Валерий Семёнович среднего роста, сухощавый и доброжелательный человек. Окончил Суриковский институт, монументальное отделение, пенсионер, ему 70 лет.

[525x700]

Знаю Валерия Семёновича около десяти лет. Познакомились на вернисаже – стенды были рядом. Я и не знал сначала, что он сам замечательный художник, думал, что он выставляет работы сына-студента и его друзей.
Потом я перешёл в другое место вернисажа, но знакомство с семьёй Петровых не прерывалось. Сын Валерия Семёновича постепенно вырос в замечательного мастера, без которого не обходится ни одна мало-мальски значимая художественная выставка. Его жена тоже известный художник.
Но самое главное это духовная направленность творчества членов этой семьи. Их работы, да ещё в окружении работ единомышленников, сразу выделяются на любой выставке. Тема большинства работ – православная Россия, пейзаж.
С основателем династии художников Петровых мы и побеседовали как раз в день проведения акции художников вернисажа на Крымской набережной в субботу 16 июня 2012 года, когда участники вернисажа решили не выставлять работы.
Встретились мы у камеры хранения. Я пришёл с термосом за кипятком, а Валерий Семёнович привёз работы назад в камеру хранения.
Спрашиваю его, - Вы отвозите работы. День только начинается. С чем это связано?
- Как бы солидарность. Каким-то образом нужно привлечь внимание общественности к проблемам вернисажа.
- А вы поддерживаете эту акцию?
- Говоря откровенно – нет. Если бы знал, то просто не приехал бы. Большинство так решило. Узнал только сегодня на вернисаже об акции.
- Акция вызвана тем, что дирекция Музеона предлагает ввести цензуру. Вместо вернисажа будут галереи. Как Вы к этому относитесь?
- Отрицательно. Дело в том, что свобода творчества – это свобода творчества. Но есть политическая установка, допустим государственная. Мы же православное государство и художники отображают окружающий мир, созданный Всевышним.
А сейчас всё поставлено на рыночную систему, чтобы заработать любым способом. Время доказало, что все эти измы, все извращённые приёмы никому не нужны. И на нашем даже вернисаже это подтверждается. Отдельные люди, верхушка, чтобы оболванить граждан государства, придумывают свободы. А зачем свобода? Ведь государство должно стоять на защите нравственности, на защите государственности. Потому что человек может изображать свой внутренний мир, который идёт вразрез с окружающим миром. Вот в театре, чтобы привлечь зрителей в 90-е годы раздевались до гола.
- Матом стали ругаться. А люди перестали ходить.
- Да. В театр идут за нравственностью, идут воспитывать вкус, сознание.
- Ещё вопрос Валерий Семёнович. Рядом с Вами, профессионалом с высшим образованием, может стоять любитель и выставлять свои работы. Как Вы к этому относитесь?
- Отношусь как на рынке. Ведь на рынке можно выставить и рваные трусы и хорошие трусы. Рынок есть рынок. Если покупают рваные трусы, то пусть покупают.
- А не коробит Вас? Ведь бывает ни в какие ворота, а работу покупают.
- Коробит. Думаешь – что же вы покупаете, где будете вешать? В туалете? Это, знаете, пропаганда. У нас официально свобода. А свобода понятие растяжимое.
- Какие бы Вы предприняли шаги, чтобы всё обустроить на вернисаже? В понедельник будет встреча с новым директором Музеона госпожой Тюняевой. Что бы вы ей сказали при встрече?
- Первое. Во всём мире никакая мзда не берётся, если художник выставился на вернисаже. Убрать мзду.
- Что, вообще без денег? Так не бывает. Охрана, администрация, территория.
- Муниципальная власть должна об этом позаботиться. Это началось с Франции и вернисаж – это украшение города.
- Второй вопрос. Здесь же не только художники стоят, половина продавцов стоит. Это допустимо для вернисажа?
- Это недопустимо.
- А если у художника нет времени, он заболел и попросил товарища постоять. Такие ситуации могут быть?
- Для этого есть частные картинные галереи, куда можно сдать работу на продажу.
- Валерий Семёнович, а если Ваша супруга придёт торговать? Она же не художник.
- Она моя жена. У нас одна касса. Пенсия, которую мне подарило правительство, а у меня трудовая книжка с 1957 года, пять тысяч рублей. Это вопрос к правительству, к государству – почему такие маленькие пенсии?
- А как вы пришли на вернисаж? Ведь Вы профессионал. Ваша последняя работа – «Портрет внука» – просто замечательная работа. Могли бы и преподавать и заказами заниматься. Тем более, что фамилия известная, сын известный художник.
- Я преподавал в Ульяновске. В 1996 году организовал художественное училище. Преподавал шесть лет, но это такая мизерная зарплата, да ещё по полгода не платили. Ну разве можно прожить на девять тысяч, работая даже на двух ставках?
Изматываешься, перестаёшь писать. Это же ученики и с ними нельзя спустя рукава заниматься. Всё отдавать надо. Там нужно дать результат. Я выпустил четыре выпуска со знаниями. А если спустя рукава преподавать, то они выйдут обыкновенными людьми, только с корочками.
- А вернисаж даёт средства к существованию?
- Да, конечно. Если бы не давал, то я бы сюда не ходил.
- В какой-то мере вернисаж заставляет работать?
- Да. Для художника очень важна атмосфера художническая. Поэтому я вижу где плохо, где хорошо, какое направление, что требует зритель. Я помню после окончания института в 1974 году первый секретарь обкома пришёл в Союз художников в Ульяновске и сказал нам такие слова, - Ребята. Делайте выставки в колхозах, совхозах. Подтяните доярок до своего уровня. Вот это я понимаю была власть, которая была для народа. А сейчас я должен опуститься до уровня доярки, которой уже нет.
- Валерий Семёнович, Вы не опускаетесь. У Вас выставочные работы, которые можно принести на любую выставку. Я с Вами здесь и познакомился, с сыном вашим и его друзьями. Это суриковцы и они тоже приносили работы и это им помогало.
- Конечно. Вернисаж выполняет большую функцию по поддержанию художника, поскольку государство махнуло рукой на культуру. Нет никаких закупок, ничего не делается абсолютно. Мы все брошены на самоопределение. Кто как выживет.
- Каким вы видите будущее вернисажа? Не закроют его?
- Начиная с 19 века во Франции организовался Монмартр и это было первая возможность существовать независимым художникам. Одно дело заказ, но его нужно ещё получить. Я считаю, что данное место в Москве на Крымской набережной, являющееся самым крупным вернисажем в мире, это хорошее место и нужно городским властям со вниманием отнестись к просьбам художников. Чтобы в дождь были крыши, навесы, чтобы зимой снег убирался. А то мы предоставлены сами себе, сами снег убираем, сами плёнку натягиваем, а потом снимаем. Это всё на выживание. А теперь какая-то структура коммерческая что-то тут решила сделать.
- Они кафе построили в Музеоне. Назвали его школа. Конкурс был проектов, а в комиссию конкурсную включили ресторатора. А назвали школа, чтобы народ не бередить.
- Вот сейчас бучу поднимают – Марш миллионов. Надо конкретно вопрос сформулировать. Нечестные выборы…, нечестные выборы…. Ребята. Всё, поезд ушёл. Вы голосовали? Голосовали. Всё. Конкретные вопросы нужны. Сделать минимальную зарплату по России не четыре тысячи или шесть тысяч, а двадцать. И любой предприниматель обязан такую зарплату платить.
Потом – бесплатное образование, здравоохранение. Конкретно надо говорить. А это всё субсидируется из-за рубежа, раскачивают, раскачивают…
- Мне кажется каждый должен заниматься своим делом. Мы художники и честно говоря ничего больше и делать не умеем. Сарай сколотим, забор поставим, но мы ложимся и встаём с мыслями о своей художнической работе.

После этого разговора Валерий Семёнович уехал на всё лето. Поэтому прочесть и дать разрешение на публикацию смог только в сентябре.



16.06.2012 – 15.09.2012 Михаил Матвеев