Джон Чарльз Dollman: Dollman John Charles The Tempation Of Saint Anthony

Искуситель знает, что нужно каждому, который в святые подался. Св.Антонию, бывшему богачу, Сатана бросает под ноги слиток серебра, чтобы напомнить о покинутых богатствах. Изголодавшемуся св.Илариону он подставляет вкусные кушанья и женщин. Св.Пелагею, бывшую актрису и куртизанку, дразнит драгоценностями: перстнями и ожерельями. Режиссёр он великолепный. Смотри его супер - спектакли роскоши, смеха, сладострастия. Если попался неподдающийся, уж очень упорно рвется к святости, Искуситель ужастики показывает. К ак например, Св.Илариона пугал волчьим воем, визгом лисиц; звери скакали и прыгали вокруг него, их сменяли сражающиеся гладиаторы, либо умирающие, которые, корчась у ног святого, молили его о погребении. Однажды ночью его оглушили плач детей, блеяние стад, мычание быков, рыкание львов, вопль женщин, - великий шум, как бы от военного лагеря. Едва он крестом прогнал это чудо, как вот, новое: летит на него, при лунном сиянии, военная колесница, запряженная бешеными конями. Но Иларион не лыком шит. Знает, что делать: произносит имя Христово. ШОУ бесовского как ни бывало. Это вроде того, как мы «зомбоящик» кнопкой выключаем. Самыми тяжкими видами искушения были сексуальные - влечение любви. Вот гкогда во всю силу хотелось бежать из самой благоустроенной пещеры. Стремление в мир набирало обороты, как динамо-машина. И думалось тогда:» Да что это такое! Я святым намерен стать, а тут такие издевательства, то волки воют, то шакалы грызут, то вышедшие из Преисподней гладиаторы вопят, как зомби из Вуду. И вопросы лезут в голову: кто проклял плоть, покрыл позором любовь? Зачем? А вот у эллинов акт любви, олицетворён самыми яркими и красивыми божествами Олимпа. Ну почему христианство любовь земную объявило зловредною гнусностью. Угасни, бог любви, жизни и света! Надень человек капюшон монаха. Девы, будьте монахинями. Жены, станьте холодными сестрами...

А Искуситель знает брак Создателя Всевышнего. Не сам ли он подсунул Адаму- первочеловеку сначала Лилит, а потом Еву. Сделал бы его гермафродитом самоопыляющимся, чтобы всё в одном флаконе: и пестик, и тычинка. Природу насилуют, церковь отталкивает женщину , как сатанинскую змею, как воплощение вечной гибели мужчины. Фанатичный безумец Пьетро Дамиани обрушивается на женщину : "C'est а vous, que je adresse, ecume de paradis, amorce de Satan, poison des ames, glaive des coeurs, huppes, bijoux, chouettes, louves, sangsues insatiables... "(К вам я обращаюсь, отверженные рая, соблазн Сатаны, яд душ, меч сердец, долгогривые, прелестницы, совы, волчицы, ненасытные пиявки. - фр.). Теологи объявили, что надо подальше держаться от женщины, так как земля достаточно населена и все равно скоро погибнет, а Петр Ломбартский громче любого шакала вопит: брак есть грех! Тут даже и в церкви венчаться бесполезно, всё равно грех несмываемый и позор на веки вечные.

У святых отцов единственным ответом на кризис веры неизменно был denial: "Изыди, сотона!"

Всё это знает Искуситель. Видит он недавнего мирянина насквозь. С целью плотского искушения сам принимал вид заблудившейся красавицы, либо грешницы, ищущей покаянья, либо благочестивою девицею, жаждущею тоже приобщиться к аскетическим подвигам. По человеколюбию или слишком твердой уверенности в своей добродетели. И принимал её пустынник в тесной своей келейке и погрязал в грехопадении. А если «гальюники» вдруг исчезали, то можно догадаться, в какой смешной и непристойной позе оставлял Искуситель святошу. А чаще Искуситель довольствовался тем, что будил и раздражал желания, не находящие удовлетворения. Ну, вы понимаете… Ох, и мучил он сладострастными снами и ночными галлюцинациями. Р азвращал ум воспоминанием о развратном видении. Словом, от страстных помыслов нельзя было уйти даже в пустыне. А ведь Церковь запрещает малейшие проявления страсти. Страсть от демона. Вспоминается бедная Эсмеральда, и страсть фанатичного монаха из романа Гюго. За его страсть весёлой красавице-танцовщмце пришлось расплатиться собственной жизнью. Жизнерадостность и красота, оказывается, тоже были плодом деятельности Дьявола. Смех - бесоугоден, слёзы - богоугодны. Хорошие монахи никогда не смеялись, но часто плакали. Ибо человек пришел в мир терпеть наказание, а не радоваться. Вот так-то.

"The Temptation of Saint Hilarion", by Dominique-Louis-Fеrеa Papety (1843 - 1844, French)

Теперь церкви оставалось добить последнего врага рода человеческого.- Разум. Но что же еей делать, если не было в средние века ни одного образованного человека, который не являлся бы волшебником. За это и сжигали на кострах. То Земля у них круглая, то она, видите ли, вертится около Солнца, как девица лёгкого поведения. Ей бы на огромных слонах стоять., как святой тарелке. Победившее христианство хотело и надеялось совсем добить врага. И налагается запрет на вдохновение.

Ну а коль Разум побежден, то и Искуситель тут как тут.

Пятьдесят лет прожил Эрой в пустынном монастыре, истязал плоть свою так сурово, что не ослаблял поста даже на Пасху. Однажды к нему явился Искуситель пошутить в образе ангела и приказал броситься вниз головою в колодезь, что Эрой немедленно и исполнил, рассчитывая, что останется невредим, и чудо это явит перед всеми великую его святость. Но вместо того он страшно разбился, монахи едва могли его вытащить, и спустя три дня душа из него вон. А уж кому она досталась, неведомо.

Искушение Святого Антония. Поль Деларош.

 

 

О, женщина – исчадие Ада
Кто воссоздал тебя, кто твой первоотец?
Деянием Сатаны ты послана в усладу ль
Иль рук божественных деяния венец?
То свежий ландыш, то дурман сирени
Окутывает шлейфом тонкий стан
А с глубиною глаз в апреле
Не может спорить океан
Твоим чарующим ладоням
Готов отдаться старец и юнец
Кто ж тайну мне сию откроет
Кто твой родитель, кто первоотец?
То ты чарующе наивна,
То вдруг в тебя вселился бес,
Ты вмиг раскованна бесстыдна
Как дива из страны чудес
И обещают, томны взоры
Минуты упоительной мечты
Тобой влеком – не нужно уговоров
Ты демон жгучей красоты
По силе чувств неповторима
В любви не знаешь ты границ
И верность – кокон, паутина
Оберегает деву из девиц
Так преданна в тяжёлые минуты
В беде подставишь хрупкое плечо
Сильна ты духом почему-то
И в высший разум веришь горячо
Так кто же ты небесное создание
Ты на алтарь любви бросаешь плоть свою
То демон страсти, то богиня покаяния
У ног твоих тебе сонет пою. (автор стихотворения: Химера)

 

Старик в кресле. Рембрант.

Хуже того в воспитательную систему Искусителя входит внушение немощным стрикам и умирающим, что грехи их превышают меру небесного долготерпения, что раскаиваться поздно и не стоит - все равно Бог не простит, потому что простить нельзя. Будя в памяти умирающего все совершенные грехи, Искуситель легко доводит умирающего до отчаяния и в таком состоянии, равносильном вечному осуждению, уходит человек в вечность.