[640x356]

 
Было сердце Птицей, пело по  утрам
И тебя будило, звало в синий Храм,
В Храм, что небом милым мы всегда зовём.
Встретила любимого? Может быть и так…
Громко и безжалостно ты сказала «Мой»
Й сердце жгучей ревностью себе оплела.
Заковала Птицу в цепи навсегда
И давно забыла как она поёт.
Птица задыхается в чёрной темноте:
«Отпусти на волю, я с тоски умру
И тебя оставлю навсегда одну.
А потом ты спросишь «Откуда беда?»
Не смогу ответить, буду далеко,
Что беду сама ты впустила в свой дом».
Милая, родная, нет, не слышишь ты.
По кругу катаешься, в прошлое идёшь,
Там находишь горести, обиды, беду,
Их ты раздуваешь в огромный костёр.
С утра и до вечера костёр тот горит,
На костре том тихо сама же сгоришь.
Сердце плачет и страдает, Птица Счастья умирает,
Но не видишь и не слышишь по дороге той,
Что ведёт тебя по кругу, шаг за шагом
В дом пустой.
Ангел милый достучался, нежно говорит:
«Да проснись, посмотри вокруг, родная,
Пред тобою Новый, совсем новый  Мир.
Пророс он сквозь старый и сухой бурьян».
Ты лишь встрепенулась, голову подняв,
Снова ревность в сердце всколыхнулась,
Грозно, как старая змея.
Так привычно, так удобно,
В столь протоптанной тропе, где всё видно,
Где всё «знаешь» ты о нём и о себе…
Что ж, родная, выбираешь ты сама:
То ли к небу подниматься, петь молитву
По утрам, вместе с Птицами Святыми,
Мир Любви благословлять,
То ли в клетке вековой свою Птицу
Схоронить  навеки, и забыть свой  Дом -
Между Солнцем и Землёю,
Между Ветром и Водою в Роще
Светлой и густой.
Ты сама всё выбираешь, но смотри -
Вдруг да опоздаешь… Опоздаешь жить…

Клю-чик.