Блещет солнце в облаках
В разомлевшем небе.
Полыхает в лопухах
Петушиный гребень.
Бабка вышла из сеней,
Щурится от солнца.
Видит кур в тени ветвей
Около колодца.
Сосчитала всех как есть,
Каждую несушку.
Петуха ж –
Ни там, ни здесь! –
Злость взяла старушку.
– Ах он рыжий бедокур,
Вертихвост несчастный,
От своих законных кур
По чужим стал шастать!
Ну, постой же, ухажёр!
Коль понятья нету –
Загуляешь под топор
На похлёбку деду.
– Что за шум, старуха? А? –
Скрипнул дед протезом.
– Да хочу вот петуха
Нынче же зарезать.
Потерял последний стыд:
Как слетит с насеста,
Так, гляжу, уже бежит
По чужим невестам.
– Разговор пустяшный твой.
Зря ты, баба, так-то.
Ведь соседский-то весной
Угодил под трактор.
Ну а наш герой того…
Во́стро держит ухо.
Не убудет от него,
Не ворчи, старуха.
– Э-эх, бесстыжий!
О грехе
Не подумал сдуру.
Узнаю я в петухе
Всю твою натуру.
Сам-то, помню, молодой
Ух, как петушился!
Как ты только на одной
Лишь на мне женился?
– Я женился б и на двух,–
Тихо он ответил,–
Да таких, как ты, старух
Больше я не встретил…
И она,
Вдруг злость свою
Позабыв,
Несмело
С ним на длинную скамью
Рядышком присела.
И как будто влажный пух
Ей глаза туманит…
На забор взлетев,
Петух
Во всю мочь горланит!
© Copyright: Владимир Сапронов, 2010
Свидетельство о публикации №110080502846