...Христианство — хотя бы теоретически — это свод нравственных органичений, налагаемых на себя. Cистема верований homo orthodoxus, как легко заключить эмпирическим путем, построена иначе. Она предусматривает «троюродную сестру», нанопыль, строительство пятизвёздочного «скита» в Баковке, дачу в Геленджике, исчезающие часы — как то, чем сам бог благословил верующих, а грехом она полагает разговоры об этом. Да как они смеют? Да на кого они уста разверзают, окаянные грешники?! Четвёртый момент: власть в этой религии приравнена к богу. Поэтому оскорбление Путина пытаются приравнять к святотатству. Путин — это то ли аватар, то ли помазанник бога, который, собственно, и одаривает верующего «мерседесами» и дачами и карает тех, кто сомневается в их праведности. Ещё очень важный момент: эта система верований не требует жертвенности. В этом её отличие от исламизма. Исламист готов жертвовать собой. Он убьёт других за то, что они не такие, как надо аллаху, но в первую очередь он готов пожертвовать собой. Homo orthodoxus не жертвуют собой, карая святотатцев. Они просят об этом власть. Всё вышеописанное мало напоминает нравственную, жертвенную и терпимую христианскую веру, в том виде, в которой её демонстрировали нам граф Толстой, или Валентин Войно-Ясенецкий (епископ Лука), или Иоанн-Павел II. Эту систему верований даже нельзя назвать язычеством: это будет несправедливо по отношению к римлянам или конфуцианцам, которые довели нравственные требования, предъявляемые человеку, до очень высокого уровня. По степени примитивности это какой-то австралийский тотемизм: религия первобытного человека, с полным отсутствием моральных требований, заменённых нелепыми запретами и невротическими табу, с примитивным, злобным и мелочным богом, который осыпает своего последователя мирскими благами и карает его врагов. Откуда в начале XXI века в развитой стране взялся такой примитивный комплекс верований? Какую-то роль в становлении homo orthodoхus, мне кажется, сыграло то, что значительная часть иерархов православной церкви были агенты КГБ. То есть они каждую секунду должны были практиковаться в практическом двоемыслии, и бог у них приобретал черты Лаврентия Павловича Берии...