Если человек будет обращаться к Богу с заведомо ложной лицемерной молитвой, то есть, если у него на уме и языке будет одно, а в сердце другое, - это не молитва, а оскорбление Всеведения Любви Божией. Человек может приближаться к Богу и предстоять Ему только искренностью чистой совести.
Двоедушное лицемерие в молитвословии, часто нами не замечаемое, - есть дыхание отца лжи, поэтому она не доходит до Бога, не бывает Им услышана и есть не благоухание жизни и духовной радости, а дыхание смерти, поэтому она не действует и в человеке животворно, не преобразует его из ветхого человека греха и не облекает в нового по Христу.
Но ведь мы, кажется, и не хотим быть неискренними, но… и ничего не делаем для искренности пред Богом. Мы проросли ложью во всех проявлениях нашей жизни и во всякое время. Всегдашняя наша забота только о том, чтобы казаться приличными пред людьми, а о том, что на сердце наше всегда зрит Всевидящее Око Божие, забываем и забыли.
Лукавая неискренность пред людьми, вошедшая в ежедневный навык, делает попытку… предстать и Богу в молитве недостойной и ложной. А если молитвенный свет в тебе есть тьма, то какова же тьма греховная?!
Но самая ужасная и зловредная для нас ложь – это самооправдание в грехе. Мы часто говорим: нас раздражают, нас обижают и уничтожают, к нам несправедлво относятся, нас соблазняют и так далее…, то есть в нашем грехе виноват кто-то другой, а я… всегда прав… и безгрешен… Где же наша кротость, смирение и ревность, и чистота?
Вот в том-то и дело, что диавол не считает себя виноватым, а обвиняет Бога в несправедлвости /история Иова/ и враждует на Него.
Но как же нам приходить к истинной искренности? Постепенно, но неуклонно в постоянстве.
Наша искренность при всех наших усилиях будет всегда относительной, то есть не всегда чистой. Но очень глубокой из-за заражённости нашего естества гордостью, тщеславием и прочими грехами. Но от этого не надо отчаиваться, а следует смиряться, ибо нам предлежит путь бесконечного совершенствования: «Будьте совершенны, ибо Отец ваш совершен есть».
Постоянное покаянное очищение совести и смирение ставит нас на этот путь. Вот эта смиренная искренность и будет твёрдым основанием нашей молитвы, в которой мы принесём Богу нашу любовь в славословии и благодарении, а также присоединим и наши прошения, хотя Он и знает их прежде нашего обращения. Но мы не можем не обращаться к Нему, как к Источнику Жизни и всяких благ.
Об искренности в молитве
Молитва должна быть не только сознательной, но и искренней. Если мы обращаемся с просьбой к человеку с лукавой неискренностью /или просто с обманом, или с явным намерением «уговорить»/, мы этим его обижаем и можем не получить просимого. Тем более, оскорбляем неискренностью Бога Всеведущего и Всеблагого.
Неискренность укореняется в человеке, если он лукаво обращается с людьми. Если он в обращении с людьми всегда в уме прикидывает /подсознательно свои выгоды и скрытые корыстные желания/, высказывая ближнему своему лицемерную и фальшивую любовь, старается использовать ближнего в своих корыстных интересах, почти всегда греховных.
Ото всех этих лукавых и коварных действий к ближним сердце приобретает своё качество, и при обращении к Богу с молитвой это качество сердца повторяется. Какая же это будет молитва? Её не будет совсем. Как может предстать пред Богом лукавое и превозносящееся сердце? Если превозносящийся и будет мнить, что он молитву творит, - это будет прелестная /обманчивая/ лжемолитва, фарисейская.
Тогда только будет настоящая молитва, когда гордый человек смирится в прах перед Богом и ближними, когда, увидя своё окаянное лукавство с прочими беззакониями, он пожелает очиститься и из праха и пепла своего ничтожества болезненно со слезами воззовёт к Богу: «Очисти меня… пощади /помилуй/ меня!»
Надо глубоко понять, в какого ханжу превращает враг беспечного человека и как человек должен смириться, чтобы стать на истинный путь Господень.
Протоиерей Пётр Серёгин.
Пюхтица
|
 |
 |
|
|
|
|
|
|
|
