Еще стояла тьма немая,
В тумане плакала трава,
Девятый день большого мая
Уже вступал в свои права.
Армейский зуммер пискнул слабо.
Два слова сняли грузный сон,
Связист из полкового штаба
Вскочил и бросил телефон.
И все! Никто не звал горнистов,
Никто не подавал команд.
Был грохот радости неистов,
Дробил чечетку лейтенант,
Стреляли танки и пехота,
И раздирая криком рот,
Впервые за четыре года
Палил из "вальтера" начпрод.
Над обагрённой кровью Тиссой
И грохот выстрелов, и гул.
К жаре привыкший, повар лысый
Зачем-то ворот расстегнул.
Не рокотали стайки "Яков"
Над заалевшею зарей,
И кто-то пел,
И кто-то плакал,
И кто-то спал в земле сырой…
Вдруг тишь нахлынула сквозная,
И в полновластной тишине
Спел соловей, еще не зная,
Что он поет не на войне...