на сегодняшний день все, что мне нужно, я знаю. Но вся проблема в том, реализую я это в своей жизни или нет. Это уже зависит от моего доверия к Богу и от того, насколько я себя не буду жалеть. Ты ведь уже все знаешь. Надо любить сестер и не верить себе, когда что-то тебе мешает их любить. Нужно отвергнуться себя, а ты доверяешь греху больше.

Монахиня Иоанна: Я про это тоже хотела сказать. У меня такое впечатление, что не Христос посреди нас в лично моем случае, а мой грех, который очень сильно мешает и искажает все, что я вокруг себя вижу. Наверное, очень мало в жизни было случаев, когда я видела правду вокруг себя, как она есть на самом деле, без искажения собственным грехом. Большую часть, скорее всего, я вижу через призму своего самолюбия. Очень тяжело отвергнуть это видение.

Протоиерей Андрей Лемешонок: С этим надо бороться. Я могу поделиться тем, что я проживаю. Иногда мне кажется, что все, конец, вокруг сплошное безобразие. Но я точно знаю, что это не Божие состояние. Надо успокоиться, прийти в себя. Если что-то менять, то это нужно делать в спокойном духе, в мирном состоянии, обдуманно, осмысленно, а не эмоционально, когда уже конец и дальше некуда. Поэтому надо сразу себе задавать вопрос: «В каком я сейчас состоянии? Во мне сейчас Дух Божий или во мне действует какая-то обида, осуждение, неприятие чего-то?» В таком состоянии нужно подождать с решением каких-то вопросов, нужно прийти в нормальное состояние. Может быть, тогда уже и вопросов не будет. Ты увидишь, что Господь действует.

Монахиня Иоанна: Мне крайне тяжело побороться за любовь, если я сталкиваюсь с человеком достаточно редко и всегда с какой-то одной стороны, то есть солнышко вроде светит, но в тот момент, когда я прихожу, оно обычно не светит. Один и тот же человек в разных ситуациях может быть разным. Часто видятся не все проявления личности, ты не знаешь, каким человек может быть в других ситуациях, с другими людьми. Наверное, иногда это промысл Божий, который испытывает: годами можно сталкиваться с одним и тем же человеком, и он всегда будет с тобой одинаково никакой.

Протоиерей Андрей Лемешонок: Дело не в человеке, а во мне.

Монахиня Иоанна: Я понимаю, что дело во мне. Но когда ты не видишь годами улыбки на лице человека…

Протоиерей Андрей Лемешонок: Может, ты не видишь, а она есть?

Монахиня Иоанна: Может быть. Я вижу, что у человека грустный вид, что он такой замкнутый. Я должна думать, что мне кажется. Я хотела бы попросить молитв, потому что это моя личная проблема, и я не хочу ни на кого ее переваливать. Я чувствую, что моих силенок в данном случае маловато, как бы я их годами ни напрягала, может, мало напрягала и, может, мало трудилась над этим. Надоело уже это видение. Я понимаю, что наконец-то нужно увидеть все красиво. В последнее время я читаю отца Софрония. Много лет я не могла открыть его книги, но милостью Божией снова стала читать и воспринимать то, что он пишет. Я поняла, что если человек каждый день изо всех сил будет стараться до последней капли, то только в этом случае он смирится. Очень хочется смириться, потому что между мной и ближним стоит гордыня. Если не будешь жить на возможном для себя напряжении, то не достигнешь главного. Просто хотела поделиться той мыслью, которая для меня сейчас главная.

Протоиерей Андрей Лемешонок: У каждого свое напряжение, мы не можем судить. Для одного одно слово — это напряжение, а для другого это много слов. Для одного это будет вздох, для другого — непрестанная молитва. Все это индивидуально, нельзя все превращать в какой-то конвейер. Бог занимается с каждым из нас индивидуально, и Он очень деликатно с каждым человеком обходится, не унижает человека, не насилует, а ведет смиренно, ждет, пока человек будет готов.

Монахиня Иоанна: Отец Софроний — великий человек, великий молитвенник, великий аскет. Между нами, конечно, пропасть. Но его книга все равно близка, потому что в ней старец нигде не ставит конкретных показателей.

Протоиерей Андрей Лемешонок: В этом и есть свобода, что человек не настаивает, не учит, а просто делится своим опытом жизни в Боге. Это очень красиво и вдохновительно. Если у нас здесь будет школа, то детей надо учить с любовью. Потому что, к сожалению, бывает так, что после воскресной школы многие дети в храмы не возвращаются. Бог приводит их лет через десять, через различные скорби, потому что в обучении был неправильный подход. Почему дети в семьях не слушают своих родителей? Потому что дети не видят в родителях друзей. Господь говорит: вы Мои друзья. Это надо понимать. Именно доверие и красота Божия, Его безграничная любовь к человеку должны произвести какое-то действие. Самое черствое сердце должно откликнуться. И тогда действительно начинается созидание, тогда человек начинает доверять Богу. Тогда человек начинает видеть, что Бог заботится о нем. Но это не происходит автоматически. Поэтому хотелось бы всем помочь, но кто-то сегодня не готов эту помощь принимать. Это не потому, что Бог бессилен помочь, просто человек должен быть к этому готов.

гр. Мир православия

[358x44]