Это цитата сообщения Алевтина_Князева Оригинальное сообщение

Как живые изваянья, в искрах лунного сиянья...

[показать]

Виктор Полле (1811 - 1882), Эндимион и Селена, 1850.

Печален лик Луны в нашей поэзии и прозе. Равнодушно льёт она свой серебряный свет на Землю и её обитателей. Кроткая и печальная лунная гостья - это чудо в серебристом платье завораживает своим холодным серебром. И стелется лунная дорожка, зовёт в неведомое, тайное, мистическое.

Я шел к блаженству. Путь блестел росы вечерней красным светом, а в сердце, замирая, пел далекий голос песнь рассвета.

А.Блок

Как живые изваянья, в искрах лунного сиянья, Чуть трепещут очертанья сосен, елей и берез; Вещий лес спокойно дремлет, яркий блеск луны приемлет И роптанью ветра внемлет, весь исполнен тайных грез. Слыша тихий стон мятели, шепчут сосны, шепчут ели, В мягкой бархатной постели им отрадно почивать, Ни о чем не вспоминая, ничего не проклиная, Ветви стройные склоняя, звукам полночи внимать.

… Чьи-то вздохи, чье-то пенье, чье-то скорбное моленье, И тоска, и упоенье - точно искрится звезда, Точно светлый дождь струится, и деревьям что-то мнится, То, что людям не приснится никому и никогда. Это мчатся духи ночи, это искрятся их очи, В час глубокий полуночи мчатся духи через лес. Что их мучит? Что тревожит?.. Бальмонт

Вот и у Жуковского истинная полнота счастья, гармонии, красоты в потусторонней вечности, в таинственной связи земного и лунного. Вроде бы, в непостижимой эмоциональной связи с потусторонним человек одухотворяет «здешнюю» жизнь, неся человеческому сердцу «надежду, веру и покой».

Кто ж изъяснит нам, что она, Сия волшебная луна, Друг нашей ночи неизменный? Не остров ли она блаженный И не гостиница ль земли, Где, навсегда простясь с землею, Душа слетается с душою, Чтоб повидаться издали С покинутой, но все любимой Их прежней жизни стороной?

Да, может быть, в краю ином Еще любовью не забытой Их бытие и ныне слито, Как прежде, с нашим бытием; И ныне с милыми родными Они беседуют душой;... Подчас утехой неземной На сердце наше налетают И сердцу тихо возвращают Надежду, веру и покой.

Вот оно соприкосновение двух миров, ощущение иной действительности, входящей в этот мир.

[показать]
Edward Poynter «The Vision of Endymion», 1913

А вот греки смотрели на эту Лунную Даму проще. Может потому, что ночи у них теплые. Но Дама получилась нежная.  Вочеловечили её по-другому. Луна - значит женщина. И не может она быть по своей природе холодной и равнодушной. Посадили они её в колесницу с золотыми колёсами, нарядили в  одежды ночную красавицу. На радость природе из-под горизонта выходит величественная колесница, медленно тянутколесницу неторопливые белые быки. Управляет  ими Селена в длинном одеянии цвета шафрана с лунным серпом на белом лбу. При появлении Селены море, охваченное беспокойством, с шумом катит волны на берег. И нет на земле смертного, не испытавшего с появлением Селены неясного томления и грусти. Мирный серебристый свет струится от колесницы и озаряет спящую землю.

У звучного ключа как сладок первый сон!
Как спящий при луне хорош Эндимион!
Герои только так покоятся и дети.
Над чудной головой висят рожок и сети;
Откинутый колчан лежит на стороне;
Собаки верные встревожены - оне
Не видят смертного и чуют приближенье.
Ты ль, непорочная, познала вожделенье?
Счастливец! ты его узрела с высоты,
И небо для него должна покинуть ты.
Девическую грудь невольный жар объемлет.
Диана, берегись! старик сатир не дремлет.
Я слышу стук копыт. Рога прикрыв венцом,
Вот он, любовник нимф, с пылающим лицом,
Обезображенным порывом страсти зверской,
Уж стана нежного рукой коснулся дерзкой.
О, как вздрогнула ты, как обернулась вдруг!
В лице божественном и гордость и испуг.
А баловень Эрот, доволен шуткой новой,
Готов на кулаке прохлопнуть лист кленовый.

Афанасий Афанасьевич Фет 1855

[показать]
А. И. Иванов «Селена и Эндимион», 1797


Не будем поднимать всю родословную этой дамы, скажем только что была она сестрой бога солнца Гелиоса и богини рассвета Эос. Мы бы её назвали блудницей, а у греков она прекраснейшая из женщин.  У Селены  много возлюбленных. От Зевса (известного ловеласа) у  Селены  родилась девочка по имени Пандия. Был у неё роман  с Паном. Это он подарил своей возлюбленной стадо белых быков.

Однажды безобразный, отвергаемый всеми нимфами Пан, спрятавшись под отмытым белым руном, предложил Селене прокатится на его спине. Не узнав его, Селена согласилась и позволила ему удовлетворить все его желания. С тех пор в Аркадии проводились майские оргии при луне, во время которых жрица ехала на спине своего избранника, прежде чем заняться с ним любовью и тем самым отпраздновать пробуждение природы.

Но настоящей любовью Селены был пастух Эндимион. Как говорится, ни кола, ни двора, зато красавец писаный. От него  Селена родила  пятьдесят дочерей…(Ого!!!) Но главное не это. Мистика заключается в другом. Как они сумели детей сделать. Странная была история. Соитие  во сне. Но об этом чуть позже.

[показать]Был Эндимион простым пастухом, не имевшим никакой собственности за исключением свирели. При дневном свете он следил за бородатыми козлами, перескакивавшими с одной скалы на другую. Свирель была единственным другом Эндимиона. Спал Эндимион тут же, на пастбище,  на травке, озаренный лунным светом.  Это Селена   его целовала. И каждую ночь  так горячо и страстно, словно  после долгой разлуки. Есть еще версия, что Селена увидела спящего Эндимиона в пещере на горе Латмос в Карии. Селена спустилась к нему, легла рядом с ним и стала целовать Эндимиона в закрытые глаза.Пораженная его красотой, Селена попросила Зевса даровать своему возлюбленному вечную юность. Отказывать Зевс не стал, так как ссориться с влюбленными женщинами дело опасное даже для бога. Он даровал Эндимиону вечную юность, усыпив его.

По другой версии Эндимион сам боялся приближающейся старости и попросил Селену похлопотать перед Зевсом для него о вечной юности.   Но, в общем, как бы то нибыло, в сонном ли, в бодрствующем состоянии, но пятьдесят детей она от своего любовника родила.  Вот тебе и холодная, равнодушная Луна-Селена. Греки значи истинное предназначение женщины. Тогда еще слыхом не слыхивали об эмансипации. Или попросту не знали о первой эмансипе Лилит. Не олимпийцы  её крестники.

[показать]
Selene and Endymion.

Существует еще одна версия. Вроде бы,  Зевс приревновал Эндимиона к своей жене Гере. Погрузил его в вечный сон в пещере на горе Латмос. Там-то его и обнаружила Селена, влюбилась в него и стала каждую ночь посещать эту пещеру. Она пыталась своими поцелуями разбудить Эндимиона, но не смогла.  Селена молила  Зевса разбудить Эндимиона, но Зевс согласился сделать Эндимиона вечно юным, и не больше.  Эндимион никогда не увидит своих детей.  Вот почему лунный  свет так печален. Селена  сама грустит и на других грусть-печаль наводит.

Существовал еще один вариант этого мифа, в котором место Селены занимала Артемида. Этот-то вариант мифа и приглянулся художникам Нового времени, таким как Рубенс, Тинторетто и Ван Дейк. Такие поэты, как Китс, Уайльд и Лонгфелло, также не прошли мимо этой печальной истории, а Гайдн и сын Баха, Иоганн Кристиан, написали оперы "Эндимион".

   Одухотворив женское начало в спутнице нашей планеты, вочеловечив Луну, греки нам  оставили  красивый миф о спящем, но вечно юном любовнике и грустящей Селене, льющей на Землю свой печальный свет.

 

В изображении блоковской Незнакомки мы тоже находим преображение земной действительности в фантастическую и чудесную, земной женщины - в сказочное и таинственное видение:

 

И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.

 

И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна,
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.

 

И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.

 

И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.

 

Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.

 

И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.