• Авторизация
Дневник Мара_Хара Лента друзей - Дневник - Полная версия


Строгановы .Граф Григорий Сергеевич . Часть 11. 29-05-2014 22:50 к комментариям - к полной версии - понравилось!

Это цитата сообщения TimOlya Оригинальное сообщение



Строгановы .Граф Григорий Сергеевич . Часть 11.
Граф Григорий Сергеевич Строганов. Рим. 1868. Частное собрание. Рим. 
 
Третий сын графа Сергея Григорьевича Строганова ,  Григорий Сергеевич родился в 1829 году в Петербурге. Начиная с 10 лет, он частично был под опекой Ф.И. Буслаева, который также преподавал ему русскую словесность, литературу и историю. Секретарь отца исполнял функцию воскресного гувернера, организуя прогулки по древней столице, ибо семья жила тогда в Москве.
Фёдор Ива́нович Бусла́ев 
 
Дмитрий Степанович Индейцев
 
Дмитрий Степанович Индейцев
 
Публичных художественных собраний еще не существовало, и в этой ситуации первым университетом графа Григория Сергеевича стали храмы и кладбища. «Кроме разных поездок и прогулок, праздничные дни, особенно по вечерам, мы употребляли на чтение таких литературных произведений, которые могли забавлять моего ученика, то есть читали то, что ему больше могло понравиться. Так мы с ним прочли „Капитанскую дочку“ Пушкина, „Юрия Милославского“ Загоскина, „Последнего Новика“ Лажечникова и т. п. Драмы мы читали вдвоем в виде разговора, будто на сцене, для того чтобы он усвоил себе натуральное выражение различных ощущений и чувств. Для этих опытов я брал „Бориса Годунова“ Пушкина, „Горе от ума“ Грибоедова, „Гамлета“, „Макбета“ и „Отелло“ Шекспира», — дополнял Буслаев свои «Воспоминания»
Дмитрий Степанович Индейцев
Дмитрий Степанович Индейцев
 
Традиционное для Строгоновых и других аристократических семей домашнее воспитание имело свои отрицательные стороны. Гувернеру потребовалось немало сил для того, чтобы приготовить своего ученика для общения с крестьянами и солдатами (отец прочил сыну военную карьеру).
Портрет графа Сергея Григорьевича Строганова. С.П.Юшков. 
 
Дадим слово Буслаеву: «Чтобы приучить Григория Сергеевича безбоязненно и с вольным духом ходить в простонародной толпе, я прибегнул к одной немудреной сноровке, которая удалась мне как нельзя лучше. Для этого я выбрал праздничные гульбища, которые на масляную и святую недели происходили под Новинским (бульваром. — С.К.). В то далекое время ни деревьев, ни каменного здания для базара еще не было, а шла только довольно широкая дорога, огражденная с обоих сторон перилами, от Кудринской площади до Смоленского рынка.
Киселёв Кирилл Валентиович. Фрагмент картины "Ярмарка"
 
И справа, и слева этого гулянья вдоль домов медленно катались в экипажах и преимущественно дамы в нарядных костюмах, как из среднего сословия, так и особенно из высшего: последние обыкновенно между завтраком и обедом, от часу до трех. В ту пору их кавалеры по большей части рассаживались на террасе ресторана, стоявшего близ Кудринской площади, и за столиками пили чай и кофей или завтракали, сопровождая свои порции водкой и разными французскими винами. Другие просто сидели, обратясь к стороне катающихся и курили сигары, так как не только на улице, но и на самом гулянье курить тогда не дозволялось.
Масленица,Бори́с Миха́йлович Кусто́диев 
 
Бори́с Миха́йлович Кусто́диев 
 
За рестораном шли балаганы с комедиантами, потом качели разных сортов и наконец палатки с пряниками, орехами, винными ягодами, печеными яйцами и другими дешевыми яствами для простонародья; что же касается до кабаков, то они позволялись только вне гулянья, в домах, идущих по Новинскому с обеих сторон. Мы с Григорием Сергеевичем являлись на это гулянье всегда между часом и тремя, когда по дорожке кроме простого люда встречалось много и порядочной публики среднего и высшего сословия. Сначала мой ученик от страха и трепета никак не мог вместе со мной врезаться в сплошную толпу зевак в армяках, тулупах и поддевках, перед балаганом, на подмостках которого паяц своими балагурными выходками и кривляньями потешал невзыскательных зрителей.
 
Бори́с Миха́йлович Кусто́диев 
 
 
Потому, чтобы приучить его к сутолоке, я вел его за гуляющими из образованной публики и за ними незаметно вводил его мало помалу в чужую толпу простонародья; а когда он там пообдержался, я уже рискнул всунуть его и в сплошную давку, чтобы вместе с русскими мужичками забавлялся шутовскими проделками балаганных скоморохов». Кроме того, графа Григория Сергеевича зачислили в выпускной класс гимназии.
Бори́с Миха́йлович Кусто́диев 
 
В 1846–1850 годах Строганов, по примеру старших братьев, окончил курс юридических наук в Московском университете. Затем, как и старший брат Александр, начал службу унтер-офицером. Отец направил его в Гусарский Е.И.В. Великого князя Константина Николаевича полк. В 1854 году Строганов перешел в лейб-гвардии Гусарский полк. Два года спустя графа назначили адъютантом военного министра. Затем он увлекся прекрасной полькой Марией Потоцкой, страсть к которой принесла ему много радости, вероятно, но и большое горе также…Имея матерью Марию Салтыкову-Головкину (1807–1845), по отцу она была внучкой Софье Челиче (Глявоне, Маврокордато, де Витте, Потоцкой), прославленной в века прекрасным парком в Умани.
 
Пронтенко Олег. Ранняя осень в парке Потоцких
 
София Константиновна Глявоне, в первом браке Витт, во втором браке Потоцкая, также известная как София де Челиче
 
Портрет Марии Потоцкой кисти неизв. художника.1840-е годы
Винницкий област. худож. музей 
 
 
Графиня Мария Александровна Потоцкая, урожд. Салтыкова-Головкина (1807–1845), жена графа Болеслава Потоцкого
Оре́ст Ада́мович Кипре́нский
Граф  Болеслав Потоцкий
 
Болеслав Станиславович Потоцкий (1805-1892) с дочкой Марией Потоцкой в замужестве Строгановой.,Неизвестный художник
Болеслав Потоцкий (1805—1892) с дочерью Марией (1839-1882), в замужестве Строганова, и воспитанницей Софьей Идль.
Мария в национальном костюме и София. 
 
Мария Потоцкая 
 
Основные события драмы, политической и религиозной, происходили в Вечном городе.
«Легко сказать! Я опять в Риме, через бесконечные 33 года, когда я, наконец, сделался тем, о чем я в молодости мечтал, гуляя по этим холмам, по этим узеньким улицам и широким, великолепным площадям с громадными фонтанами и бассейнами, сидючи на этом самом щебне вековых развалин Форума и Колизея, с Винкельманом и Тацитом или Горацием в руке, откуда я жаждал набраться сил и вдохновенья… И вот я опять пришел в Рим; теми же молодыми мечтами пахнуло на меня с его красноречивых твердынь, и в ответ на них принес я зрелые результаты, деятельно прожив эти 33 года, для которых те места были вдохновением и руководящею нитью.
 
Jakob Alt (1789–1872
 
Видите, что Рим мне не чужой город; это часть моей жизни, это та моя молодость, свежая и бодрая, когда запасаешься силами на всю жизнь… приезд в Рим — это не путешествие, а возвращение в родные места, где каждая мелочь запечатлена воспоминаниями, где на самих камнях античной мостовой чувствуются следы тех животворных прогулок, которые вместе с лучшими радостями в жизни никогда не забываются».
 
Якоб Alt - Das Forum Romanum в Рим
 
Под этими словами, написанными Ф.И. Буслаевым в 1874 году, могли поставить подписи многие члены семьи Строгоновых, особенно те, что собрались в том году вместе на берегах Тибра. Ф.И. Буслаев приехал в августе. К Рождеству в город, где уже несколько лет жил Григорий Сергеевич с женой и двумя детьми, прибыли граф Сергей Григорьевич и два других его сына — Павел, с женой графиней Анной Дмитриевной, и Николай, к тому времени уже вдовец. 
Маковский Константин Егорович (1839–1915). Портрет графа Сергея Григорьевича Строганова. (1882, Государственный Русский музей, Санкт-Петербург)
 
 Павел Сергеевич и  Анна Дмитриевна Строгановы
Николай Сергеевич Строганов (1836-1905), граф, камер-юнкер, сын графа Сергея Григорьевича Строганова (1794-1882) и Наталии Павловны Строгановой (1796-1872).
Серге́й Константи́нович Заря́нко
 
Таким образом, все основные действующие лица путешествия конца 1830-х годов вновь оказались в сборе, за исключением графини Натальи Павловны, смерть которой 7 октября 1872 года была общей печалью для всех членов семьи.
Строганова Наталия Павловна (1796-1872), жена С.Г. Строганова,Акварель Воронова
 
Итак, неким хозяином чувствовал себя в Риме Григорий Сергеевич, который по некоторым сведениям после женитьбы неизменно проводил зимний сезон в итальянской столице. Ф.И. Буслаев в «Дополнениях» сообщает, что примерно в 1863 году («когда дети немножко подросли, дочь до шестого года, а сын до второго») граф оставил Петербург, скитаясь по европейским странам. Граф Сергей Григорьевич даже придумал этой семье именование «цыганский табор», хотя он сам, как мы видели, подал пример подобной жизни. Следуя тому же источнику, около 1868 года «табор» осел на берегах Тибра — то есть там, где Григорий Сергеевич побывал в 10-летнем возрасте.
Ettore Roesler Franz
 
Правда, пока его апартаменты находились не на полной детских впечатлений via Gregoriana (там граф поселится позже), а на via delle Murate близ Капитолия. И все же вслед за А.П. Боголюбовым граф мог сказать: «Риму я обязан первым внутренним честным сознанием, что древнее искусство имеет свою громадную прелесть… глядя на Джотто, Чимабуэ, Рафаэля, Леонардо да Винчи, Карпаччо и прочих, я почувствовал, что это были люди не нашего развратного пошиба. Быть может, они были кутилы и пьяницы, но воззрение их на дело картинное было вымучено каким-то священным культом, что и составляет их особенность, не присущую нашему времени». 
Colpo d'occhio a Roma
 
Прибыв в Рим в 1874 году, Ф.И. Буслаев обнаружил, что сын графа Григория Сергеевича остро нуждался в уроках русского языка. Гувернер писал по этому поводу: «Сережа мне очень понравился. Он был умен, любознателен, энергичен и силен характером, страстно любил Россию и все русское, хотя жил и вырастал при отце и матери в чужих краях, и непременно стремился на родину. Мне его было так жалко, я его так полюбил и стал давать ему уроки русского языка по одному часу в неделю: больше не мог я урезать из моего драгоценного римского времени». Этой фразой он ограничился в «Моих воспоминаниях».
В «Дополнениях», скрепя сердце, гувернер рассказал гораздо больше. Он поведал, что между матерью и отцом шла настоящая война за детей: «Когда я короче узнал характер и манеры графини Марьи Болеславовны, меня очень удивляло и приводило в недоумение странное обращение ее с обоими детьми, лишенное материнской ласки и любви, то раздраженное и запальчивое, то даже злостное и враждебное.
Графиня Мария Болеславовна Строганова, ур. Потоцкая(1839-1882).
 
Свою шестнадцатилетнюю дочь, уже совсем взрослую девушку, очень миловидную, она одевала, как ребенка, в коротенькое платьице, немножко пониже колен с панталончиками, не брала с собой ни в театр, ни в собрание и постоянно держала под ферулой французской гувернантки; выезжала по гостям и в публичные места, по итальянскому обычаю, с чичисбеем, выбранным ею из молодых людей, служивших тогда в русском посольстве; бывало, в театре занимает целую ложу только вдвоем со своим избранником».
 
 Eva Gonzalès
 
Главным предметом раздоров между родителями был сын — граф Сергей Григорьевич-младший, который тяготел к отцу и всему русскому. Буслаев пишет: «… особенно враждебно и злостно она обращалась с… Сережей… Он страстно любил Россию и все русское и все свои мечты, любимые грезы направлял к далекому отечеству и с нетерпением ждал того блаженного времени, когда он вернется в Россию и поступит в учебное заведение. Пылкий патриотизм сына раздражал его мать, которая вообще не любила ничего русского. Однажды во время завтрака в моем присутствии она стала издеваться над русскими нравами и обычаями, хулить русский язык, русскую литературу и беспощадно порицать тех, которые не разделяют ее мнения. Сережа не вытерпел: вскочил со стула и громко прокричал: „Неправда! Это злая клевета! Только враги России могут говорить так!“ Графиня громко зарыдала, будто в истерике, и стремглав бросилась вон из столовой».
Юный граф Сергей Григорьевич Строганов
 
В 1877 году Сережа приехал наконец вместе с родителями и сестрой в Петербург, где попал под опеку деда-тезки. К тому времени уже шли переговоры с преподавателем русского языка А.Г. Преображенским по поводу гувернерства и учительства, в общем, он должен был стать «новым Буслаевым» для представителя нового поколения Строгановых. 
 
Василий Семенович Садовников
 К несчастью, вскоре граф Григорий Сергеевич и графиня Мария Болеславовна заболели и уехали из России, взяв с собой и детей. Оказавшись в Алжире, он сам стал жертвой болезни, которая продолжалась полгода. Идея о русском учителе была отложена, но не похоронена окончательно. Более того, в октябре в Москву приехал Григорий Сергеевич для окончательного решения вопроса.
 
Adolphe Aze (1823-1884)
 
И в этот самый момент из Рима пришло письмо о кончине его сына. Что именно случилось, не совсем ясно, хотя очевидно, что имело место самоубийство. Антиквар А. Яндоло писал: «…Сергей, аполлонической красоты, в восемнадцатилетнем возрасте покончил с собой из-за нелепого родительского (выделено мной. — С.К.) запрещения. Однажды трагическим утром граф Грегорио открыл большой шкаф и нашел там своего обожаемого сына повесившимся, уже холодным трупом». Тут явная неточность, ибо из более надежного источника (Ф.И. Буслаева) мы знаем, что граф Григорий Сергеевич находился в Москве, что, кстати, судя по всему, роковым образом сказалось на судьбе его единственного сына.
 
Тимофей Андреевич Нефф 
 
Сохранились фрагменты дневника Сергея: «Нового ничего нет, одно только должно случиться — самоубийство. Трудность великая состоит в том, что все более или менее из гостиницы уйдут, но в какую часть — вот вопрос: утром рано, но тут тиран Вент раньше меня встает… Но что мне за дело! Кто хочет расстаться с жизнию, тот не должен обращать внимания на такие мелочи». «Способы избегать тягости мира: 1) поступить в монахи, 2) сделаться разбойником, 3) сидя за кружкой пива, играть в карты, смеяться над человечеством, 4) сделаться бродягой (худо), 5) работать свободно, чего добиваются социалисты, 6) убить себя. Мне только можно 4-е и 6-е. Что я выберу? Да что же мне, — куда бежать? Ах, если бы можно было понять человека! 6-е самое сладкое; ибо доверяя спиритическим учениям, человек должен возродиться. Это доказывает… И какая в моей жизни произошла перемена! Ах, если бы можно было бы понять человека!» Можно с большой долей уверенности предположить, что мать запрещала Сергею говорить по-русски.
Корпус братских келлий, вдали Феодоровская церковь.
 
Вернувшись в Рим, граф Григорий Сергеевич застал жену на грани помешательства. Тело сына на зиму оставили в Эксе, а затем, согласно его воли, перевезли в Петербург и похоронили в Александр о-Невской лавре, конкретнее — в Федоровской церкви, куда довольно скоро последовал за ним дед Сергей Григорьевич (старший), а затем, уже в XX веке, и Григорий Сергеевич.
Иконостас Феодоровской церкви
 
Лишенную рассудка Марию Болеславовну перевезли в Краков к сестре, где она скончалась в 1882 году. Однако похоронили ее в Петербурге в одном месте с сыном, мужем и свекром. Могила, вместе с другими, ныне утрачена.
 
Ма́рцин Зале́ский Kościół Dominikanów w Krakowie 
 
Римские события сделали графа Сергея Александровича единственным мужчиной в XV и последнем, если следовать букве традиции, поколении Строгоновых.
 
Оторвавшись от России, лишенный поддержки семьи граф Григорий Сергеевич оказался не готов к противостоянию с экзальтированной женой, принесшей в семью решение политической проблемы своей национальности. По иронии судьбы юный граф Сергей Строгонов оказался жертвой польского вопроса, решением которого занимался его дед и полный тезка граф Сергей Григорьевич, а также дядя граф Александр Григорьевич.
 
Панорама Марцина Залеского Взятие варшавского арсенала.
Нападения из засады польских вооружённых отрядов на колонну русских солдат
 
Оба участвовали в усмирении мятежной окраины в 1830–1831 годах. В сущности, волнения в имевшей многовековые традиции самостоятельной государственности и культуры стране не прекращались после разделов конца XVIII века, приведших соперника по доминированию в славянском мире и приверженца католицизма в состав Российской империи. Александр I поставил Царство Польское в привилегированное положение как самую «европейскую» часть империи.
Кроме того, польская шляхта, являясь второй по численности группой «благородного сословия» империи после русского дворянства, активно использовалась на государственной службе. За событиями 1830-х годов последовало восстание 1863 года. Но и после него численность поляков в имперском аппарате оставалась весьма значительной (6 % высшего чиновничества), а на территории Царства Польского они продолжали быть влиятельным большинством: в конце 60-х — 80 %, в конце 90-х — 50 % местной администрации. Разумеется, Мария Болеславовна болезненно реагировала на все события, юридически принадлежа к семейству, последовательно занимавшему резкую антипольскую позицию.
Потоцкие (герб Пилава) — шляхетский, позднее графский польский род, получивший своё название от дер. Поток близ Кракова
 
 
«Palazzo Strogonoff»
 
Римский дом Строгоновых вскоре после создания превратился в убежище одинокого человека, обладающего несметными художественными богатствами. Тремя годами ранее смерти матери, в 1879 году, графиня Мария Григорьевна вышла замуж за князя Алексея Григорьевича Щербатова, брата Александра Григорьевича, мужа графини Ольги Александровны Строгоновой, и переехала в Немиров.
 Княгиня Мари́я Григо́рьевна Щерба́това, урождённая графиня Стро́ганова (17 октября 1857 — 7 (20) января 1920)
 
Немиров, Наполеон Орда
 
В этой ситуации граф Григорий Сергеевич решил поселиться в Риме и посвятить себя искусству. Ф.И. Буслаев пишет об этом так: «…оставшись без семьи, один-одинехонек, он обрек себя на пожизненное одиночество, навсегда поселился в Риме, пустив, так сказать, корни в его тысячелетиями выработанную историческую почву. На Грегорианской улице (via Gregoriana) он купил себе дом, но, не довольствуясь его старинною архитектурой XVII века, как раз против него на той же улице приобрел большой пустырь с садом и вдоль улицы построил двухэтажный каменный дом с мраморными стенами.
 
Федор Петрович Рейман. Фасад Палаццо Строганов на виа Грегориана, 32. Бумага, акварель. 1905. Частное собрание. Рим
 
 
В этом здании и разместил он тот древнехристианский и средневековый музей… В нижнем этаже размещены памятники искусства тяжеловесные: каковы мраморные саркофаги, статуи, барельефы со стен и порталов, колонны и фризы с разными орнаментами. В верхнем этаже хранятся мелкие изделия — золотые, серебряные, из слоновой кости и проч.». Здесь идет речь о казино (как называли в Италии летнее жилище), или Villino Strogonoff, в котором прежде видели лишь гостевой домик.
 
 
В 1884 году в саду дома нашли Афину — мраморную копию I века до н. э. с бронзового оригинала знаменитого Мирона, скульптора V века до н. э. Доверившись решению заинтересованных римских экспертов (графа М. Тышкевича, археолога, В. Хельбига директора Германского имперского археологического института и антиквара Ф. Маринетти — «триумвират») о «фальшивом антике», Строгонов, тем не менее, не продал статую по заниженной цене, а поставил ее во внутренних помещениях своего большого дома на виа Грегориана, о котором пойдет речь ниже. Прошло двадцать два года <…> Оказалось, что за Афиной пристально следил не только «триумвират», но и Филиппо Тавацци, доверенный человек графа, смотритель его музея. И вдруг она попалась на глаза Людвигу Поллаку — новому знатоку античности, тот спутал все карты.
 
 
Palazzo Zuccar
 
Главный визит своей жизни он описал следующим образом: «Однажды я, придя с визитом к графу Строганову, по ошибке вместо того, чтобы пойти направо, пройдя вестибюль, свернул налево и очутился у входа в кухню. Слева, за дверью, стояла, прямо на полу, дивная скульптура. Увидев графа, я прямо высказал ему, что такое незаурядное произведение заслуживает гораздо лучшего места. Граф же мне ответил в своей категорической, не терпящей возражений манере, что этого не может быть, поскольку уже давно было решено экспертами, что голова приделана позже…» 
 
Зал мраморов. Вероятно, интерьер казино графа Строгонова
 
Через несколько недель шедевр оказался… на складе у Тавацци, а еще два года спустя, в 1908 году, во Франкфурте-на-Майне, в музее древней скульптуры «Либигхаус», получив именование «Афина из Франкфурта», но не «строгоновской Афины». Поллаку оставалось лишь опубликовать научную статью в Австрийском археологическом ежегоднике за 1909 год, в которой была реконструирована группа Мирона «Афина и Марсий». В Италии же разразился скандал по поводу незаконно вывезенного выдающегося художественного памятника.
Афина, ускользнувшая от графа Григория Строгонова
 
Главный дом владения Григория Сергеевича принадлежал некогда Сальваторе Розе. Знаменитый художник жил там до 1673 года. В следующем веке им владел Антон Рафаэль Менгс, а в девятнадцатом — Энгр и Стендаль. Это, конечно важно, но еще более значительным и, видимо, решающим обстоятельством было то, что здание стояло вблизи того места, где граф Строгонов со своей семьей жил зимой в 1840–1841 годы. Спустя несколько лет усилиями архитектора Джованни Риджи (1838–1894) был построен новый дом. Главный вход устроили с виа Систина, приватный — с виа Грегориана, и здесь же, судя по всему, находилась частная лестница, позволявшая владельцу незаметно для прислуги покидать свой кабинет.
 
 
Федор Петрович Рейман. Главный фасад Палаццо Строганов на виа Систина, 59. Бумага, акварель. 1905. Частное собрание. Рим
 
Охватывая палаццо Дзукарри, улицы лучами расходятся от Тринита деи Монти по направлению к фонтану Треви. Постепенно увеличиваясь, расстояние между ними к palazzo Strogonoff достигает двадцати пяти метров.
Фонтан Треви, Рим,Джованни Паоло Панини
 
Этого оказалось достаточно для устройства довольно обширного дома, его парадный фасад имеет над входом двойной герб Строгоновых и Потоцких. Здание имело чрезвычайно сложное устройство не только из-за расположения между улицами, но и по причине разновысотности и неправильной формы, благодаря чему фасад на via Sistina имеет три этажа и три оси, а на via Gregoriana — четыре и пять этажей. Граф постоянно находился рядом с Риджи, подобно брату, «скрупулезно вникая во все частности, подбирая все детали отделки». 
 
На верхнем этаже здания появился Большой кабинет с видом на Рим. По свидетельству гостей, оттуда прекрасно просматривались «San Carlo, колокольня Борромини, купола старых церквей и… Св. Петр». [153]Думал ли граф, любуясь этой панорамой, о своем прадеде, который в Физическом кабинете имел перед глазами Казанский собор Санкт-Петербурга?
 
Salon rouge, или Красный салон palazzo Strogonoff
 
Вероятно, именно оттуда, по словам Н. Врангеля и А. Трубникова, открывался вид на вечный город.
 
Таким образом, римское палаццо соотносилось с петербургским, стоявшем на Невском проспекте. Бесспорно, что сам новый владелец чувствовал себя философом, оказавшись в тех же обстоятельствах, как и предок. Связь с Россией происходила через меценатство, в частности в заботах об ОПХ. Только в 1885 году Строгонов пожертвовал в музей общества 114 предметов на сумму в 15 000 рублей — крупнейший вклад за всю историю, сопоставимый только с вкладом В.Л. Нарышкина при основании.
 
В кабинете на особой подставке стоял «Портрет Эразма Роттердамского» работы Квентина Массейса 1517 года — картина, некогда принадлежавшая Александру Сергеевичу, затем перевезенная графиней Софьей Владимировной в Марьино и наконец ставшая собственностью третьего представителя рода.
Эразм Роттердамский. 1515. Галерея Корсини. Рим
 
Где-то в глубине зала находилась Мадонна из «Благовещения» Симоне Мартини (1285–1344), причем автора шедевра определил сам владелец. Здесь же за столом с китайской вазой и небольшой копией Ники Самофракийской находилась большая витрина с мелкой пластикой и ренессансной майоликой. На ней стоял выносной крест с росписями Бернардо Дадди, итальянского мастера XIV века.
 
Симоне Мартини и Липпо Мемми. Благовещенье. 1333. Уффици. Флоренция
 
 
Симоне Мартини. Мадонна Аннунциата. Ок. 1340–1344. Дерево, темпера. 30x21,5. ГЭ. Санкт-Петербург. Инв. 284
 
Бернардо Дадди
 
В другой части пространства, соединенного аркой, перед брюссельским гобеленом, занимавшим всю стену одной из части зала, против окон на столе стояла «Мадонна» Дуччо, приобретенная в 2004 году нью-йоркским музеем Метрополитен. Поблизости находилась дарохранительница фра Беато Анжелико, сделанная в 1425–1430 годах для церкви Сан-Доменико во Фьезоле. Еще Джорджио Вазари, основатель современного искусствоведения, писал, что «фигурки в небесном сиянии настолько прекрасны, что поистине имеют вид райских, и трудно оторваться от них всякому, кто пройдет».
 
 
Дуччо ди Буонинсенья. Мадонна с Младенцем (Мадонна Строганов). 1300. Дерево, тeмпера с позолотой. 27x21. Метрополитен-музей. Нью-Йорк
 Алтарь святого Доминика в Фьезоле 
1428-30. Темпера, дерево. 212 x 237 см. Сан Доменико, Фьезоле
 
 
Считал ли Строгонов, что в нем возродился дух Леонардо да Винчи? Именно в его облике он предстал на римском карнавале 1875 года.
 
Требовалось значительное время для расположения всех художественных сокровищ, большую часть которых привезли из России. Ф.И. Буслаев сообщал: «Там найдете вы и массивные мраморные саркофаги из катакомб и усыпальниц, и тяжеловесные мраморные же плиты с барельефами из упраздненных в Италии в последнее время монастырей, и статуи, и статуэтки, серебряные потиры, дискосы и чаши, блюда, вазы, и оклады, и диптихи из слоновой кости и металла, и всякую другую утварь». 
 
Федор Петрович Рейман. Библиотека в Палаццо Строганов. 1905–1910. Бумага, акварель. Частное собрание. Рим
 
Искусствовед Антонио Муньос писал: «Собрание Строгонова отличается от других частных собраний тем, что оно не ограничивается одной определенной эпохой, но содержит все, что несет на себе печать красоты, — от египетских древностей, ваз и золотых вещей до греческих, этрусских и римских статуй; от раннехристианских саркофагов до византийских изделий из слоновой кости, эмалей и ювелирных украшений; от картин наших тренчентистов и кватрочентистов до картин Гварди, Тьеполо и Фрагонара. Граф умел ценить и греческую керамику, и фарфор Франкенталя, и блюда из Пезаро, и китайскую майолику, и готическую мебель, и мебель ампирную, и ренессансную бронзу, и бронзу семнадцатого века». 
 
Федор Петрович Рейман. Зал итальянского искусства в Палаццо Строганов. Бумага, акварель. 1910. Частное собрание. Рим
 
Парадная лестница в стиле Людовика XVI имитировала аркадами ренессансный дворик. Правда, в отличие от него она имела световой фонарь. Над входом располагалась латинская надпись: «PVRPVRATA NAM STIRPE CREATVS ARDEO». Решетку украшала графская корона над стилизованным вензелем. Вверху за аркадами находилась библиотека графа, заполненная шкафами XVI века из сакристии монастыря в Витербо, и гостиная, отданная в распоряжение так называемым примитивам — итальянской живописи до Рафаэля. Центральное место занимал триптих «Коронация Марии» Маттео Пачини 1360 года. В Библиотеке хранилась лишь часть огромного 30 000 книжного собрания Григория Сергеевича. Другие издания были размещены по разным комнатам. В отличие от прадеда и брата Павла, владелец римского палаццо имел собственный экслибрис.
 
 
 
Федор Петрович Рейман. Парадная лестница в Палаццо Строганов. Бумага, акварель. 1910. Частное собрание. Рим
 
 
На первом этаже находилась также Столовая, плоскости ее стен над панелями, как и в Строгоновском доме на Сергиевской улице в Петербурге были обиты кожей, стены украшало собрание натюрмортов в черных рамах. Самой большой картиной были «Цветы» Ж.Б. Моннуайе, привезенная итальянским коллекционером Меаццей из России.
 
Ж.-Б.Моннуайе. Цветы
 
«Поначалу во дворце на виа Систина устраивались торжественные и изысканные застолья, во время которых кушанья подавались на стол на серебряных арабских и персидских блюдах, но постепенно граф отдалился от празднеств и церемоний и стал появляться в обществе только если была возможность послушать хорошую музыку, которой он, сам выдающийся пианист, был страстным поклонником».
 
 
 
Григорий Сергеевич «остался один в своем замке, куда он не допускал ни электричества, ни газа и не пользовался телефоном». Для концертов был устроен особый зал в стиле Людовика XVI на верхнем этаже, по соседству с кабинетом. Зал украшало полотно с видом сада итальянской виллы кисти Фрагонара (кстати, из собрания Александра Сергеевича, президента Академии художеств).
 
 
Федор Петрович Рейман. Studio в Палаццо Строганов. Левая половина. 1905–1910. Бумага, акварель. Частное собрание. Рим
 
 
 
Федор Петрович Рейман. Studio в Палаццо Строганов. Левая половина. 1905–1910. Бумага, акварель. Частное собрание. Рим
 
Граф сосредоточился на покупке и изучении произведений искусства, они стали теперь единственной нитью, связывавшей его с жизнью, и натурализовался в Вечном городе, как некогда его прадед Александр Сергеевич в Париже. Габриэле Д’Аннунцио упомянул Григория Сергеевича в своем романе «Наслаждение». Знаменитый писатель в 1880-х годах жил на виа Грегориана и поселил в расположенное поблизости палаццо Дзукарри одного из главных героев.
 Фото Con dedica ди Габриэле Д'Аннунцио Алла маркизой Maria De Seta
 
Граф Григорий Сергеевич принадлежал к числу тех Строгоновых, кто в наибольшей степени оказался подвержен «скитальческому комплексу» графа Григория Александровича, своего прадеда (магия имени?). Лишь обстоятельства и наследование от отца Сергия Григорьевича не только «бродяжничества», но любви к искусству стали причиной того, что перед смертью он закрепился в Италии и подарил миру выдающееся художественное собрание.
 
Экслибрис Григорий Сергеевич Строганов
 
O. Барятинская. Граф Григорий Сергеевич Строганов в своем дворце на виа Систина. 1902. Дерево, масло. Музей города Рима. Палаццо Браски
Граф Григорий Сергеевич Строганов  умер в Париже, в августе 1910 года был похоронен в Федоровской церкви Александро-Невской лавры.
 
После смерти  дом на виа Грегориана в Риме, имевшем богатейшее собрание искусства и книг, унаследовала дочь Мария Григорьевна Щербатова (ур.Строганова). Подробных распоряжений по поводу своей коллекции Григорий Сергеевич не оставил, и княгиня Щербатова передала всё оставленное состояние своим детям. Те в свою очередь передали ряд предметов в музеи.
 
Княгиня Мария Григорьевна Щербатова ,ур.Строганова 
 
Княгиня подарила Императорскому Эрмитажу предметы сасанидского серебра, византийский реликварий и табернакль Беато Анжелико, а Национальной Галерее Рима — портрет Эразма Роттердамского кисти Квентина Метсиса
В 1912 году в Эрмитаж поступили также две картины: «Молящаяся святая» Якопо Селлайо и «Вознесение» сиенской школы. Однако большая часть коллекции оставалась в Риме и была распродана княгиней Еленой Петровной Щербатовой, которая, эмигрировав после революции, осталась без средств к существованию.
 
Елена Петровна  Щербатова ,урожденная Столыпина
 
В 1926 году Роберто Лонги писал в журнале «Dedalo»: «Распыление строгановской коллекции — уже свершившийся факт»
Большую часть жизни Мария Григорьевна проводила в семейном имении .
 
 В 1872 году её отец открыл здесь винокуренный завод, и княгиня Щербатова продолжила его дело.
К началу XX века винокурня производила уже более 5 тыс. полулитровых бутылок спирта в сутки. В отличие от своих конкурентов, изготавливавших спирт из дешёвого картофельного сырья, Мария Григорьевна выпускала более дорогой, но качественный зерновой спирт. В ноябре 1906 года был подписан контракт, позволявший осуществлять Немировскому спиртзаводу регулярные поставки спирта на казенные водочные заводы Москвы и Санкт-Петербурга
 
 
 
Продолжая семейные традиции своего деда Болеслава Потоцкого, существенную долю средств княгиня Щербатова отдавала на благотворительные цели. В Немирове было осуществлено мощение улиц, вдоль которых поставили электрические фонари, построена бесплатная больница для бедных, содержались гимназия и монастырская школа для девочек. Княгиня финансировала строительство Киевского политехнического института, на её средства способные дети местных жителей обучались в Одессе, Киеве, Москве и Петербурге..
 
Мария Григорьевна выписала из Праги архитектора Иржи Стибрала, по проектам которого в Немирове были возведены новый спиртзавод, электростанция, крытый рынок, Немировский дворец и дендропарк, занявший территорию в 85 га Строительство продолжалось с 1885 по 1917 годы
 
 
 
 
 
 
С началом Первой мировой войны в замке располагался лазарет, где княгиня Щербатова работала в качестве сестры милосердия. С этой же целью в Немиров приехали Елена (1893—1985), Ольга (1897—1920) и Александра (1898—1987) Столыпины вместе с матерью Ольгой Борисовной и младшим братом Аркадием. 
 
Елена Петровна Щербатова ур .Столыпина 
 
 
На фотографии - дети Петра Аркадьевича Столыпина. Слева направо - Наташа, Елена, Александра, Мария, Ольга, Аркадий (сидит на полу).
 
После революции семья Щербатовых осталась в Немирове. Председатель Совнаркома Украины Христиан Раковский дал указание ревкому о неприкосновенности семьи, их дворца и парка
 Но в начале января 1920 в имение вошёл отряд красноармейцев. 15 января погиб сын Марии Григорьевны, Владимир. По одной версии, он был избит тремя красноармейцами], по другой — расстрелян. 20 января Мария Григорьевна Щербатова с дочерью и подругой Марией Гудим-Левкович были расстреляны в своем имении.
Владимир Щербатов с супругой Еленой  ур.Столыпиной
 
 Княгиня Мари́я Григо́рьевна Щерба́това, урождённая графиня Стро́ганова (17 октября 1857 — 7 (20) января 1920) — благотворительница.
Условная могила княгини Марии Григорьевны в монастырском саду
 
Вместе с Щербатовыми пострадала и Ольга Столыпина, скончавшаяся спустя несколько дней
Ольга Петровна Столыпина
 
Музей, основанный в 2007 году священником Немировского Свято-Троицкого женского монастыря протоиереем о. Павлом (Петлеванным) в бывших покоях игуменьи Апполинарии
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Серия сообщений "***Строгановы":
Часть 1 - Строгановы - русские солепромышленники. Часть 1.
Часть 2 - Строгановы -Бароны Российской империи .Часть 2.
...
Часть 9 - Граф Александр Сергеевич Строганов .Часть 9.
Часть 10 - Строгановы . Граф Павел Сергеевич . Часть 10.
Часть 11 - Строгановы .Граф Григорий Сергеевич . Часть 11.
Часть 12 - Последний владелец «нераздельного имения»
вверх^ к полной версии понравилось! в evernote


Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.

Дневник Строгановы .Граф Григорий Сергеевич . Часть 11. | Мара_Хара - Дневник Мара_Хара | Лента друзей Мара_Хара / Полная версия Добавить в друзья Страницы: раньше»