Одним из фундаментальных положений христианства является идея о том, что Иисус из Назарета - это уже пришедший Мессия. Поскольку само слово Христос есть греческий перевод слова Машиах)">Мессия (помазанник), идея эта лежит в самой основе христианской веры. Отвергая христианство, евреи прежде всего отвергают признание Иисуса Мессией. Почему евреи придерживаются такой точки зрения?
Для того, чтобы можно было решить, является ли Иисус Мессией, нужно прежде всего разобраться с самим термином Мессия, понять, что же именно он включает в себя. Прежде всего надо иметь в виду, что само понятие прихода Мессии введено пророками древнего Израиля; именно наличие их пророчеств и заставляло людей ожидать прихода Мессии. Таким образом, если человек обявляет себя (или кто-то обявляет его) Мессией, то следует проверить, соответствует ли этот человек пророчествам о Мессии, совершил ли он то, что древнееврейские пророки ожидают от Мессии.
В древних библейских пророчествах Мессия - это Царь и Духовный Вождь еврейского народа. При жизни и правлении Царя-Мессии совершится процесс Геула, Избавление,- иначе говоря, освобождение и возрождение Всего Мира. Пророки обьясняют, что это возрождение и исправление мира имеет место в объективной реальности является явным и несомненным для всех людей. Прежде всего, во времена Мессии прекратятся войны, настанет всеобщий мир и благоденствие, и все люди, наслаждаясь покоем и гармонией, смогут посвятить себя познанию Бога и духовному совершенствованию.
Описывая мессианские времена, пророк Исайя (60:16-22) говорит:
И тогда узнаешь ты, что Я - Господь, спасающий тебя и избавляющий тебя, Могучий Яакова. ... И поставлю вместо надзирателей твоих мир и вместо притеснителей твоих - справедливость. Не слышно будет более насилия в земле твоей, грабежа и разрушения - в пределах твоих, и назовешь стены твои спасением и ворота твои - славой. Не солнце будет светить светом дневным для тебя, и не луна будет сиять тебе, но будет тебе Господь Светом Вечным, и Бог твой - великолепием твоим. Не зайдет уже солнце твое, и луна твоя не скроется, ибо Господь будет для тебя светом вечным, и окончатся дни скорби твоей. И народ твой - все праведники, ветвь насаждения Моего, дело рук Моих во славу навеки унаследуют эту страну... Я, Господь, в назначенное время ускорю это.
А пророк Иеремия (23:5) говорит о Мессии, потомке Давида, так:
Вот, наступят дни,- сказал Господь,- когда взращу Я Давиду праведного потомка, и будет он царствовать, и будет мудр и удачлив, и будет вершить суд и правду на земле. Во дни его Иеhуда будет спасен, и Израиль будет жить в безопасности; и вот имя его, которым назовут его: Господь- справедливость наша.
Исайя (2:4) подчеркивает, что дни пришествия Мессии будут эпохой межнациональных и социальных перемен: "И перекуют (все народы) мечи свои на орала [т.е. плуги] и копья свои - на серпы; не поднимет народ меча на народ, и не будут больше учиться воевать". Мир, всеобщее братство людей и прекращение насилия - самые главные приметы наступления мессианских времен.
В этих пророчествах есть одна очень существенная особенность, на которую следует обратить внимание: для еврейских пророков духовное возрождение мира неотъемлемо от обективных социальных перемен в реальной действительности. Во-первых, Мессия пророков - не божество, а реальный человек из плоти и крови, потомок царя Давида.
Во-вторых, в центре внимания пророков находится, в сущности, не сама личность Мессии, а те задачи, которые перед Мессией стоят, те изменения, которые он вносит в Мир. Общая и характерная черта мировосприятия иудаизма, для которого истинная духовность всегда реализует себя в материальном: для того и создан человек, чтобы одухотворить и освятить, возделать окружающий мир- и себя вместе с ним.
Только осознав характер мессианских предсказаний древнееврейских пророков, мы можем представить себе, каким страшным ударом для первых христиан явилась смерть человека, которого они считали Мессией. Ведь, как известно из евангелий, и сам Иисус, и его соратники, как и все другие евреи в его время, безусловно признавали авторитет пророков.
Иисус погиб, так и не совершив ничего из того, что было предназначено и чего ждали от мессианских времен,- как же теперь можно было продолжать верить в его мессианство?
Мы можем представить себе, что многие евреи, страстно ждавшие Избавления и привлеченные яркой личностью Иисуса, считали его потенциально возможным Мессией. Его смерть поставила их перед тяжкой дилеммой: с одной стороны - пророчества, ясно объясняющие, какие деяния должен совершить Мессия; с другой стороны - их мессианские надежды на Иисуса, который этих пророчеств не реализовал, т.е. мессианские времена ещё не пришли.
Большинство евреев, из тех, кто надеялся на Иисуса, с горечью признались себе в том, что они ошиблись и что Бог еще не послал Избавления Своему народу: Мессия еще не пришел. Вновь нужно было ждать истинного Спасения- ждать столько, сколько будет нужно, как бы ни была сильна тоска по Избавлению.
Но были среди современников Иисуса и такие люди, которые уже не в силах были отказаться от того, во что так страстно уверовали. Слишком яркой была вспышка надежды, слишком сильной была боль утраты, чтобы взглянуть в лицо горькой правде. Они уже не могли отступать. Оказалось, что для этой небольшой группы легче было подогнать пророчества под конкретные факты жизни Иисуса, чем применить к его деятельности определения и критерии, переданные нам пророками.
Христианское изменение понятия Мессия
Группа евреев, сторонников Иисуса,
во-первых, отказалась поверить в его смерть. Во-вторых, они стали пытаться по-новому истолковать библейские пророчества, чтобы вложить в них иные, не соответсввующие прямому смыслу текста смыслы - такие, которые допускали бы мысль о том, что Мессия может погибнуть, не принеся ожидавшегося Избавления.
Иначе говоря, они искали у пророков не истину, а подтверждение своих представлений о том, что Иисус является долгожданным Мессией. Концепцию Мессии, переданную нам пророками, они заменили на совершенно новую.
Они стали утверждать, что Мессия должен прийти дважды. Смерть Иисуса, свидетелями которой были его современники, должна быть отнесена к первому приходу, - при котором Мессия, по их утверждению, и не должен был изменить объективный Мир и принести Израилю реальное освобождение. Сфера его деятельности при первом приходе была перенесена в мистические области, недоступные восприятию обычного человека; ее целью было объявлено мистическое "искупление первородного греха", которое отныне и рассматривалось как новый вариант "Спасения" - иными словами, поскольку реального спасения, которое люди могли бы наблюдать, ощутить и "проверить", не произошло, - то этим "спасением" был объявлен якобы происшедший "мистичнский акт", "спасение от греха", реально никак не проявляющееся в обективных явлениях внешнего Мира.
Этот принципиальный сдвиг в концепции Мессии дал христианам возможность обяснить смерть Иисуса и, сохранив веру в уже пришедшего Мессию, отодвинуть в будущее мессианские задачи, о которых говорили древние пророки. Задачи эти, соответственно, были перенесены христианами на второе пришествие, когда воскресший Иисус снова явится людям и осуществит наконец все, что предназначено совершить Мессии.
Естественно, что этакая подмена мессианской задачи не была принята еврейским народом, и с этого момента пути еврейства и христианства разошлись.
Нам хотелось бы подчеркнуть, что мы отнюдь не утверждаем, что ученики Иисуса были людьми, цинично манипулирующими религиозными убеждениями группы своих сторонников. Их взгляды сформировались в эпоху, полную трагедий и катаклизмов, под мощным давлением исторических катастроф, и возможно, были вполне искренними. Но изучение процесса, приведшего к формированию их взглядов (и других подобных процессов в истории), даёт основание для известного скептицизма, причем не столько в отношении их искренности, сколько в отношении их способности обективно оценить реальную ситуацию.
Здесь следует также отметить, что всевозможные "рассказы о чудесах и исцелениях, совершенным Иисусом", "свидетельства апостолов о видении воскрешения Иисуса" и т.п. истории, на которых многие христиане обосновывают свою веру - не являются чем-то особенным в истории религий.
В самых разных религиях мы можем найти рассказы о подобных чудесах, совершенных мудрецами и "чудотворцами" этих религий. При том, что эти рассказы очень важны для последователей этих религий - они, понятно, никак не могут являться объективными доводами в обосновании "истинности" этой религии. Дело тут даже не в сознательном обмане (в этом мы никого из них не подозреваем), а в том, что ученик, жаждущие подтверждения мессианской роли своего "Учителя" - склонны, к сожалению, очень легко обманываться.