Летучий Испанец
05-02-2013 04:55
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
Морской фольклор, кроме мрачного Летучего Голландца, знает и более светлый образ. Летучий Испанец — признак шхуны «Ла Барка» — не раз спасал моряков от неминуемой гибели.
Издревле морские легенды окрашены в тона мрачные и зловещие. В них не встретите добрых фей, мудрых волшебников и забавных гномов. Призрачные персонажи матросских легенд — существа злобные, встреча с ними грозит неминуемой бедой и гибелью. Достаточно вспомнить легенды о Летучем Голландце, корабле-призраке, приносящем гибель всем повстречавшимся с ним судам. И всё-таки есть из этого правила исключение — Летучий Испанец...
[показать]
Весной 1901 года французский пароход «Фелициа» следовал из Бреста в Сантьяго-де-Куба. Плавание было тяжёлым. Капитан «Фелиции» Эмиль Бреда был очень молод, ему было всего 23 года, и это было его первое самостоятельное командование. Старший помощник Жан Пелисье и штурман Марк Банвиль были более опытными моряками, но и у них не было опыта плавания в центрально-американских водах.
При входе в пролив Кайкос между островами Кайкос и островом Маягуана Багамского архипелага «Фелициа» попала в полосу тумана и едва не столкнулась со встречным пароходом. Именно потому в этот предрассветный час на палубе находилось довольно много людей. Помимо рулевого, вперёдсмотрящего и старшего помощника, несущих вахту, присутствовали сами капитан, штурман и ещё четверо матросов.
Неожиданно справа по курсу из пелены тумана как призрак возник силуэт небольшого двухмачтового парусника. Суда разошлись встречными параллельными курсами в опасной близости друг от друга, едва не коснувшись бортами и чудом избежав столкновения. На палубе парусника не было видно ни одного человека, не горел ни один бортовой огонь.
— Идиоты! Где ваши огни?! — только и успел прореветь в рупор вслед скрывающемуся в тумане странному кораблю капитан Бреда.
Не прошло и шести минут, как из тумана вновь показался парусник, идущий тем же курсом, что и первый.
— У них гонка, что ли?! — воскликнул кто-то из моряков.
Но через мгновение всем стало ясно, что эта та же самая шхуна, что проплыла мимо них несколько минут назад. На этот раз рулевой «Фелиции» изменил курс, и корабли разошлись на более безопасном расстоянии. Рулевой начал было ворочаться на прежний курс, как раздался предостерегающий крик вперёдсмотрящего. В просветах тумана стали видны пенистые буруны у небольшой рифовой гряды, не отмеченной на картах. Если бы появление загадочного парусника не заставило изменить курс, пароход неминуемо налетел бы на рифы.
Потом, обсуждая аварийную ситуацию, моряки вспомнили: всех поразило несоответствие силы ветра и скорости движения шхуны. На море фактически был штиль, а загадочная шхуна двигалась со скоростью 7—8 узлов. Удивляла и полная бесшумность движения парусника. Когда шхуна проходила буквально в полутора метрах от борта «Фелиции», на ней не было слышно ни скрипа снастей, ни журчания воды под штевнем. Один из матросов сказал: «Шхуна пролетела мимо, будто отделённая от нас толстым аквариумным стеклом». Этот же матрос утверждал, что успел прочитать на борту парусника испанское название — «Ла-Барка».
Офицеры «Фелиции» решили не делать в судовом журнале записи о происшествии в проливе Кайкос. Они опасались, что за командой установится репутация сумасшедших галлюцинантов.
В 1925 году уже после первой мировой войны, когда Жан Пелисье командовал большим сухогрузом, судьба занесла его в Гавану. В баре местного отеля он разговорился со старым портовым чиновником, который в молодости много плавал на кубинских рыболовецких судах и считался большим знатоком местных морских преданий. Когда капитан Пелисье упомянул призрачную шхуну «Ла-Барка», старик заявил: судно с таким названием действительно существовало и принадлежало оно знаменитому пирату Пепе Мальоркийцу. Он жил будто бы то ли в конце, то ли в начале XVII века; был истинно благородным испанским кабальеро, сыном чуть ли не вице-короля одной из испанских колоний и прослыл чем-то вроде морского Робин Гуда. Грабил только богатых, помогал бедным, защищал обиженных, освобождал негров-рабов. И когда он героически погиб в неравном бою с англичанами у острова Пинос, призрак его корабля стал появляться то тут, то там в кубинских водах. Встречали призрак «Ла-Барки» и среди островов Багамского архипелага.
Хотя Пелисье воспринял эту легенду как местный вариант легенды о Летучем голландце, он изложил её, рассказывая о случае в проливе Кайкос, в своих мемуарах, вышедших во Франции в 1934 году. Мемуары капитана Пелисье широкой популярностью не пользовались; они наполовину были посвящены проблемам и тонкостям навигации в Атлантике, а это могло заинтересовать только специалистов. Но как-то раз книга попала в руки мексиканского писателя-мариниста Эскобара Монкайо, большого знатока истории пиратства в Карибском море.
Его заинтересовало предание о Пепе Мальоркийце, и он провёл настоящее расследование в кубинских и британских архивах. Выяснилось, что такой пират действительно существовал и ему действительно принадлежала шхуна «Ла-Барка», погибшая в бою с англичанами. Только произошло это не в XVII, а в начале XIX века.
Шхуна «Ла-Барка» появилась в кубинских водах в 1822 году. Её капитан Пепе Мальоркиец, судя по прозвищу, уроженец острова Мальорка, вскоре стал одним из наиболее известных пиратов в этом районе. Свою базу он основал на Пиносе, довольно большом острове у южного побережья Кубы, покрытом заболоченными джунглями и пересечённом несколькими реками. На шхуне Мальоркийца была небольшая пушка, а команда состояла из полусотни головорезов, поднаторевших в морском разбое. Вместе с гаванцем Андресом Гонсалесом, «звездой местного масштаба» на пиратском небосклоне, Мальоркиец начинает бандитствовать на морских путях у южных берегов Кубы. В течение короткого времени пираты буквально парализовали все местные каботажные перевозки, а в дальнейшем их основной добычей стали суда английских работорговцев.
Ущерб, наносимый пиратами торговле «живым шоколадом», был столь значителен, что уже в 1822 году богатые английские судовладельцы — работорговцы Дрейк и Митчелл за свой счёт организовали против пиратов карательную экспедицию.
Первая экспедиция закончилась полной неудачей. Карателям так и не удалось выявить ни одной из стоянок Мальоркийца на острове Пинос. Вскоре состоялась вторая экспедиция с привлечением значительного числа добровольцев из английского военного флота и морской пехоты. Англичанам удалось обнаружить стоянку пиратов в устье реки Хукаро на Пиносе, но бой окончился для них позорным поражением. Они потеряли одно из своих судов, 30 человек убитыми и утонувшими и до полусотни ранеными. Мальоркиец же, пользуясь отличным знанием местных фарватеров, ускользнул.
Разозлённые потерями англичане взялись за пиратов всерьёз. Если поначалу участие в операции против Мальоркийца английские военные рассматривали как увеселительную прогулку, оплаченную работорговцами, то после гибели морских пехотинцев уничтожение пиносских пиратов стало для них делом чести.
Англичанам удалось завербовать одного рыбака с Пиноса. При его помощи отряд разведчиков обнаружил основную базу Мальоркийца на реке Маль-Паис — притоке реки Санта-Фе. Теперь они знали о пиратах всё; расположение берегового лагеря, численность, место судовой стоянки, речные фарватеры, по которым Мальоркиец выходил в море.
Бой на Маль-Паис длился несколько часов. Люди Мальоркийца, уверенные в своей неуязвимости после победы на Хукаро, проявили легкомыслие, ставшее для них роковым. Они заметили корабли противника, когда те уже поднялись по Санта-Фе. «Ла-Барка» даже не успела сняться с якоря, зажатая английскими шхунами она была расстреляна в упор. От полученных повреждений судно Мальоркийца осело на грунт на мелководье.
Мальоркиец и его люди, оставшиеся в живых, сошли на берег. Они попытались скрыться в зарослях острова, которые так часто выручали пиратов, но это им не удалось. Ещё до начала боя англичане высадили на берег вооружённый отряд, отрезавший пиратов от леса. Окружённые десантным отрядом в заболоченных мангровых зарослях, Мальоркиец и его люди были вынуждены принять бой на суше.
Раз за разом пираты кидались в атаку на англичан, и каждый раз Мальоркиец вынужден был отступать. Противники несколько раз сходились врукопашную, по колено, а то и по пояс в болотной грязи, кишевшей ядовитыми змеями. Растеряв в бесплодных атаках всех своих людей, Мальоркиец отстреливался до последнего, пока раскалившийся от непрерывной стрельбы карабин не разорвался у него в руках. Взрывом ему оторвало пальцы на правой руке, выбило глаз и поранило лицо. И всё-таки Мальоркиец вырвался из окружения и, истекая кровью, добрался до хижины красавицы Розы Винагрерас, местной пиносской жительницы, считавшейся его женой. В её хижине он и скончался от потери крови.
Соратнику Мальоркийца Гонсалесу, который не участвовал в последнем бою, удалось спастись. Он долго скрывался в лесных зарослях на юге Пиноса. Позднее он со своей семьёй и потомки Пепе и Розы стали первыми колонистами основанного в этих краях поселения Рейна-Амалия, которое славилось добропорядочностью нравов и набожностью жителей...
Обломки шхуны «Ла-Барка» почти полтора десятилетия виднелись среди мангровых зарослей на северо-западном берегу Маль-Паис. Это место считалось недобрым среди рыбаков, они старательно обходили его стороной на своих лодках. Их страх понятен, люди из команды «Ла-Барки», погибшие в бою, остались лежать в болоте без христианского погребения.
К этому же времени относятся слухи о том, что шхуну Мальоркийца моряки видели около Кубы, Гаити, Багамских островов, южной оконечности Флориды. Особенно часто призрак наблюдали в водах над Большой Багамской банкой. Удивительно, но в отличие от легендарного Летучего голландца призрачная «Ла-Барка» не пугала моряков. Напротив, они считали, что встреча с ней — добрый знак. Существовало поверие, что рыбак, хоть раз в жизни встретивший в море призрак шхуны, может не бояться ни бурь, ни штормов и что он всегда будет с богатым уловом.
ВИТАЛИЙ СМИРНОВ
«Чудеса и приключения» № 11 2000 г.
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote
Морской фольклор, кроме мрачного Летучего Голландца, знает и более светлый образ. Летучий Испанец — признак шхуны «Ла Барка» — не раз спасал моряков от неминуемой гибели.
Издревле морские легенды окрашены в тона мрачные и зловещие. В них не встретите добрых фей, мудрых волшебников и забавных гномов. Призрачные персонажи матросских легенд — существа злобные, встреча с ними грозит неминуемой бедой и гибелью. Достаточно вспомнить легенды о Летучем Голландце, корабле-призраке, приносящем гибель всем повстречавшимся с ним судам. И всё-таки есть из этого правила исключение — Летучий Испанец...
[показать] Весной 1901 года французский пароход «Фелициа» следовал из Бреста в Сантьяго-де-Куба. Плавание было тяжёлым. Капитан «Фелиции» Эмиль Бреда был очень молод, ему было всего 23 года, и это было его первое самостоятельное командование. Старший помощник Жан Пелисье и штурман Марк Банвиль были более опытными моряками, но и у них не было опыта плавания в центрально-американских водах.
При входе в пролив Кайкос между островами Кайкос и островом Маягуана Багамского архипелага «Фелициа» попала в полосу тумана и едва не столкнулась со встречным пароходом. Именно потому в этот предрассветный час на палубе находилось довольно много людей. Помимо рулевого, вперёдсмотрящего и старшего помощника, несущих вахту, присутствовали сами капитан, штурман и ещё четверо матросов.
Неожиданно справа по курсу из пелены тумана как призрак возник силуэт небольшого двухмачтового парусника. Суда разошлись встречными параллельными курсами в опасной близости друг от друга, едва не коснувшись бортами и чудом избежав столкновения. На палубе парусника не было видно ни одного человека, не горел ни один бортовой огонь.
— Идиоты! Где ваши огни?! — только и успел прореветь в рупор вслед скрывающемуся в тумане странному кораблю капитан Бреда.
Не прошло и шести минут, как из тумана вновь показался парусник, идущий тем же курсом, что и первый.
— У них гонка, что ли?! — воскликнул кто-то из моряков.
Но через мгновение всем стало ясно, что эта та же самая шхуна, что проплыла мимо них несколько минут назад. На этот раз рулевой «Фелиции» изменил курс, и корабли разошлись на более безопасном расстоянии. Рулевой начал было ворочаться на прежний курс, как раздался предостерегающий крик вперёдсмотрящего. В просветах тумана стали видны пенистые буруны у небольшой рифовой гряды, не отмеченной на картах. Если бы появление загадочного парусника не заставило изменить курс, пароход неминуемо налетел бы на рифы.
Потом, обсуждая аварийную ситуацию, моряки вспомнили: всех поразило несоответствие силы ветра и скорости движения шхуны. На море фактически был штиль, а загадочная шхуна двигалась со скоростью 7—8 узлов. Удивляла и полная бесшумность движения парусника. Когда шхуна проходила буквально в полутора метрах от борта «Фелиции», на ней не было слышно ни скрипа снастей, ни журчания воды под штевнем. Один из матросов сказал: «Шхуна пролетела мимо, будто отделённая от нас толстым аквариумным стеклом». Этот же матрос утверждал, что успел прочитать на борту парусника испанское название — «Ла-Барка».
Офицеры «Фелиции» решили не делать в судовом журнале записи о происшествии в проливе Кайкос. Они опасались, что за командой установится репутация сумасшедших галлюцинантов.
В 1925 году уже после первой мировой войны, когда Жан Пелисье командовал большим сухогрузом, судьба занесла его в Гавану. В баре местного отеля он разговорился со старым портовым чиновником, который в молодости много плавал на кубинских рыболовецких судах и считался большим знатоком местных морских преданий. Когда капитан Пелисье упомянул призрачную шхуну «Ла-Барка», старик заявил: судно с таким названием действительно существовало и принадлежало оно знаменитому пирату Пепе Мальоркийцу. Он жил будто бы то ли в конце, то ли в начале XVII века; был истинно благородным испанским кабальеро, сыном чуть ли не вице-короля одной из испанских колоний и прослыл чем-то вроде морского Робин Гуда. Грабил только богатых, помогал бедным, защищал обиженных, освобождал негров-рабов. И когда он героически погиб в неравном бою с англичанами у острова Пинос, призрак его корабля стал появляться то тут, то там в кубинских водах. Встречали призрак «Ла-Барки» и среди островов Багамского архипелага.
Хотя Пелисье воспринял эту легенду как местный вариант легенды о Летучем голландце, он изложил её, рассказывая о случае в проливе Кайкос, в своих мемуарах, вышедших во Франции в 1934 году. Мемуары капитана Пелисье широкой популярностью не пользовались; они наполовину были посвящены проблемам и тонкостям навигации в Атлантике, а это могло заинтересовать только специалистов. Но как-то раз книга попала в руки мексиканского писателя-мариниста Эскобара Монкайо, большого знатока истории пиратства в Карибском море.
Его заинтересовало предание о Пепе Мальоркийце, и он провёл настоящее расследование в кубинских и британских архивах. Выяснилось, что такой пират действительно существовал и ему действительно принадлежала шхуна «Ла-Барка», погибшая в бою с англичанами. Только произошло это не в XVII, а в начале XIX века.
Шхуна «Ла-Барка» появилась в кубинских водах в 1822 году. Её капитан Пепе Мальоркиец, судя по прозвищу, уроженец острова Мальорка, вскоре стал одним из наиболее известных пиратов в этом районе. Свою базу он основал на Пиносе, довольно большом острове у южного побережья Кубы, покрытом заболоченными джунглями и пересечённом несколькими реками. На шхуне Мальоркийца была небольшая пушка, а команда состояла из полусотни головорезов, поднаторевших в морском разбое. Вместе с гаванцем Андресом Гонсалесом, «звездой местного масштаба» на пиратском небосклоне, Мальоркиец начинает бандитствовать на морских путях у южных берегов Кубы. В течение короткого времени пираты буквально парализовали все местные каботажные перевозки, а в дальнейшем их основной добычей стали суда английских работорговцев.
Ущерб, наносимый пиратами торговле «живым шоколадом», был столь значителен, что уже в 1822 году богатые английские судовладельцы — работорговцы Дрейк и Митчелл за свой счёт организовали против пиратов карательную экспедицию.
Первая экспедиция закончилась полной неудачей. Карателям так и не удалось выявить ни одной из стоянок Мальоркийца на острове Пинос. Вскоре состоялась вторая экспедиция с привлечением значительного числа добровольцев из английского военного флота и морской пехоты. Англичанам удалось обнаружить стоянку пиратов в устье реки Хукаро на Пиносе, но бой окончился для них позорным поражением. Они потеряли одно из своих судов, 30 человек убитыми и утонувшими и до полусотни ранеными. Мальоркиец же, пользуясь отличным знанием местных фарватеров, ускользнул.
Разозлённые потерями англичане взялись за пиратов всерьёз. Если поначалу участие в операции против Мальоркийца английские военные рассматривали как увеселительную прогулку, оплаченную работорговцами, то после гибели морских пехотинцев уничтожение пиносских пиратов стало для них делом чести.
Англичанам удалось завербовать одного рыбака с Пиноса. При его помощи отряд разведчиков обнаружил основную базу Мальоркийца на реке Маль-Паис — притоке реки Санта-Фе. Теперь они знали о пиратах всё; расположение берегового лагеря, численность, место судовой стоянки, речные фарватеры, по которым Мальоркиец выходил в море.
Бой на Маль-Паис длился несколько часов. Люди Мальоркийца, уверенные в своей неуязвимости после победы на Хукаро, проявили легкомыслие, ставшее для них роковым. Они заметили корабли противника, когда те уже поднялись по Санта-Фе. «Ла-Барка» даже не успела сняться с якоря, зажатая английскими шхунами она была расстреляна в упор. От полученных повреждений судно Мальоркийца осело на грунт на мелководье.
Мальоркиец и его люди, оставшиеся в живых, сошли на берег. Они попытались скрыться в зарослях острова, которые так часто выручали пиратов, но это им не удалось. Ещё до начала боя англичане высадили на берег вооружённый отряд, отрезавший пиратов от леса. Окружённые десантным отрядом в заболоченных мангровых зарослях, Мальоркиец и его люди были вынуждены принять бой на суше.
Раз за разом пираты кидались в атаку на англичан, и каждый раз Мальоркиец вынужден был отступать. Противники несколько раз сходились врукопашную, по колено, а то и по пояс в болотной грязи, кишевшей ядовитыми змеями. Растеряв в бесплодных атаках всех своих людей, Мальоркиец отстреливался до последнего, пока раскалившийся от непрерывной стрельбы карабин не разорвался у него в руках. Взрывом ему оторвало пальцы на правой руке, выбило глаз и поранило лицо. И всё-таки Мальоркиец вырвался из окружения и, истекая кровью, добрался до хижины красавицы Розы Винагрерас, местной пиносской жительницы, считавшейся его женой. В её хижине он и скончался от потери крови.
Соратнику Мальоркийца Гонсалесу, который не участвовал в последнем бою, удалось спастись. Он долго скрывался в лесных зарослях на юге Пиноса. Позднее он со своей семьёй и потомки Пепе и Розы стали первыми колонистами основанного в этих краях поселения Рейна-Амалия, которое славилось добропорядочностью нравов и набожностью жителей...
Обломки шхуны «Ла-Барка» почти полтора десятилетия виднелись среди мангровых зарослей на северо-западном берегу Маль-Паис. Это место считалось недобрым среди рыбаков, они старательно обходили его стороной на своих лодках. Их страх понятен, люди из команды «Ла-Барки», погибшие в бою, остались лежать в болоте без христианского погребения.
К этому же времени относятся слухи о том, что шхуну Мальоркийца моряки видели около Кубы, Гаити, Багамских островов, южной оконечности Флориды. Особенно часто призрак наблюдали в водах над Большой Багамской банкой. Удивительно, но в отличие от легендарного Летучего голландца призрачная «Ла-Барка» не пугала моряков. Напротив, они считали, что встреча с ней — добрый знак. Существовало поверие, что рыбак, хоть раз в жизни встретивший в море призрак шхуны, может не бояться ни бурь, ни штормов и что он всегда будет с богатым уловом.
ВИТАЛИЙ СМИРНОВ
«Чудеса и приключения» № 11 2000 г.
Комментарии (4):
Первый раз слышу об Летучем Испанце.
Рудко_Алексей
05-02-2013-09:41
удалить
Ответ на комментарий Домовик #
Архив давно собираю и в моём архиве Рубрика "Призраки (дома, поезда и т.п.)" объёмная. Выбираю интересное и переношу в дневник.
Интересно будет почитать.Ну, про Летучий Голандец и в молодости много читал, а вот про Испанца, не слышал. Да сейчас ек такой, всё тайное становится постепенно явью.Вчера по ТВ3 Горбачёва чуть ли не в открытую назвали "агентом" виноватом в развале СССР.
Рудко_Алексей
05-02-2013-10:05
удалить
Ответ на комментарий Домовик #
Я сам сконировал с журнала «Чудеса и приключения» № 11 2000 г. Брал в библиотеке и... Хлопотно, но интересно.
Комментарии (4):
вверх^
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник Летучий Испанец | Рудко_Алексей - Дневник Рудко_Алексей |
Лента друзей Рудко_Алексей
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»