Однажды, когда ты действительно проснёшься, ты сможешь любить, и тогда ты будешь
уверен только в собственной любви. Но этого достаточно! Какая разница? Потому что
прямо сейчас ты хочешь использовать других, когда ты действительно блажен сам по
себе, ты не хочешь никого использовать. Ты просто хочешь делиться. У тебя есть так
много, и ты так переполнен, что тебе хочется с кем-то поделиться. И ты чувствуешь
признательность, потому что кто-то готов это принять. Вот и всё!
Прямо сейчас ты так обеспокоен, любит ли тебя другой, и на самом деле это потому,
что ты не уверен в своей собственной любви. Это первое. И ты не уверен в своём
собственном достоинстве. Ты не можешь поверить, что кто-то может действительно
тебя любить, ты не находишь в себе ничего. Ты не можешь любить себя, как ты можешь
любить кого-то другого? Это кажется нереальным, это кажется невозможным.
Любишь ли ты себя? Ты даже не задавался этим вопросом. Люди ненавидят себя, люди
осуждают себя, и продолжают осуждать, они продолжают считать себя прогнившими.
Как может другой любить тебя, такого прогнившего человека... Другой, наверное, тебя
дурачит, обманывает... Ты знаешь свою гниль, недостойность — о любви, кажется, не
может быть и речи. И когда какая-то женщина приходит и говорит, что боготворит
тебя, ты не можешь ей доверять. Когда ты приходишь к женщине и говоришь, что
боготворишь её, а она ненавидит себя, как она может тебе верить? Именно ненависть к
себе создаёт эту тревогу.
 
---
Ошо, "Любовь. Свобода. Одиночество"