​​«Пробегая мимо храма Рождества Богородицы у нас на Крылатских холмах, обнаружил, что он забит битком, идет служба, видимо, сегодня какой-то праздник.

Сложно даже протолкнуться возле паперти, идут десятки семей с детьми, с баклажками воды из источника, бабушки торгуют на обочине, стоят зеваки, обычная суббота Великого Поста. И потом, помолившись и приложившись к иконам, эти люди пойдут обратно в наш район - в супермаркеты, аптеки, к банкоматам, в общие с нами лифты. Им хорошо, их от вируса, конечно, вера спасет, а что делать мне, неверующему?

Церковь превращается в источник повышенной эпидемиологической опасности в самой сердцевине городской жизни, и если она хотя бы формально отделена от государства, то ее никак невозможно отделить от общества. В обычные дни меня это никак не напрягает -ну проходят мимо непохожие люди, кто в хиджабе, кто в платочке, кто в рясе, кто в кипе с пейсами, у всех свои загоны, я вот тоже в беговых лосинах или велосипедных трусах может кого-то смущаю, однако никто не возражает -но в такие дни начинаешь думать: если люди верят в бога и не верят в вирус, может, им как-то отдельно устроиться?

Есть же закрытые общины, как, например, эмиши, или целые штаты, как мормоны в Юте. И там пусть отправляют свои ритуалы, не вторгаясь в жизнь секулярного общества на пороге эпидемии.

PS. Оказывается, сегодня Великая родительская суббота. Какая горькая ирония. То есть люди поминают своих усопших предков - но тем самым идут на риск появления новых усопших, заражения своих собственных престарелых родителей. Чтобы в следующем году в этот день их помянуть. Круг замкнулся»
Сергей Медведев