Я великій охотникъ. Этотъ лѣсъ я знаю такъ, какъ не знаю даже свои пять пальцевъ на правой рукѣи столько-же на лѣвой. Мой отецъ охотился въ этомъ лѣсу такъ-же, какъ и мой дѣдъ и прадѣдъ. Лѣсъ — это моя жизнь, моё царство, и всѣsвѣри, птицы, грибы и ягоды платятъ мнѣдань.

Прослышавъ о моей славѣ, ко мнѣстали приходить невеликіе охотники, и я обучалъ ихъ. Такъ возникла наша Гильдія. Въ деревнѣмы образовали отдѣльное поселеніе: это наше государство, въ которомъ живут охотники, тамъ есть своя монета, и своё войско охраняетъ его отъ враговъ. Прямо за нашимъ государствомъ начинается лѣсъ.

Охотники говорятъ, что въ лѣсу появилась рѣдкая Дичь. Откуда она пришла къ намъ, осталось загадкой. Видѣли её рѣдко, и при этомъ всякій разъ она убѣгала, такъ что никому ещё не удавалось выслѣдить её и убить. Никто и не зналъ, что это за sвѣрь, да и было-ли это sвѣремъ. Но, не будь я главою Гильдіи,  если не выясню это раньше, чѣмъ слава великаго охотника достанется кому-то ещё.

И вотъ уже я вышелъ на поиски Дичи. Я велю своимъ подданнымъ, и они выдаютъ мнѣеё, посмѣвшую нарушить ихъ священный покой. И я уже крадусь къ ней, я вижу, какъ она съ самымъ невиннымъ видомъ ѣстъ ягоды, ничего не замѣчая вокругъ и ничего не подозрѣвая; я натягиваю тетиву моего вѣрнаго лука и спускаю стрѣлу. И тогда Дичь оборачивается ко мнѣ.

—        Ты хочешь меня убить? — спрашиваетъ Дичь.

—        Да.

—        Ты, навѣрное, великій охотникъ, разъ тебѣудалось выслѣдить меня. Тебѣ послушны sвѣри и птицы, если они изъ страха передъ тобою выдали меня. И я не сопротивляюсь тебѣ.

—        Ты не понимаешь. Ты всего-лишь глупая Дичь и не можешь понять того, что, если я покину этотъ лѣсь, здѣсь всѣпереѣдятъ другъ друга. Даже если это не такъ, я буду объ этомъ думать, въ этомъ я вижу смыслъ, да это и есть смыслъ всей моей жизни. Я знаю: всѣвеликіе охотники сейчасъ убиваютъ драконовъ, добываютъ драконью кровь и дѣлаютъ изъ неё колбасу. Они ѣдятъ её, и имъ открываются сокровенныя тайныя знанія, и этой кровью закаляютъ они мечи свои съ магическими рунами, вкладывая въ нихъ силу дракона. А, когда они устраиваютъ привалъ, они пекутъ въ золѣдраконовы яйца, пьютъ пиво и разсказываютъ другъ другу разныя небылицы. Драконью чешую они приносятъ въ городъ, и люди хвалятъ ихъ и сочиняютъ про нихъ героическія легенды, и жители всей земли радуются имъ, и король посвящаетъ ихъ въ рыцари. А ты всего-лишь Дичь, и я не знаю даже, съѣдобно-ли твоё мясо, но моя стрѣла уже летитъ къ тебѣ.

—        Сейчасъ я поверну голову, и твоя стрѣла войдётъ мнѣвъ одинъ глазъ и выйдетъ черезъ другой. И всѣлюди будутъ хвалить тебя и пѣть тебѣпѣснь, называя тебя самымъ смѣлымъ, ловкимъ и зоркимъ охотникомъ на землѣ. Но знай: я послѣдняя Дичь, и, когда я умру, это почётное званіе останется за тобой до конца твоихъ дней.

Дичь умерла, и моя стрѣла пронзила ей голову. Я содралъ съ нея мѣхъ и, завернувшись въ него, пошёлъ въ монастырь.

У воротъ монастыря стоялъ Аббатъ.

—        Что тебѣнужно, сынъ мой? — спросилъ Аббатъ.

—        Я хочу покаяться, святой отецъ, — отвѣтилъ я. — Я убилъ Дичь, и на мнѣтеперь ея мѣхъ.

—        Великій охотникъ не долженъ каяться. Вѣдь онъ самый ловкій, самый отважный и самый зоркій изъ всѣхъ людей.

И Аббатъ сталъ кланяться и приплясывать передо мною. Видя, какъ онъ приплясываетъ, собрались и другіе монахи и, взявъ другъ друга за руки, стали водить вокругъ насъ хороводъ и пѣть:

Охотникъ великій жилъ,

Изъ дерева и изъ жилъ

Онъ лукъ себѣсмастерилъ,

И въ глазъ онъ стрѣлу пустилъ.

Стрѣла вышла чрезъ другой,

Охотникъ сталъ самъ не свой.

И, когда они пѣли такъ, я стоялъ и смотрѣлъ на нихъ, не въ силахъ двинуться съ мѣста отъ горя. Я обречёнъ. Передо мной кривляется Аббатъ, монахи въ чёрныхъ ризахъ танцуютъ вокругъ меня и поютъ дурацкiя пѣсни, мѣхъ Дичи надетъ на мнѣ, и я не могу покаяться. Моё царство осталось безъ возглавленiя, а я, не дойдя всего двухъ шаговъ до монастыря, не могу становиться христiаниномъ.

2011.