Ю. Н. Либединский:

"У него было много друзей-писателей, его любили.. В нем была та притягательность, которую мы определяем словом "обаяние", с него не хотелось сводить глаз. Сохранившиеся портреты в общем передают прелесть его лица- его улыбку, то шаловливо- добродушную, то задумчивую, то озорную. Но ни один из его портретов не передает того особенного выражения душевной усталости. понурости, которое порой, словно тень, выступало на его лице. Только сейчас понимаю я, что выражение это было следствием того творческого напряжения, которое не покидало его всю жизнь.
"Он пишет. Он не пишет. Он не может писать. Отстаньте! Что вы называете писать? Мазать чернилами по бумаге?.. Почем вы знаете, пишу я или нет? Я и сам это не всегда знаю". Эта дневниковая запись А. Блока исчерпывающе применима к Есенину...
Вид у него был всегда такой, словно он бездельничает, и только по косвенным признакам могли мы судить о том, с какой серьезностью, если не сказать- с благоговением, относится он к своему непрерывающемуся, тихому и благородному труду"

Какая ночь! Я не могу. Не спится мне. Такая лунность. Еще как будто берегу В душе утраченную юность. Подруга охладевших лет, Не называй игру любовью, Пусть лучше этот лунный свет Ко мне струится к изголовью. Пусть искаженные черты Он обрисовывает смело, - Ведь разлюбить не сможешь ты, Как полюбить ты не сумела. Любить лишь можно только раз, Вот оттого ты мне чужая, Что липы тщетно манят нас, В сугробы ноги погружая. Ведь знаю я и знаешь ты, Что в этот отсвет лунный, синий На этих липах не цветы - На этих липах снег да иней. Что отлюбили мы давно, Ты не меня, а я - другую, И нам обоим все равно Играть в любовь недорогую. Но все ж ласкай и обнимай В лукавой страсти поцелуя, Пусть сердцу вечно снится май И та, что навсегда люблю я.

Песня "Грубым дается радость..." на стихи Сергея Есенина в исполнении Заслуженного артиста России Игоря Карташева. Russian Romance. Igor Kartashev.

Песня "Грубым дается радость..." на стихи Сергея Есенина в исполнении Заслуженного артиста России Игоря Карташева. Russian Romance. Igor Kartashev.

Грубым дается радость,
Нежным дается печаль.
Мне ничего не надо,
Мне никого не жаль.

Жаль мне себя немного,
Жалко бездомных собак,
Эта прямая дорога
Меня привела в кабак.

Что ж вы ругаетесь, дьяволы?
Иль я не сын страны?
Каждый из нас закладывал
За рюмку свои штаны.

Мутно гляжу на окна,
В сердце тоска и зной.
Катится, в солнце измокнув,
Улица передо мной.

На улице мальчик сопливый.
Воздух поджарен и сух.
Мальчик такой счастливый
И ковыряет в носу.

Ковыряй, ковыряй, мой милый,
Суй туда палец весь,
Только вот с эфтой силой
В душу свою не лезь.

Я уж готов... Я робкий...
Глянь на бутылок рать!
Я собираю пробки -
Душу мою затыкать.

До свидания, друг мой, до свидания!
Мне так страшно жить среди людей.
Каждый шаг мой стерегут страданья,
В этой жизни счастья нет нигде.

До свидания! Догорают свечи.
Мне так страшно уходить во тьму.
ждать всю жизнь и не дождаться встречи
и остаться ночью одному.

До свидания без рук, без слова,
это будет нежнее, прочней.
В этой жизни умирать не ново,
да и жить, понятно, не новей.


До свиданья, друг мой, до свиданья.
Милый мой, ты у меня в груди.
Предназначенное расставанье
Обещает встречу впереди.

До свиданья, друг мой, без руки, без слова,
Не грусти и не печаль бровей,-
В этой жизни умирать не ново,
Но и жить, конечно, не новей.

Грубым даётся радость - Сергей Есенин (читает Сергей Безруков)