Тёмная ночь опускается на СНТ. Тень бесшумно скользит вдоль забора, открывает хлипкий замок и проникает на веранду. Но вдруг злоумышленник замирает. Двор Аркадия Вениаминовича патрулирует внушительных размеров пёс… Массивная фигура собаки Баскервилей несётся к незваному гостю! Вор зажмуривается в ожидании броска… Но, увы и ах! Мокрый нос доверчиво тыкается в ладонь, а хвост начинает отбивать барабанную дробь по газону.
Природа и селекция столетиями оттачивали охранные качества одних пород собак, оставив другим безграничную любовь к человечеству. Перед вами десятка филантропов собачьего мира, готовых отдать ключи от сейфа за ласковое слово и краюху бородинского.
Золотистый ретривер
Шотландские кинологи старались вывести идеального подружейного помощника. Собака должна была мягко подавать дичь, не повреждая её зубами. Генетическая лояльность к людям закрепилась крепко, а территориальные претензии стёрлись из ДНК. Золотистый ретривер искренне считает каждого пришедшего долгожданным гостем. Нет, серьёзно! Грабитель может полезть через окно, а собакен заботливо притащит ему тапочки.
Четвероногий добряк готов расцеловать первого встречного. Отсутствие подозрительности делает породу совершенно непригодной для защиты имущества. А всё потому, что охотничьи собаки-апортировщики лишены охранного инстинкта. Их нервная система настроена на тесное и бесконфликтное сотрудничество с человеком-проводником.
Хаски
Веками неутомимые локомотивы тянули нагруженные нарты сквозь бури и снега. Выживание в условиях Севера требовало полного доверия к каюру, малейшие признаки злобы к человеку выбраковывались моментально. У аборигенных ездовых собак агрессия к человеку считалась пороком. Проявившую злобу собаку немедленно исключали из разведения!
Современный хаски сохранил доброжелательность. Чужак перелезает через забор, а голубоглазый хитрец видит в нём нового товарища по упряжке. Охранять территорию ему откровенно скучно. Гораздо интереснее устроить подкоп, сбежать к соседям или завыть на Луну. Воришка легко подкупит хаски обещанием долгой пробежки по ночному лесу.
Мопс
Когда-то давно китайские кинологи вывели идеального компаньона для шёлковых подушек. Генофонд мопса диктует единственно верную стратегию поведения — лежать, сопеть и царственно принимать ласки. Сторожевая деятельность кажется этой породе невыносимой суетой и вульгарным делом. Да и земное притяжение слишком сильно давит на короткие лапки. Брахицефальное строение черепа и особенности дыхательной системы не позволяют этим собакам переносить длительные физические нагрузки.
Уши улавливают шаги в прихожей. Складчатый лоб морщится от недовольства. Но это максимум! Злоумышленник рискует разве что споткнуться о храпящий пуфик в темноте. Но и в этом случае мопс притворится ветошью, подождёт ухода гостя и продолжит сладкий сон.
Лабрадор-ретривер
Пищевая мотивация лабрадора поражает воображение и стирает любые границы преданности. Упитанный оптимист обладает поистине бездонным желудком! Родство с ньюфаундлендами подарило лабрику любовь к воде, а рыбацкое прошлое стёрло все задатки злости к человеку. Грабителю достаточно достать из кармана колбасу! Совесть пса замолчит, а сам увалень легко выдаст явки/пароли и покажет тайник под половицей.
Пищевая доминанта в поведении некоторых лабрадоров так высока, что порой перевешивает животные инстинкты, включая самосохранение и защиту территории. Лабрадор радостно запрыгнет в машину к похитителю имущества и потребует продолжения банкета.
Самоед
Северные кочевые племена использовали самоедов в качестве тягловой силы и живых грелок. Собаки спали в чумах вместе с детьми, обогревали хозяев долгими полярными ночами. Патологическая нежность к человеку передавалась из поколения в поколение. Стайный образ жизни в суровом климате сформировал у шпицеобразных высокий уровень доверия к людям.
Внешность полярного зверя скрывает душу добряка… Самоед встречает незнакомца фирменной улыбкой, падает на спину и подставляет пушистое пузо. Использовать такую собаку для охраны двора просто неправильно. Без физической активности и общения самоед впадёт в глубокую депрессию.
Бассет-хаунд
Уникальная анатомия делает эту гончую заложником запахов. Длинные уши подметают землю и загоняют аромат прямо в чувствительный нос. Бассет-хаунд идёт по следу часами, а окружающая действительность словно перестаёт для него существовать. Макросоматики, к которым относятся бассеты, воспринимают мир преимущественно через обоняние, что делает их слабо ориентированными на окружающую обстановку.
Охранять дом меланхолику откровенно лень! Тяжёлые веки придают физиономии вечно уставшее выражение, короткие лапки не способствуют броскам на обидчика. Человеческая возня такую собаку мало волнует, и разбираться с нарушителями границ бассет-хаунду не с руки.
Ньюфаундленд
Густая водонепроницаемая шерсть и массивные лапы с перепонками выдают в ньюфе пловца экстра-класса. Каким бы медвежеобразным ни выглядел пёс, а внутри горы мышц бьётся сердце пацифиста! Ньюфаундленд генетически запрограммирован вытаскивать людей из воды. Особенности селекции собак-спасателей подразумевают полное отсутствие как внутривидовой, так и межвидовой агрессии. Вместо неё у ньюфа уйма заботы и опеки.
Защищать сухие территории ему совершенно неинтересно. Забравшийся в дом грабитель может расслабиться: великан максимум тяжело вздохнёт, пустит слюну на ботинки и пойдёт досыпать. Инстинкт спасателя на корню блокирует проявление злобы.
Бигль
Звонкий голос компактной гончей слышен за несколько сотен метров. Создаётся иллюзия прекрасного сторожа, способного поднять по тревоге всю округу. Но нет! Бигль лает на пробегающую кошку, подозрительно шуршащий пакет, залетевшую муху. А вот ночной визитёр вызывает в нём лишь любопытство. Гончие породы обладают ярко выраженным рефлексом на новые стимулы, но при этом лишены территориальной привязанности.
То есть охотничий инстинкт привязан к поиску добычи, а сторожевые качества остались за бортом эволюционного развития. Юркий пёсик радостно обнюхает карманы взломщика и попытается найти там завалявшееся лакомство. Ну и присоединится к обыску шкафов ради спрятанных запасов печенья.
Кинг-чарльз-спаниель
Главная миссия миниатюрной особы прозаична. Кавалер-кинг-чарльз-спаниель должен уютно свернуться клубочком на коленях любимого человека. Аристократическое происхождение требует постоянного тактильного контакта, восхищённых взглядов, бесед и поглаживаний. Декоративные породы-компаньоны веками отбирались исключительно по признаку инфантильности поведения и гипертрофированной потребности во внимании.
Крохотное создание обладает безграничным кредитом доверия к двуногим. Злоумышленник проникает внутрь, а ушастое чудо требует взять себя на руки. Злодей получит порцию искреннего обожания, а собака будет счастливо сопеть в объятиях незнакомца.
Французский бульдог
Прошлое бойцовых предков давным-давно растворилось в комфорте городов. Травильные собаки превратились в верных спутников интеллигенции. Что ценит современный французский бульдог? Любимых хозяев, мягкий плед, вкусный паштет и крепкий сон. Потеря породой изначальных рабочих качеств привела к трансформации психики.
Современный молосс-компаньон обладает флегматичным темпераментом. Неожиданный визит чужака заставит француза удивлённо выпучить глаза. Пёс, конечно, возмущённо хрюкнет спросонья и недовольно тряхнёт складочками на физиономии. Но затем поменяет гнев на милость!