А следом, следом шел июль, 
Июльский дождик мчался следом, 
Носили молоко по средам, 
А по ночам на окнах тюль 
Белел. 
А днем была жара.



Жасмина изгородь живая 
Цвела, полдома закрывая, 
А после дождика сыра 
Была земля. 
Сыра, бела, 
Бела от лепестков жасмина, 
Которых целая лавина 
Сошла. 
О Господи, дела 
Столь утешительны Твои 
Для слуха чуткого и взгляда, 
Что больше ничего не надо, 
Все остальное утаи . . . 

Лариса Миллер.