Это цитата сообщения Оксана_Лютова Оригинальное сообщение

Мария, княжна Тверская, родившаяся приблизительно в 1324-26 гг., никак не могла представить себя участницей самой скандальной свадьбы русского средневековья.

Юная Мария росла в изгнании: в Пскове, затем в Изборске, потом в Литве при дворах Гедиминовичей. Останься княжеская семья в эмиграции, Марию ждал бы «скучный» брак с нищим потомком Пястов. Но судьба распорядилась так, чтоб она вышла за потомка безродных (относительно самой Марии) московских князей, бывших отпрысками самого младшего из сыновей Невского.

Отрочество и юность в разоренной Твери

По возвращении на Русь из Литвы брачные перспективы Марии ухудшились. В многократно разоренном тверском княжестве, после казни в Орде ещё и отца со старшим братом (1339 г.) и перехода части Тверского княжества под руку подчинившегося Москве дяди, молодая княжна могла рассчитывать только на монастырь.

Мария чаще всего одевалась просто, в черные или белые цвета, помогала овдовевшей матери по хозяйству, учила читать младших братьев. В том числе и самого младшего, героя последнего противостояния Москвы и Твери, будущего тверского князя Михаила. Это не было чем-то исключительным: у большинства русских княжон, несмотря на бытующее сегодня мнение об их «забитости», были хорошее образование. Княжеские и боярские дочери в те годы, хотя бы для успешного замужества, должны были знать:

• письмо и арифметику;
• богословие;
• кулинарию;
• хозяйство («домоводство» тех лет);
• «политэкономию» средневековья: чем какое княжество богато.

Мария была одной из самых образованных невест на Руси. Только жениха подходящего ей было не подобрать: не ронять же честь рода многих славных князей и королей замужеством с богатым боярином или мелким князьком.

Безумная свадьба по-средневековому

Симеон Гордый впервые увидел «наследницу» Тверского дома осенью или зимой 1346 года. Мария уже была «перестарком» двадцати-двадцати двух лет. По легенде, Великий князь был в Твери проездом в подчинившийся ему Новгород.

Чувствовал ли князь Симеон угрызения совести – тема для психоаналитиков, но он был в Орде заложником и представителем Калиты, когда произошла казнь отца Марии, князя Александра и её старшего брата, сверстника Симеона. Или Великий Князь нанес визит вежливости. И будучи уже женат второй раз, увидел её.

Лучше всего всё последовавшее описано в романе Дм. Балашова «Симеон Гордый». Рекомендую книгу: наряды, в которых были во время первой встречи Симеон и Мария, детали быта и политическая подоплека брака против воли Церкви раскрыты великим романистом настолько близко к правде, насколько это возможно.

 

Русские «Монтекки и Капулетти»

В истории осталась вражда Москвы и Новгорода, а о смертельной битве Москвы и Твери известно меньше. Чтоб лучше понять обстановку кровной ненависти между Тверью и Москвой на тот момент, когда москвич Семён решил посвататься к тверянке Маше, можно привести простейшую таблицу:

• 1305: князь Михаил, дед Марии, едва не берет штурмом Москву;
• 1318 или 1319: в тверском плену погибает от отравления жена московского князя Юрия (дяди Симеона), ордынская царевна Кончака-Агафья;• 1319: люди хана Узбека и князя Юрия убивают Михаила в Сарае;
• 1325: дядя нашей героини, князь Дмитрий, лично – уникальный случай в истории русских усобиц, - убивает безоружного князя Юрия.
• 1326: младший брат Юрия, отец Симеона, новый московский князь Иван Калита добивается казни Дмитрия. Эстафету ненависти принимает тверской князь Александр, отец Маши;

• 1339: после судебного процесса князя Александра казнят в Сарае вместе с Федором, на глазах молодого княжича Семена.

И вот, зимой 1346-1347 годов, Симеон, успешный и победоносный Великий князь, только что женившийся второй раз, наносит случайный визит в Тверь.

 

Любовь, ненависть и безумная свадьба против Божьей воли

Великий князь Симеон увидел в Твери умную, гордую, красивую и серьезную девушку двадцати с «хвостиком» лет. А Маша увидела ненавистного врага, убийцу отца и сына убийцы деда. Довольного, успешного, богато одетого князя. Вряд ли в ней вспыхнула любовь. А вот Симеон начал действовать с присущим ему в политике и войнах напором. За зиму 1346-47 годов он успевает:

• отослать молодую жену Евпраксию (моложе Марии), дочку союзника Москвы, князя Смоленского, к отцу;
• сломить оппозицию «природных московских» бояр (боярам «понаехавшим» в Москву с Твери, Волыни союз был выгоден);
• послать денег в Орду, чтобы склонить хана Джанибека, вернуть Тверское княжество старшему брату Марии – Всеволоду;
• «провентилировать» вопрос о браке сначала с духовником Стефаном, затем и с другом – епископом Алексием;
• послать пышный кортеж сватов во главе с великими московскими боярами А. Кобылой (выходец из Твери) и А. Босоволком-Хвостом (выходец с Рязани).

Можно представить себе шок Марии. Согласие на свадьбу её вынудила дать родня, очень хотевшая вернуть власть и положение. Но Марию, девушку набожную, ожидало и худшее испытание: узнавший о намерениях князя, митрополит Руси Феогност категорически запретил этот брак. Позор для невесты. Но этот позор избавлял от свадьбы с «убийцей». Облегченно вздохнув, Мария была готова уйти в монастырь: против воли церкви тогда никто не мог пойти..

Никто, кроме князя Симеона: он отправил солидную взятку Константинопольскому Патриарху – а в Тверь выслал гонцов, чтоб помешать княжне затвориться в монастыре. Безымянные герои успели в последний момент.

Венчал молодых тайно духовник князя (св. Алексий тоже возражал против союза с Тверью), свадьба состоялась благодаря подоспевшему «спецразрешению» Патриарха.

Тайна завещания Симеона Гордого

А вот жизнь у молодых сложилась, скорее, счастливо. Первых двух мальчиков Симеон и Мария назвали в честь Даниила Московского и Михаила Тверского.

И не имели бы мы сегодня никакого «Дмитрия Донского» (были бы Даниил или Михаил Донской), если бы не чума. Дети умерли. А Великий Князь Симеон вместе с простыми ратниками лично убирал трупы, следил за кордонами. И заболел. Умирая, оставил завещание, по которому все его владения отходили его супруге, княгине Марии.

 

Конечно, московское боярство («олигархи» тех лет) не могло допустить, чтоб деньги и власть достались симпатизирующей Твери женщине. Завещание Симеона было признано сделанным в расчете на возможного наследника, как допускали обычаи того времени. Но тайна в том, что слов этих, в дошедшем до нашего времени завещании, нет!

Марии пришлось уйти в монастырь, где она прожила долго, до 1399 года.

via